Читаем без скачивания Орлы или вороны (СИ) - Мартин Дэвид

Сиплый остановил машину. Все вышли. Он медленно, по спирали стал ходить вокруг места, где недавно стояла машина. Внимательно всё оглядел, потом пошли в сторону заброшенного строения. Идти было метров восемьсот не меньше.

— Настя, оставайся здесь. Смотри какие колеи, вся перепачкаешься только, — сказал Сиплый, но она проигнорировала и пошла с ними. Прошли уже почти полпути, как в траве что-то слегка блеснуло. Сиплый нагнулся и поднял небольшой фонарик. Пощёлкал выключателем — не работает. Показал Ивану, тот пожал плечами: мол, кто угодно мог уронить.

Подошли к строению. Сиплый огляделся. Мощная бетонная постройка в духе советских времён, когда не особо придавали значение себестоимости объекта. Строили на века. Чуть дальше была кирпичная пристройка и несколько окон сверху на втором этаже. Иван слегка тронул Сиплого за рукав и показал на Настю. Та стояла в трёх метрах от них, внимательно глядя на одно из окон и тихо повторяла: — Витя, Витя!

— Настя, — громко сказал Саня. — Ты чего?

Она тут же обернулась, по щекам у неё текли слёзы.

— Показалось, что там Витя, в окне, — прошептала она.

Сиплый подошёл к ней, обнял за плечи и тихо сказал:

— Пойдём посмотрим.

Все трое пошли наверх по широкой пологой лестнице.

— Мы здесь вчера каждый метр проползали, — сказал Иван. — Там двери закрыты были, всякого хламу навалено, еле пролезли. Но, видимо, лет двадцать как никто туда не заходил.

Действительно, всё было настолько ветхим и старинным, что, кажется, тронь — и рассыплется. Сиплый оглядел обе комнаты. Сначала ему даже показалось, что пыльные следы на полу все были в сторону двери, как будто кто-то таскал весь это хлам взад и вперёд. Вокруг было много следов, но натоптать могла и команда, которая была здесь во главе с Иваном.

— А вы, когда пришли, — спросил Сиплый, — может, следы здесь были? – он указал на пол.

— Да нет, это мы наследили, нас тут пять человек было. Да никого здесь со времён Брежнева не было, видно же.

Ну да, похоже на то. Хотя сейчас бы Сиплый дорого заплатил, если бы у него появилась возможность оказаться здесь раньше других.

Побродив ещё, вернулись в город. Саня поблагодарил следователя, подарив тому бутылку «Хеннесси». Иван вежливо отказывался, но потом с удовольствием принял подарок. В последний момент Сиплый, оставив Настю в машине, догнал Ивана и негромко спросил:

— Видел, сколько там волчьих следов?

— Конечно, видел, вчера ещё говорили об этом, — ответил тот. — Но пока ничего не доказано, не стали ей говорить, — он кивнул на Настю. — Нападения волков в этих местах случались, но в наше время это большая редкость.

Вечером Сиплый уехал в Питер, оставив Насте свой номер, взяв с неё обещание, что она позвонит хоть днём, хоть ночью, если в этом возникнет необходимость. В Питере пробили все входящие и исходящие звонки с телефона Зевса. Нигде и никаким образом Виктор не пересекался с Мержоевским кланом. После гибели основных участников: Мовлада и Вована — к «Южным вратам» быстро слетелось вороньё. Тимуру, оставшемуся у руля, ничего не оставалось, как согласиться на условия конкурентов и продать им за бесценок доли своих партнеров. Новые владельцы быстро подмяли под себя всю компанию. Для работников бань, салонов, а также для девочек по вызову практически ничего не изменилось. Новые собственники, если бы узнали, кто убил прежних хозяев, с удовольствием поблагодарили бы Сиплого и его коллег за проделанную работу. Всё крутилось, как и раньше, только прибыль оседала теперь в других карманах.

А у Сиплого над конторой нависла туча. Их непосредственный начальник, подполковник Круссанов, после болезни начал сдавать позиции. В их работе было слишком много противозаконного. Парни хоть и выполняли приказы своего командира, но не могли не знать, что своими действиями они постоянно переходят дорогу другим, не менее влиятельным, структурам. Словом, все ходили по острию наточенного ножа голыми пятками. Все это понимали, понимал и Круассан. Когда Сиплый вернулся в Питер, на всю их полулегальную контору стали одна за другой обрушиваться неприятности. Может быть, именно поэтому в какой-то момент он, хоть и не желал смириться с гибелью лучшего друга, отодвинул эту проблему на второй план. Настя позвонила через несколько дней, но ему совершенно нечего было ей сказать. Потом всё закрутилось с бешеной скоростью, и он на время забыл и про Настю, и про Зевса.

