за некие чудеса, исходящие из вышестоящего мира, недоступного пониманию проекционных теней. Здесь же, как я уже говорил, чудес не бывает, и любая овца знает о том, что ущелье со всем его содержимым, тонко чувствуя колебания эфира, немедленно реагирует на нежелательные созвучия. Две коровы, Веснушка и ее подруга Голубка, однажды решив лишний раз просветлиться, проходили через это ущелье, обсуждая самые невинные вещи, касающиеся личной жизни коров, но Веснушка втиснула в свою речь проекционное слово «харизма», то есть промычала буквально: «Как, Голубка, ты думаешь, есть ли у нас, у коров, харизма, и если есть, то в чем она выражается?» Тут же все вокруг потемнело, и над головами коров появилось что-то летающее, разумеется не материальное, но извивающееся, длинное, с шипами на позвоночнике, испугав двух пеструх так, что они понеслись как лошади по дороге вперед и, выскочив из ущелья, еще долго оглядывались, опасаясь преследования этой самой «харизмой». Другая корова, Ночка, только что побывавшая в проекционной иллюзии и поднабравшаяся там разного рода глупостей, проходила сквозь эти скалы с гуртом пятого круга, сопровождаемым Пастухом, который всегда, ради собственного спокойствия, проводил своих подопечных через это сияние, — и поделилась с согуртницами сведениями о пользе коров с точки зрения потусторонних теней, опять же вставив на неестественном для реальности языке такие звуки, как «витамин В-двенадцать», «биогаз» и «экотрактор»… Ущелье отреагировало мгновенно: поднялся ветер, и возник жуткий гул, полетела откуда-то желтая пыль, ослепляя коров, а скалы, омываемые новорожденным эфиром, приобрели красноватый оттенок, так что гурт побежал, обуянный, понятно, причинным страхом, и долго еще Пастух не мог собрать и успокоить коров, которые, выскочив из ущелья, разбежались в разные стороны, потеряв, кажется, внутренний компас и даже забыв про своих двойников будущего и прошлого, которые всегда помогают правильно установиться в пространстве…
— Пастух, — вмешалась вдруг Ида, — если вы еще раз повторите эти проекционные звуки, пусть даже и в пересказе, я и сама побегу вперед, поскольку боюсь, что ущелье действительно среагирует… Один бык не так уж давно рассказывал мне, что, проходя здесь и мысленно насмехаясь над другим, побежденным им недавно быком, сымитировал жалкий, ничтожный и более похожий на какой-то коровий рев последнего, и со скалы тут же свалился камень, падением своим повредил этому быку левое ухо, вырвав из него кольцо, полученное в награду за битву на скотобойнях…
— Значит, — сделала вывод Овсянка, — мы находимся в своего рода храме, где недопустимо не только произносить отрицательное, но даже думать о нем, а издеваться над побежденным и есть отрицательное — поэтому, я считаю, быку и поранило ухо.
— Возможно, в проекционном понятии это и храм, — отчасти согласился Пастух, — но разница в том, что храмы в потусторонней иллюзии — условность, как и все остальное, ущелье же — это высший пример безусловности, поскольку выдумано оно не скотиной, и даже слово «сотворено» неприменимо к нему в силу того, что здесь не действуют законы и разум недосягаемых, высших сфер, не допускающих на плоскости загадочные явления, что говорит о том, что свет этот, омывающий вас, является первоначалом всего и, возможно, возник еще до поверхности, созданной великим Создателем и непостижимым Намерением, и даже еще до тех самых сфер, о которых нам с вами задумываться бессмысленно. Здесь не бывает тьмы, которая не проникает сюда, и ваша Звездная Мать не появляется никогда на своде над этим ущельем… Есть в проекционной иллюзии места, подобные этому, но потусторонние призраки — к вашему моменту движения по плоскости — давно забыли и забросили их, предпочитая разумно посещать облагодетельствованные небесными Пастухами рукотворные храмы, стены которых, внутреннее устройство и так называемый дух омывают сиянием небесным любую мертворожденную, бесплотную тень, просветляя ее небесную душу, но не касаясь, правда, ее скотского Божественного начала и оставляя ей выбор между белым и черным, который, как некое средство защиты от агрессивной проекционной среды, стараются сохранить в глубине своего несовершенного разума ваши отображения. Здесь же, как видите, такого выбора нет и любая скотина подчиняется закону поглощения черного белым.
45. Белый смысл с темным пятном. Прибытие в долину
На выходе из ущелья, когда скалы уже раздвинулись и перестали искриться, телки сразу попали в какую-то мрачную полутьму, в которой дорога была едва различимой, а предел коровьего видения сократился чуть ли не до болтающегося хвоста впереди идущей согуртницы. Впрочем, сумрак этот быстро рассеивался, глаза привыкали к обычному освещению, и скоро телки, увидев большую синюю лужу неподалеку, сошли с дороги и, склонившись, жадно стали втягивать воду. В тот же момент они услышали тяжелый, устрашающий топот, сопровождаемый сопением и хрипом, и, в испуге оторвавшись от поглощения воды, увидели двух здоровенных темно-рыжих быков, вылетевших из прохода в ущелье и устремившихся без оглядки, кажется, неизвестно куда, не соблюдая дороги. Вслед за быками, нелепо размахивая копытами и издавая воющее мычание, промчались три разномастные коровьи особи, причем впечатление было такое, что вся пятерка от кого-то панически убегает.
— Кто-то из них явно выдал в ущелье отрицательный звук… — сделала заключение Елена.
Тут из-за скал выскочили, подпрыгивая как козлики, два совсем небольших бычка, судя по неуклюжим движениям, возрастом не более двух-трех столбов, и, как-то смешно набычившись, раздувая ноздри, сопя, бросились догонять исчезнувшую из поля зрения скотину, ориентируясь по тем звукам, которые та оставляла после себя.
Телки даже забыли про воду и стояли в полном недоумении, не зная, что и подумать.
— Все это, конечно, — стал объяснять Пастух, — выглядит довольно смешно и требует объяснения, но я и сам впервые наблюдаю подобное зрелище, о котором лишь слышал от других Пастухов. Дело тут в том, что возвращение на плоскость удаленных в иллюзию коров и быков и, соответственно, их потомства, оказавшегося по вине своих предков в потусторонней среде, никак не возможно, сколько бы ни боролась за это Барбариска-Илона-заступница, но в этом ущелье, которое вы миновали, не действуют, как я уже говорил, законы Создателя и Намерения, так что оно является исключительным местом: в нем возрождаются в виде бычков сущности проекционных быков, убитых мертворожденными призраками на развлечениях, на специальных аренах… Возникнув из ниоткуда и омывшись первородным сиянием — что заменяет эфирное молоко избранных сущностей, — бычки эти сразу же зачисляются в полноценные, Божественные создания, но в них навсегда, несмотря на искристое, белое сущностное начало, остается то темное, что можно определить как проекционную мстительность, и в данном случае произошло невероятное совпадение: в тот самый миг, когда бычки эти появились на свет, вновь и в нарушение всего возродившись
