Хэдли едва удержалась, чтобы не умолять отца все ей рассказать.
– Лоу со мной не связывался, поэтому не понимаю, какая мне разница.
– Возможно, тебе стоило бы его выслушать, – сказал отец, опираясь на костыли. – Больше я ничего не скажу. Это твоя жизнь. Но не забудь, что какое бы удовлетворение ты не испытывала в стенах музея, это не повод пренебрегать другими сторонами жизни. Не позволяй своему стремлению к успеху стать единственным источником счастья.
Забавно слышать подобное от мужчины, посвятившему все свое существование карьере, но Хэдли просто смотрела отцу вслед, не сказав больше ни слова. В основном потому, что слишком расстроилась. Вся боль и горе, которые она сумела скрыть, выбрались на свободу.
– Мисс Бэкол?
Она стряхнула с себя сумбурные ощущения и посмотрела на дверь, где стояла секретарь-бухгалтер, заменившая на посту мисс Тилли, пока последняя напивалась на празднике. Сотрудница держала в руке ярко-оранжевую тигровую лилию.
– Вам тут доставили цветок.
Хэдли мысленно прокляла мисс Тилли за то, что она ничего не сказала своей заместительнице.
– Выбросьте.
– Выбросить? Но почему?
Потому что сколько бы раз она не просила посыльного перестать носить цветы, он утверждал, что тогда у него будут проблемы на работе. Разве она не знает, кто такие Магнуссоны? Будто члены этой семьи с пулеметами выследят юношу, если он не доставит дурацкий цветок. Какая нелепость. Хэдли иногда казалось, что мисс Тилли просила посыльного приходить потому, что он ей нравился.
– Ничего, – ответила она секретарю, внезапно чувствуя смирение, а не злость. Отцовская отповедь застала ее врасплох. Пятнадцать минут назад она была в полном порядке. Хотя нет, не в порядке, но терпимо. И да, иногда она оплакивала то, что было у них с Лоу, особенно после того, как перестала надеяться, что он появится и по крайней мере попытается пояснить, почему обманул ее.
Но он так и не пришел.
Говоря по правде, она скорее обижалась на то, что он не стал бороться за нее и за то, что у них было, чем на ложь. Отец ведь тоже правды ей не говорил, но они помирились. Неужели Лоу посчитал, что она его не стоит?
Хэдли тяжело вздохнула. Просто вряд ли она сумеет выжить, если опять начнет о нем горевать.
– А как называется цветочный магазин? – спросила она у секретарши.
– «Цветы Лунде».
Пора признать, что между ними все кончено, и оборвать последнюю связь с Лоу раз и навсегда.
Хэдли вызвала такси и уехала с работы пораньше, сообщив водителю название магазина. Ее отвезли к югу от парка, в Филмор. До лавки Адама всего квартал. Можно было догадаться.
Попросив водителя подождать, она вошла в цветочный магазин, движимая спокойным смирением, и позвонила в колокольчик на прилавке.
Из подсобки вышла светловолосая розовощекая женщина средних лет.
– Добрый вечер, чем могу вам помочь? – сказала она с сильным скандинавским акцентом.
– Пару месяцев назад вам заказали ежедневную доставку цветов мне на работу. Лилии…
– О! Мистер Магнуссон, ja. – Она улыбнулась. – А вы работаете в музее.
– Да, это я.
Хозяйка магазина нахмурилась.
– Вам ведь доставляли цветы?
– Доставляли, проблема в том, что я хочу, чтобы вы отменили этот заказ.
– Почему? Вас не устраивает качество?
– К качеству никаких претензий. – Хэдли вздохнула, чтобы успокоиться. – Мы с мистером Магнуссоном больше не встречаемся, и, думаю, он просто забыл сам к вам зайти.
– О, какой ужас. Бедняга.
Бога ради, только не снова. Неужели сегодня все на стороне Лоу?
– Он многого лишился, – серьезно сообщила цветочница. – Сначала мистер Голдберг, а теперь возлюбленная.
Хэдли склонила голову на бок.
– Вы говорите о мистере Голдберге, часовщике?
– Ja, такая жуткая трагедия. Жалко, что он перешел в мир иной.
Хэдли застыла. Наверное, она не так поняла.
– Разве он умер?
Цветочница кивнула.
– Его убили прямо в магазине. Полиция так и не нашла преступника. Вы не знаете? Об этом писали в газете.
Хэдли застыла на несколько мгновений, отчаянно пытаясь успокоиться и думать логически.
– Когда это произошло?
– Месяц назад.
Месяц. Тогда… она в последний раз видела Лоу. Он в ярости заехал на задний двор дома ее отца и напал на Ноеля, и… о господи!
– А девочка? Неужели ее тоже убили?
– Нет. – Продавщица цветов отрицательно покачала головой и нахмурилась, будто сама мысль об этом кощунственна.
Хэдли заморгала и отступила от прилавка.
– Мне пора. Благодарю.
– Подождите! А как же доставка цветов?
– Ничего страшного, – прошептала она, выбегая из лавки.
Тяжело дыша, Хэдли назвала водителю адрес и всю дорогу сжимала сумочку на коленях. От шока из головы вылетели все мысли. Когда машина остановилась у дома Магнуссонов на Бродвее, Хэдли чуть не вылетела из автомобиля до полной остановки.
Когда она побежала к парадному входу, на подъездной дорожке показалась знакомая блондинка.
– Мисс Бэкол?
Хэдли сменила направление и подошла к большим воротам.
– Астрид! Лоу дома?
Мисс Магнуссон почесала ухо и скривила губы.
– Ну не совсем…
Подошел помощник Уинтера Бо, кивнул и поздоровался:
– Добрый день.
– Я ищу Лоу, – повторила Хэдли.
Между Астрид и Бо произошел некий безмолвный разговор, и сестра Лоу кивнула, будто давая разрешение.
Бо приподнял край кепки.
– Вообще-то, мы как раз собирались ехать к нему. Если хотите, можете к нам присоединиться.
Хэдли даже не смогла ответить, просто кивнула и побежала платить таксисту. Пару минут спустя она уже расположилась на заднем сиденье лимузина «пирс-эрроу» вместе с Астрид, пока Бо выводил машину из Пасифик-Хайтс.
Астрид попыталась заговорить, но Хэдли слишком переживала, чтобы общаться. Неловкое молчание длилось на всем протяжение немаленьких городских кварталов. И только когда они проехали по Рашн-хилл, она поняла, что не додумалась спросить, куда они направляются.
Затяжной подъем по улице Филберт навеял воспоминания о поездке по Телеграф-хилл вместе с Лоу. Как они отправились в такси из Колумбария. О зелено-красных попугаях. Как они притворились парой, собирающейся купить дом у того бедного потрепанного агента, продающего старый особняк семьи Роузвуд. Лоу назвал его «Мрачным особняком».
И вот это здание на верху холма.
У обочины выстроились грузовики. Рабочие собирали обломки и взбирались по лестницам, окрашивая фасад. Окна на третьем этаже заменили.
Хэдли разглядывала все это, пока лимузин замедлился и припарковался.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