Перед Новым годом всех вызвал к себе Круассан и объявил, что их расформировывают, а его отправляют на пенсию.

— Хорошо, что не на тот свет, — грустно пошутил он.

Все как один подписали бумаги о неразглашении.

— Любая утечка информации будет считаться, изменой Родине, — предупредил Круассан. — И караться по всей строгости. И это не шутка. У кого есть желание продолжить службу под руководством полковника Зимина, я могу написать на вас ходатайство.

Все демонстративно сделали жест, как будто их сейчас стошнит.

— Я так и думал, — сказал Круассан и добавил: — Было честью с вами работать, парни.

Тогда все хорошо нарезались, даже Круассан замахнул почти полный стакан водки, закинув туда свои новые звёзды. Всё-таки на пенсию мужику дали полкана. Что ж, он несомненно заслужил. Женька собирался жениться на одной из близняшек, на той, которая Кристина. Сиплый пару раз переспал с её сестричкой Алисой, но не покатило. Уж больно с ней было скучно. Новый год собирались отмечать вчетвером, но вечером тридцатого декабря, поговорив с Алисой, Сиплый сказал, что они расстаются. Все были немного в шоке, но он никому ничего не обещал, поэтому — не маленькие, сами разберутся.

И тут он вспомнил про Настю. Вспомнил тридцать первого декабря, когда до нового года оставалось около семи часов. Решение пришло молниеносно. А почему бы не прокатиться до Череповца? Планов всё равно никаких. Накупил закусок, шампанского, водки и топнул по газам. Представляя, как он сейчас заявится в компанию, где будет отмечать Настя. Не будет же она одна дома сидеть. Появилось огромное желание зависнуть в её окружении. Даже если она уже встречается с кем-то, ничего. Он просто побудет рядом как брат. Настя была связующим звеном с потерянным Зевсом, и, находясь рядом с ней, он как бы немного находился и рядом с Зевсом. Звонить не стал, чтобы не испортить сюрприз. В Череповце заметил открытый магазин цветов, остановился.

— Вы чего, всю ночь работаете, что ли? — поздоровался он с симпатичной продавщицей букетов.

— Всё, закрываемся уже. До одиннадцати сегодня. Так что давайте, покупайте быстрее, если думно, — девушка завязывала ленточку на скромном букете из каких-то темно-красных цветов.

— А давайте розы самые хорошие. Штук двадцать. Или нет, тридцать лучше.

— Тридцать одну, сделаю, — улыбнулась девушка. — Вот эти длинные подойдут?

— Вполне, — улыбнулся Сиплый, представляя Настю. — Только завяжите красиво как-нибудь.

Букет получился просто огромный и такой очаровательный, что Сиплый чуть не предложил продавщице пойти за него замуж. Но флиртовать было некогда. Поблагодарив, положил на стол пять тысяч, поздравил с Новым годом и поехал к Насте.

На дороге места были. Сиплый поставил машину прямо под балконом, как и в прошлый свой приезд. Посмотрел вверх — свет горит, но какой-то тусклый, совсем не праздничный. Сгрёб все свои пакеты в охапку, взял неподъемный букет и пошёл к подъезду. Было немного нервно. Непонятно, правильно ли он сделал, что вот так нагрянул, как снег на голову, не предупредив. Но Сиплый успокаивал себя тем, что если не в масть, то он просто оставит пакеты в прихожей, подарит цветы и поедет обратно в Питер. Делов-то!

Поднялся на пятый, прислушался — за дверью тишина. Посмотрел на часы: 23:20, до нового года ещё сорок минут. Как скромный тинэйджер потоптался у двери минут пять, не решаясь позвонить. Приложил ухо к замочной скважине. В квартире кто-то тихо разговаривал. Слышался Настин голос. Слов было не разобрать, но она явно чего-то рассказывала вполголоса. Вот придумал приехать! А ну-ка она там вдвоём с кавалером каким-нибудь, а он тут нагрянет и всё испортит? Постоял ещё, послушал. Настя замолчала. Вообще тишина.