Читаем без скачивания Гении Барсума - Эдгар Берроуз

Лес казался необычайно спокойным, весь день мы не встречали опасных зверей, и вдруг вокруг нас раздался хор ужасных голосов, одновременно из листвы деревьев на нас спрыгнули десять или более существ. Счастливый смех замер на губах Озары.

— Мазены! — закричала она.

Окружив нас и пытаясь приблизиться, они перестали кричать и перешли на фырканье и мяуканье. Это казалось мне гораздо более угрожающим. Я решил, что мы им дорого обойдемся, хотя понимал, что они все равно захватят нас. Я видел, как сражался Умка и знал, чего можно ожидать. Хотя они подошли ко мне близко с одной стороны, нападать они не торопились. Приближаясь с этой стороны, они заставляли меня двигаться в другую, но я не понимал зачем, пока не понял, что они заставили меня двигаться туда, куда им было нужно. Но было уже поздно.

Вскоре я оказался под большой ветвью дерева, откуда на меня спрыгнул мазена и свалил на землю. Тут же на меня прыгнули еще несколько, а остальные схватили Озару. Они обезоружили меня прежде, чем я успел нанести удар.

Теперь они фыркали вокруг меня, казалось, о чем-то споря, но я не понимал их языка. Вскоре они двинулись вниз по реке, таща нас за собой. Примерно через час мы пришли в район леса, где был убран весь подлесок. Почва под ногами была как газон. Ветви деревьев на значительном удалении от земли были срезаны.

Когда мы достигли края этого, похожего на парк, участка леса, наши захватчики подняли громкий крик, ответом на который был такой же крик с деревьев. Нас подтащили к подножию большого дерева, на которое, как кошки, вскарабкались несколько мазен. Затем предстояло поднять нас, и это вызывало у мазен большие затруднения.

Ствол дерева был так толст, что обычный человек не мог обхватить его, а ветви были срезаны много выше нашего роста. Я легко взобрался бы, но, конечно, не сказал им об этом. Озара же никогда не смогла бы подняться одна.

После продолжительного фырканья и мяуканья сверху спустили мягкую лиану. Один из мазен на земле обхватил рукой Озару за талию, другой обхватил лиану, помогая себе обеими ногами. Наверху принялись тащить этот человеческий лифт, пока они не оказались на прочных ветвях.

Таким же образом подняли и меня, а выше взбираться оказалось легко. Мы поднялись еще на несколько футов и оказались на грубом настиле, на котором находился один из странных древесных домов мазен.

Теперь я видел повсюду такие же хижины. Я видел также, что между деревьями проложены переходы из ветвей или лиан, по которым мазены могли перебираться от одной хижины к другой.

Дом, в который нас ввели, был самым большим и легко вместил не только двадцать поймавших нас мазен, но и еще пятьдесят, которые прибыли вскоре. Мазены уселись на корточки, глядя на одинокого самца, сидевшего в дальнем углу, и я решил, что это их король. Последовал обмен фырканьем и мяуканьем, и мне это в конце концов надоело.

Вспомнив, что Умка говорил на языке таридов, я подумал, что его могут знать и другие. Я решил к ним обратиться, надеясь, что они меня поймут.

— Почему вы захватили нас? — спросил я. — Мы не враги. Мы сбежали от ваших врагов таридов. Они хотели нас убить. Кто-нибудь понял, что я сказал?

— Я понял, — ответил тот, кого я считал королем, — я понял твои слова, но доводы твои бессмысленны. Уходя из своих домов в лес, мы не собираемся никому причинять вреда, но это не спасает нас от хищников, которые питаются мясом своих жертв. Мало доводов против ворчания в животе.

— Вы хотите съесть нас? — спросил я.

— Конечно.

Озара прижалась ко мне.

— Это конец, — сказала она, — и какой ужасный конец! Побег от Ул Васа не привел нас к добру.

— Мы получили три дня свободы, которых иначе у нас не было бы, — напомнил я ей, — и, к тому же, мы все равно должны были умереть.

Король мазен заговорил со своими людьми на своем языке и после громкого фырканья и мяуканья нас потащили ко входу.

В это время вошел еще один мазена и остановился у входа, рядом с нами.

— Умка! — позвал я.

— Джон Картер! — воскликнул он. — Что делаешь здесь ты и джеддара таридов?

— Мы бежали от Ул Васа, и теперь нас хотят съесть, — объяснил я.

Умка заговорил с людьми, которые тащили нас и с королем мазен, с которыми разговаривал несколько минут. Когда он закончил, разгорелась дискуссия. Наконец, Умка повернулся ко мне.

— Ты свободен, — сказал он, — за то, что сделал для меня. Но ты должен немедленно покинуть нашу страну.

