— закатывает глаза.
И я открываю.
Думаю увидеть там что угодно, но все же… ее содержимое меня удивляет.
Мои глаза мечутся по строчкам. Их немного. Имя. Адрес. Телефон. Еще один адрес. Еще один телефон. Еще несколько имен. Даты рождения. Все.
— Это что?
Теперь мне холодно. Начинается тремор, так что папку в руках становится сложно держать. Во рту образуется вязкая слюна, и я не могу ее проглотить, потому что в горле стоит чертов ком!
— Там есть фото. Глянь.
Листаю. Фото и буквы перед глазами расплываются.
Борис Исаев.
Двоюродный брат моей мамы. С семьей. Жена и две дочки. Младше меня, еще школьного возраста. Если снимки сделаны недавно… Бросаю взгляд на даты рождения. Да, все верно. Пятнадцать и семнадцать. Живут в Болгарии. В Варне. Владеют недвижимостью в Москве. Домом за городом и квартирой.
— Но как? — поднимаю взгляд на Мирона, он неопределенно жмет плечами. — Социальные службы не смогли на него выйти… а ты нашел.
— Он долгое время жил за границей, вернулся в Россию недавно. Я виделся с ним. Они хотят с тобой познакомиться. Поэтому ты поедешь в Москву, на учебу, ради своей безопасности и ради этого. Ради знакомства со своей семьей.
— Спасибо, — шепчу тихо и опускаю взгляд, рассматривая фотографии.
Мирон умеет удивлять. С самой первой нашей встречи он только это и делает. Удивляет меня. Снова и снова. Делает меня счастливой, заботится о моей безопасности и любит меня.
Он может не говорить этого. Мне больше не нужны его слова. Я чувствую его любовь сердцем, и сейчас оно полыхает в ответ.
Вскакиваю на ноги.
— У меня тоже есть для тебя подарок. Не успела вчера отдать. Ничего такого, просто мелочь на память.
— Я весь внимание.
— Дай мне свою руку.
— Попросишь меня выйти за тебя? — выгибает брови Мирон.
— Ну нет, это ты когда-нибудь будешь выпрашивать у меня согласие.
Сажусь на колени возле ног Мирона и достаю из бархатного мешочка кожаный браслет. Он часто раньше носил подобные, и, когда я увидела этот, не смогла пройти мимо. На основу из черной плетеной кожи нанизано несколько крупных серебряных бусин с рисунком в виде крыльев ангела, а через несколько гладких бусин от них расположены такие же, только с изображением рожек и хвостов.
— Вот. Это… ты и я, — поясняю, закрепляя браслет на запястье у Мирона. — Вместе.
Неидеальные, но полностью друг друга дополняющие.
Он сжимает мои пальцы. Смотрит мне прямо в душу. В его взгляде столько эмоций, что я вновь планирую расплакаться.
Не знаю, что он видит, так пристально вглядываясь в самую суть меня, но я отчетливо вижу в его глазах себя. Я смогла найти свое отражение в Мироне Гейдене и очень надеюсь, что и он нашел свое во мне и больше не будет этого отрицать
— Я так и понял.
Глава 34
Полтора месяца спустя
— Ты точно не хочешь с нами, Исаева? — интересуется Наташа, староста группы в которую меня определили на этот семестр.
Я успела поладить с новыми знакомыми, хотя первое время была явно «странной» для них. Немного шарахалась, после всего, что случилось, люди доверия не вызывали. Однако внутри группы витала дружеская атмосфера, и меня на удивление быстро приняли и стали считать своей.
— Не в этот раз, Милова, — бормочу, пытаясь скрыть рвущийся наружу зевок.
Одногруппники собираются посидеть в кальянной или в каком-нибудь баре, отмечая окончание учебной недели. Это небольшая традиция, которую ребята нарушают крайне редко. Я несколько раз к ним присоединялась, но в этот раз мечтаю поскорее добраться до дома и лечь спать.
Я до четырех часов утра смотрела исторический сериал про любовь и не смогла остановиться, даже когда во втором сезоне там убили главного героя. А потом мужественно отсидела пять пар в универе и сделала все, что могла, лишь бы не уснуть.
В сотый раз проверяю телефон и, вновь не найдя там сообщения от Мирона, прячу в карман. Закусив от досады губу, поправляю на плече сумку и вместе со всеми выхожу из аудитории в коридор.
Мы не списывались и не созванивались уже около недели, и я жутко нервничаю. Вдруг он больше не позвонит? Не напишет? Вдруг увлекся кем-то другим? Глупые мысли, не подкрепленные никакими фактами, бьются о мою черепную коробку, рождая в груди липкое чувство тревоги.
Я ему верю. И очень жду его.
У меня в гостях уже были почти все знакомые из города. Я думала, буду помирать от скуки и ничего не знать о происходящем, но я заблуждалась. Мне звонил Марк и беспечно трепался обо всем на свете. Звонила и даже приезжала с ночевкой Ева. Проездом в Москве были Черновы и тоже забегали навестить. Мы вместе посетили выставку современного искусства и, на радость Мише, который по галерее бродил со скучающим видом, сходили еще на хоккейный матч.
Ирина Гейден звонит мне каждый вечер, и мы делимся незначительными накопившимися новостями. Еще никогда мой телефон не накалялся от использования так, как в это время. Меня будто уже приняли в семью. Сделали ее частью.
Я очень скучаю по Мирону. У меня так и нет ни одной нашей фотографии, а те, что есть у него в социальных сетях, я сохранила себе. Когда особенно грустно и одиноко, открываю галерею и листаю кадры с изображением моего личного дьявола.
Как же я скучаю.
Это не первый раз, когда Мирон берет тайм-аут и ненадолго пропадает. После того как я уехала из города, вестей не было почти четыре дня. Чуть не сошла за это время с ума. А потом он позвонил, и, услышав его родной голос, с любимыми глубокими хриплыми нотками, я испытала настоящую эйфорию.
Ярослава нашли и арестовали пару дней назад. Закрыли в СИЗО и теперь не выпустят очень долго. Благодаря Вике — а она слила все, что знала о братце-дилере — полиция взяла в разработку целую сеть по сбыту наркотиков. За Ярославом следили и ждали, пока он выведет их на нужных людей. Наконец это случилось. Все это поведал мне Марк в последнем разговоре, а на вопрос, где пропадает его брат, лишь загадочно ухмыльнулся.
Через неделю у меня состоится долгожданная встреча с дядей и его семьей. Мы пока общаемся только онлайн, мне хотелось привыкнуть к мысли о том, что у меня теперь есть
