— Черт! Те разы, на Ромовом острове, в замке Иф и на Эльбе… Ты просто его включала или выходила в Интернет?
Сэм знал, что через iPhone можно подключиться к Интернету двумя способами: либо по протоколу Edge, либо по беспроводной локалке.
— И то, и то.
— Холков мог установить радиомаячок. Каждый раз, когда ты включаешь телефон или выходишь в Сеть, маячок считывает GPS смартфона и Холкову приходит сигнал: «Вот они».
Реми тяжело выдохнула и сжала зубы.
— Думаешь, они…
Она хотела было оглянуться, но Сэм ее остановил:
— Посмотрим, когда будем сходить на берег. Когда ты последний раз его включала? На берегу?
— Верно.
— Я не заметил, чтобы сегодня утром за нами кто-то следил.
— Я тоже, но в этой толпе легко затеряться.
— К сожалению, Шёнау небольшой городок. Если их человек пять, ничего не стоило проследить за нами от гостиницы до причала.
— Что будем делать?
— Для начала сотрем все файлы с загадкой и результатами, — ответил он и тут же принялся чистить свой смартфон. — Мы не можем рисковать.
Сэм успел покопаться во всех домашних и переносных устройствах, в том числе и в смартфонах, добавив несколько дополнительных функций, среди которых была «корзина» для мгновенного удаления файлов. Любая попытка открыть файл без ввода пароля приводила к потере всех данных. Как только Реми очистила свой телефон, Сэм сказал:
— А теперь будем надеяться на чудо.
— Какое?
— Что ты ошиблась. Только вот чудеса случаются редко. Дай-ка взгляну.
Она протянула ему телефон. Сэм достал швейцарский нож и принялся ковыряться в механизме.
— Вот ты где! — наконец пробормотал Сэм, склонившись над распотрошенным смартфоном, лежащим у него на коленях.
Реми подалась вперед.
— Нашел?
Он пинцетом извлек из внутренностей смартфона крохотный, размером с ноготь на мизинце, чип. Два тончайших проводка тянулись к батарейке телефона.
— Преступник пойман.
К счастью, жучок был устроен таким образом, что передавал сигнал лишь при включении аппарата; Холков не узнает, что его шпион раскрыт. Сэм отделил проводки, положил чип в карман рубашки и стал собирать iPhone.
Через двадцать минут, когда остатки тумана растаяли, уступив место ярко сияющему в синеве солнцу, они обогнули полуостров Хиршау. Вдалеке на фоне гранитных гор с прожилками белого снега, сверкая на солнце ярко-красными луковичками куполов, показалась церковь Святого Варфоломея.
Низина, в которой расположилась церковь, занимала сорок акров береговой линии — треугольник, со всех сторон окруженный лесом. Здесь было два причала: один для посетителей; другой, построенный ближе к капелле, заканчивался сараем для лодок. Позади капеллы, между островков зеленого газона с извилистыми тропинками протянулся ряд деревянных построек, бревенчатых срубов, чьи размеры варьировались от сарайчика до двухэтажного амбара.
Капитан сделал круг возле берега, подождав, пока другой катер не выгрузит пассажиров, затем развернулся и мягко причалил к пирсу. Один из членов экипажа спрыгнул на пристань, отвязал носовой и кормовой тросы, а затем поднял ограждение, освобождая проход.
Выискивая в толпе пассажиров знакомые лица, Сэм и Реми пошли к выходу, задержавшись лишь, чтобы кинуть немного мелочи в висящую на переборке кружку.
— Я никого не заметил, — пробормотал Сэм, сходя на причал и подавая руку Реми. — А ты?
Их группа была второй из прибывших сегодня; большая часть первой группы еще околачивалась возле пристани; люди не спешили расходиться, толпясь у сувенирных лавок, щелкая фотоаппаратами и изучая карты. Пока народ не разошелся, Сэм и Реми прогулялись вдоль ограждения пристани, всматриваясь в лица.
Некоторые экскурсоводы уже начали вступительную часть, и теперь их голоса разносились над гулом толпы.
— …капелла была заложена еще в двенадцатом веке, в честь святого Варфоломея, который считался покровителем пастухов и косарей…
— …обнаружите, что внутренняя планировка списана с Зальцбургского кафедрального собора. Росписью стен и наружными отделочными работами занимался знаменитый зальцбургский мастер Йозеф Шмидт…
— …до тысяча восемьсот третьего года охотничий домик, расположенный рядом с капеллой, являлся частным владением принцев-провостов Берхтесгадена, последний из которых…
— …после того как Берхтесгаден вошел в состав Баварии, охотничий домик стал одним из излюбленных мест, где Виттельсбах…
Сэм и Реми обошли полный круг и вернулись к причалу. Знакомых лиц в толпе не было. Из-за полуострова в сторону церкви направлялись еще два катера.
— Мы можем ждать здесь и проверять каждый подплывающий катер или смешаемся с толпой и начнем искать подсказки, — предложил Сэм.
— Терпеть не могу ждать, — сказала Реми.
— Я тоже. Тогда вперед!
Они заскочили в магазинчик с сувенирами и купили две толстовки, светло-желтую и темно-синюю, и две шляпы с висящими полями. Оплатив покупки, Сэм и Реми направились в туалет переодеться. Если Холков и его люди следили за ними с причала Шёнау, простейшая маскировка плюс возможность затеряться среди толпы, которая к тому времени разрослась до двухсот с лишним человек, должны были обеспечить Сэму и Реми достаточное прикрытие, чтобы остаться неузнанными.
— Готова? — спросил Сэм.
— А то, — отозвалась Реми, заправляя каштановые волосы под шляпу.
В течение следующих двадцати минут они бродили по пристани, делая снимки озера и гор.
— Вот они, — наконец сказала Реми.
— Где? — не поворачиваясь, спросил Сэм.
— Катер, который кружит вокруг доков. Правый борт, четвертое окно сзади.
Сэм повернулся и направил фотоаппарат на озеро, поймав в кадр приближающийся катер. Он увеличил изображение и, сделав несколько снимков, опустил камеру.
— Ага, это Холков. Я насчитал еще троих.
Надвинув шляпу на глаза, Сэм зашагал обратно к пирсу.
— Эй, погодите минутку, — окликнул он матроса, который готовился отвязывать швартовочный трос. — Забыл кинуть Trinkgeld.
Сэм помахал купюрой в десять евро.
— Конечно, сэр, проходите, — кивнул матрос.
Сэм запрыгнул на борт, кинул банкноту вместе с чипом маячка в кружку с Trinkgeld и вернулся на палубу. Переодеваясь в туалете, при помощи наклейки от ценника Сэм приклеил к чипу запасную батарейку от часов. По его расчетам, батарейка должна была проработать не больше получаса, но при определенном везении им вполне хватит и этого времени.
Он вернулся к Реми, которая первым делом поинтересовалась:
— Думаешь, сработает?
