Ошметки летели во все стороны, и, с мягким шлепком угодив на стены пещеры, медленно сползали по ней постепенно остывающими «червячками».
Над бушующим морем поплыло зыбкое розовое облако. Покачиваясь, эта невесомая субстанция закручивала небольшие ленивые воронки с тонким хвостиком, и густела на глазах. Она что–то мне напоминала, но память сотрудничать отказалась наотрез. Поэтому я молча, словно в гипнотическом трансе, глазела на это «шоу», пока зыбкое облако вдруг не сорвалось с места, словно его сдул великан, и не окутало меня плотным коконом.
И тут я вспомнила – розовый туман! Тот самый, что клубами поднимался со дна обрыва между нашей гостиницей и поселением в долине, и послушно ложился под ладонь, словно соскучился по мне. Мисс Хайд озадачилась тогда вопросом, откуда в преисподней, которая, по сути своей пустыня, взяться туману – горячему и сухому, как жар в парилке, не хватало только терпкого запаха березового веничка и яростного шипения воды, которую щедро плеснули на раскаленные камни.
Вот и в данный момент мне казалось, что я стою в жарко протопленной баньке у деда. Сейчас поправлю тесемки купальника, лягу на полку, и он начнет постукивать мою спинку веничком – сначала аккуратно, легонько, а потом все сильнее и сильнее.
Но парить госпожу Ангела не стали – обхватившее меня облако исчезло так же внезапно, как и «напало». В глубине души я поняла, что проверку прошла успешно. И, видимо, «по результатам собеседования принята на должность» – вот только какую и что вменяется в должностные обязанности?
Но спросить было не у кого. Люциофуги отошли подальше – видимо, из–за розового тумана. Странно, кстати, близость лавы их вовсе не пугает, в то время как собратья демоны в ужасе разбегаются от нее с криками.
Я вгляделась в них. А ведь у люциофугов уже давно нет с демонами ничего общего, кроме того, что всех их сбил с истинного пути Люцифер. Эти тщедушные, вынужденные постоянно скрываться и жить в ужасных условиях существа на самом деле обладают огромной силой. Даже представить не могу, чего им стоило решиться исполнить веление Господа и безропотно во искупление вины перед ним сознательно уйти в геенну!
Что–то горячее и шершавое, осторожно сжавшее мою ладонь, вновь заставило выплыть из раздумий. И как раз вовремя, чтобы успеть выставить руку в сторону шлагбаумом и остановить рванувшего на помощь Горана. Супруга, вероятно, охватил ужас, когда он увидел, как к его обожаемой жене прикасается непонятное существо.
– Все хорошо. – Прошептала я, и он перестал нажимать животом на рукотворный шлагбаум.
Люциофуг, заглядывая мне в лицо белыми глазами с черными точками зрачков, постепенно выпрямился. Я едва сдержала истерический смех, понимая, что со стороны это стало похоже на «Секретные материалы».
– Тебе нужен камень? – ломаным тихим голосом спросил он.
– Да.
– Так возьми. – Люциофуг повел второй рукой в сторону алой поверхности. – Камень на дне.
Глава 4.2 Геенна огненная
– Саяна! – стальное кольцо так сжало талию, что и вдохнуть не удалось. – Не надо, умоляю!– Драган! – просипела мисс Хайд, пытаясь разжать его руки. – Я это сделаю, даже если ты мне позвоночник сломаешь!
– Прости. – Он отступил на шаг.
– И ты меня. – В его глазах плавилось столько боли, что пришлось отвести взгляд – я та еще задница, конечно, но не настолько же! Но выбора мне никто, как всегда, не предоставил. Что ж, идем купаться в геенне.
Госпожа Ангел подошла к пышущей жаром лаве. Я стояла и смотрела на нее, а она на меня. Странное ощущение, она словно живая. А может, так и есть, у жизни столько проявлений, что узким человеческим сознанием с четко очерченными физическим телом рамками ее не познать. Что мы знаем о радиоволнах, свете и многом другом? Не считаем их живыми – лишь из–за того, что они иные.
Я присела на корточки и, помедлив, поддела лаву мизинцем, словно хотела попробовать тесто. С пальца медленно падали крупные оранжевые капли. Горячо. Очень. Но помимо этого никаких неприятных ощущений.
Мисс Хайд встала, улыбаясь. Что ж, водичку попробовала, теперь пришло время для аттракциона невиданной храбрости, как сказал бы Глеб. Кстати, о нем – нужно еще с его приговором разобраться. Размышляя об этом, я быстро расстегнула платье, и оно упало к моим ногам.
– Отвернись! – резануло слух раздраженное шипение Горана. Я покосилась на него и покрасневшего Спиро, который ненароком получил возможность полюбоваться нагой госпожой Драган. Что ж, хоть у кого–то сегодня удачный день!
Ступни обняло приятное тепло, словно я вступила не в лавовое море, а в хорошенько разогретую грязевую ванну. Разум протестовал, взывая к моему, как всегда, дрыхнущему инстинкту самосохранения. Это звучало примерно как «Дуууураааа, ты что твооориииишь?!!! Бегиииииии!»
Бешеный пульс и адреналин, бушующий в крови, заставили тело дрожать. Что ж, наверное, это пока что лидирует в моем списке необычнос…
Додумать мне не удалось – дно под ногами кончилось, и я ухнула вниз.
Глава 4.3 Геенна огненная
Афродита из пены морской, говорите? Ерунда! А вот Саяна, выходящая походкой от бедра из лавы – это достойно похвал! Аплодисментов, правда, от люциофугов я так и не дождалась. Бедняги замерли, глядя на меня, этакого жидкого Терминатора. Победное шествие испортил Горан – бросившись меня обнимать. Как я ни пятилась, ни кричала, что вся покрыта лавой, он все равно прижал меня к себе.
– Сумасшедший! – выдохнула мисс Хайд, пытаясь отстраниться. – Дай хоть обтереться!– Я сумасшедший?! – хрипло выдохнул он. – Безумное существо!
– Драган! Да отпусти же! – пришлось повысить голос. – Ты уже пахнешь, как шашлык!
– Злая! – пробурчал он, нехотя разжав руки и тут же спрятав их за спину.
– Покажи! Быстро, а то на второй заплыв отправлюсь! – я глянула на его покрытые волдырями ладони и ахнула. – Ну кто ты после этого?!
– Пройдет.
– Рот открой, – достав из кармана платья складной скальпель, скомандовала мисс Хайд. – И если скажешь хоть слово!.. – струйка крови отправилась в послушно раскрытый рот. – Так–то лучше. – Я удовлетворенно кивнула, глядя на то, как с его рук, лица и тела пропадают ужасные ожоги, и уперла ладони в талию. – Даст мне кто–нибудь полотенце или нет?!
Привести себя в порядок оказалось непросто – часть лавы стекла с меня сама, но
