Боунс, приготовилась защищать нас в компании темных волшебников. Сириус держал ее за руку, а мы с Сьюзи поняли: надо, надо их женить, и при том срочно! Пока не потерялся этот взгляд и запал.
— Кто кого на себя возьмет? — спрашивает Эйвери, показав пальцем на одно из Птицы, — я вон того хочу на бой вызывать, рожа мне его не нравится, — поманил пальцем и Птичник ответил Пожирателю согласием. Их не стало, они резко переместились черной дымкой, а всплески магии слышались в сотнях метров от нас.
Остальные пары противников, договорившись о бое, унеслись подальше от достопримечательности и культурного наследия. Видел, что Сириус взял в противники Люпина, мисс Боунс вызвал Молли, Люциус выбрал в оппонента Артура,
Грюм сражался с кем-то из Пожирателей, Альбус и герр Штейнер наблюдали за нашими действиями, уверенные в том, что мы или облажаемся или применим не достаточно мощный выброс и накроет не всех, а лишь некоторых. Их ждет разочарование.
На счет три, мы читали в один голос ритуальное очищение. Декан, которого не трогали и тоже лишь за ним наблюдали, был нашим дирижером, как и на первой стадии активизации звезды. Читая катрен, углы звезды и мой центр светились сильнее, наполнялись силой все больше, вся пятерка передавала магию, энергию, стихии одновременно. Словно кипящие струи воды, меня вливались мощные потоки энергии, думал, изнутри сгорю и пеплом рассыплюсь. Но терпел боль, вбирал в себя магию, продолжал высвобождать свою, смешивая ее с остальными стихиями и дарами. Моя стихия помогала снижать накал в теле и напряжение в энергетических каналах. Облачился в ледяную кольчугу, оставив не защищенными только руки, концентрировал энергию в них, чтобы потом ее выплеснуть на все триста шестьдесят градусов по всем ближайшим и дальним материкам, прилегающим к океанам и морям. Осталась последняя строчка очищающего катрена, дальше завершающий выброс с последующим опустошением резерва, результат трудов и подготовок.
— Гарри, готов? — спрашивает меня декан.
— Давно, — говорю и на меня смотрят все друзья и профессора. Они тоже устали, на пределе сил, но не отступают. Видя, что мы на финальной стадии, Альбус и герр Штейнер переглянулись, напряглись мы с лордом, так как защитников у нас больше нет, лишь декан и Луна с Драко.
— Вы провели трудоемкую и кропотливую работу, герр Поттер, — говорит историк, — за это вам полагается награда. Вы умрете последним, будете наблюдать смерть ваших друзей, профессоров, близких, — показывал на стоящих со мной, и тех, кто сражался с их последователями, — я не позволю вам закончить ритуал. И начну пожалуй с вашего любимого декана, — смотрит на профессора, — герр Филиус, Авада Кедавра! — произнес герр, целясь в профессора, но тот увернулся и луч попал в один из камней.
— Какой вы наглый, герр Штейнер, — говорит Драко, — Луна, призыв читай, — смотрит на нее блондин, а я не понимаю что происходит, как и все здесь. Даже зеленый декан ждет что такого выкинет его крестник. Луна, подойдя к блондину, коснувшись лба Драко своими длинными тонкими пальчиками, выводила узоры и пела заклинание. От сияющих магий волос девушки расходились серебряные ленты, оплетая Драко, как мумию, оставляя только щелочки глаз.
— Что это? — спрашивает Лука. На девушку и парня смотрят все с замиранием.
— Луноликая принцесса и ее страж — Серебряный дракон, — вспомнил я нашу шутку с того года, — это оказалось не шуткой, она — принцесса, а он ее страж, — говорю и вижу, как тело друга растет и меняется на глазах, взмывая вверх, ленты из волос светятся еще ярче, и из свечения вылетает дракон. Как в китайской мифологии, длинный, без крыльев, покрытый серебряной чешуей, от макушки и вдоль позвоночника тянется серебристая грива, заканчиваясь кисточкой на кончике хвоста, на лапах когти, морда напоминает лисью, вытянутая, с раздвоенными рогами и ушками, черным носиком и длинными усиками в мелкую серебристую чешую. Луна садится верхом, держится за рога, встает на нашу защиту, — вот так сюрприз!
— Заканчивайте, Гарри! — кричит девушка, — мы с Драко берем их на себя, — из пасти друга слышится рык, а следом вылетает серебристое пламя. Пара дает нам время закончить ритуал. Последняя строчка, вся магия и мощь в моих руках, трещит и бьет разрядами боль, кожа чернеет, ожоги тянутся от пальцев до локтевых сгибов. Но я продолжаю удерживать все мне отданное. Финальное слово за мной.
— Магия единая! Магия великая! Очисти тобой не владеющих, исцели тела и души пострадавших, покинь тела недостойных, насмехающихся и приказывающих тебе. Очищение! — руки в сторону и высвобождение. Снова кипящий поток энергии, но в этот раз резкий, быстрый, сносящий всю защиту Ледяной кольчуги. Чувствую, как трещат мои ребра, ломаются в щепки от напора кости рук, течет из носа, глаз и ушей кровь, выходит с кашлем кровавая смесь, слышу голос Сьюзи, просьбу держаться, осталось пару минут. Профессор требует терпеть и выполнить то, что было задумано, чтобы не пропали даром все наши труды, чтобы не получилось так, что мы его зря во все это дело втянули. Лорд просто молчал, Тео подбадривал и говорил, что не так уж плохо я выгляжу. А декан говорил, что я сильный и справлюсь.
Последние секунды, магия внутри заканчивается, опускаются руки — я падаю. Сияние звезды и луча рассеяно по миру. Эффект, как сказал декан и профессор Снейп будет виден не мгновенно, но скоро. Я лежу на руках лорда, около меня друзья, профессора. Где-то в далеке Луна и Драко гоняют Альбуса и герра Штейнера, уворачиваясь от Авад и Непростительных.
— Я вылечу его, — говорит Лука.
— Мы все поможем, — на меня накатывает боль, жжет каждую клеточку тела огонь чужих стихий и родовых даров, я закрываю глаза, отпускаю сознание, на грани шепота слышу слова, их голоса становятся, как фоновая музыка. Основной разговор и диалог происходит на границе мира. Между мной и