— Ничто не доставит мне большего удовольствия, — ответил я.

— Несколько наших пойдут с тобой, чтобы никто больше не нападал на тебя, пока ты находишься на территории мазен.

После того, как мы выступили со своим эскортом, я попросил Умку рассказать, что ему известно о моих друзьях.

— Покинув замок таридов, — рассказал он мне, — мы долго плыли в воздухе. Они хотели последовать за человеком, который забрал женщину в другой корабль, но не знали, где искать его. Сегодня я взглянул вниз и увидел, что мы плывем над землей мазен. Я попросил их опуститься. Они сделали это и теперь все еще находятся поблизости, так как хотели набрать свежей воды, фруктов и поохотиться.

По его словам, место посадки находилось недалеко и, в ответ на мою просьбу, он повел нас к этому месту. Когда мы приблизились к нему, сердца наши почти остановились. Для меня и Озары сейчас решалось дело жизни или смерти. И тогда мы увидели его, странный корабль, лежавший на небольшой поляне среди деревьев. Умка решил, что ему и его товарищам лучше не приближаться к кораблю, так как он не был уверен, что сумеет их остановить: ведь сохранить жизнь других они не обещали. Мы поблагодарили его и распрощались. Он и его дикие спутники исчезли в лесу.

Никто на корабле не заметил нашего приближения, и мы были уже совсем близко, когда они увидели нас. Они с радостью приветствовали нас, уже не ожидая видеть нас живыми. Даже Ур Джан был рад видеть меня. Убийца из Зоданги был рассержен на Гар Нала, так как тот нарушил клятву, и теперь, к моему изумлению, он бросил свой меч к моим ногам и поклялся мне в вечной верности.

— Никогда в жизни, — сказал он, — не сражался рядом с таким бойцом и никогда в жизни не поверну против него своего меча.

Я принял его на службу и затем спросил у них, как они смогли управлять кораблем и привести его сюда.

— Только Занда знала о механизмах корабля и как им управлять, — объяснил Джат Ор. — И после небольшого эксперимента она поняла, что может это сделать.

Он гордо смотрел на нее, и мне многое рассказала улыбка, которой они обменялись.

— Это не худший из твоих экспериментов, Занда, — сказал я. — Ты кажешься мне очень счастливой.

— Я очень счастлива, Вандор, — ответила она, — счастливей, чем была когда-нибудь в жизни.

Она подчеркнула имя «Вандор» и мне показалось, что я вижу ее лукавую улыбку.

— Твое счастье так велико, — сказал я, — что заставило тебя забыть свою клятву убить Джона Картера?

Она с улыбкой ответила:

— Я не знаю никого по имени Джон Картер.

Джат Ор и Ур Джан рассмеялись, но я видел, что Озара не понимает, что происходит.

— Надеюсь, ради его блага, что ты никогда не встретишь его, Занда, — сказал я, — потому что он мне нравится, и я не хотел бы видеть его убитым.

— И я тоже, — сказала она, — потому что теперь я знаю, что он самый смелый боец и лучший друг в мире, возможно, за одним исключением, — добавила она, бросив взгляд на Джат Ора.

Мы обсудили наше положение и постарались составить план на будущее. Наконец, мы решили принять предложение Озары — отправиться в Домнию и воспользоваться помощью ее отца.

— Оттуда, — сказала она, — мы лучше сможем организовать поиски Гар Нала и Деи Торис.

Не буду занимать вашего времени описанием путешествия в страну Озары; приема, оказанного нам ее отцом, и странных видов этого турианского города.

Отец Озары был джеддаком Домнии, могущественным человеком с прочными политическими связями в других городах спутника. Его агенты находились во всех соседних странах.

Не потребовалось много времени, чтобы он получил известие о странном предмете, который летел по небу, приземлился и был захвачен в стране Омбре. В нем находились мужчина и женщина. Домнианцы точно указали, как достичь Омбры, взяв с нас обещание вернуться и пожелали нам доброго пути.

Расставание с Озарой было болезненным. Она откровенно призналась, что любит меня, но вынуждена примириться с фактом, что мое сердце принадлежит другой.

Она проявила исключительную силу характера и пожелала мне на прощанье, чтобы я нашел мою принцессу и обрел счастье, которое заслужил.

Когда наш корабль поднялся над Домнией, мое сердце наполнилось радостью, так велика была моя уверенность, что вскоре я соединюсь с моей несравненной Деей Торис. Я был уверен в успехе, потому что отец Озары рассказал мне о характере джеддака Омбры. Он был отъявленный трус, и простая демонстрация силы поставит его на колени и заставит просить мира. А мы могли продемонстрировать им такое, чего жители Омбры никогда не забудут, ибо мы уже знали, с чем жители Турии совершенно незнакомы.