кивнул и протянул свою.
– У меня есть невероятная, безумная история, и я хочу ею поделиться, – произнес он.
Впервые Сюэ улыбнулся:
– Думаю, моя история победит.
28
24 января, 04 часа 45 минут утра
Джакарта, остров Ява, Индонезия
Спустя полчаса Грей смотрел на два электронных планшета, лежавших на мраморной столешнице. Каждая сторона положила свой – совсем как игроки в покер, решившие открыть свои карты. Пирс показал Сюэ оцифрованную версию страниц и даже позволил бегло прочесть их и посмотреть рисунки. Он также поделился тем, что знал и что подозревал. Тем не менее в качестве меры предосторожности он оставил оригиналы страниц у Гуань-инь и боевиков триады.
Со своей стороны, Сюэ закрыл стальной ящик и для сохранности вручил его доктору Ло.
«Пусть мы раскрыли друг другу свои карты, но пока не готовы ими обменяться».
На своем планшете Сюэ поделился фотографиями орторомбических кристаллов и окаменевших тел, а также нечеткими снимками того, что могло быть частями погребенного в мантии Земли планетоида. Он даже показал жуткое видео, где черный череп раскалывался и из него выпрыгивала дергающаяся масса с усиками.
Грей сглотнул. Затем постарался связать эти две истории воедино.
– Одну секундочку, дайте мне разложить это по полочкам в голове… Еще в две тысячи двадцатом году китайский лунный посадочный модуль пробурил то, что могло быть погребенной кристаллической жилой Тейи, древнего планетоида, который врезался в первозданную Землю и образовал Луну. Когда это произошло, локаторы уловили низкочастотный импульс, исходящий от обломка того же планетоида, погребенного под впадиной Тонга.
Сюэ кивком подтвердил его слова:
– Похоже, то, что мы делали на Луне, ощущалось осколками на Земле. Хотя с Луны не было обнаружено никакого исходящего сигнала, это может быть нечто не известное нашим специалистам. Тахион. Гравитационные волны. Возможно, обе части все еще связаны между собой некими квантовыми нитями, поэтому одна сразу знает, что происходит с другой.
– Но это событие, сигнал в двадцатом году, не привело к тектонической катастрофе, подобной той, какую мы переживаем сейчас. Он лишь повредил посадочный модуль и вывел из строя его бур. Может показаться, что «Чанъэ-5» был атакован специально. Например, чтобы не допустить дальнейшее бурение этой жилы.
– Возможно, – признал Сюэ.
– Затем две недели назад одна из ваших подлодок отправилась исследовать источник сигнала. Как только она оказалась в этом районе, ваши военные отправили соответствующий низкочастотный импульс.
– И причем очень сильный.
– Что вызвало землетрясение. И неким образом повредило подводную лодку настолько, что она погрузилась в желоб. Теперь нестабильность неуклонно усиливается, угрожая всему миру.
Явно задетый его словами, Сюэ опустил голову. Грей покачал головой.
– В этом нет вашей вины. Никто не мог предсказать, что за этим последует. Но вместе у нас больше шансов найти способ остановить это.
Сюэ кивнул и поднял голову.
Грей продолжил:
– Стэмфорд Раффлз и доктор Кроуфорд, должно быть, пережили нечто подобное во время извержения вулкана Тамбора. Биоминерализованные тела, опасное море, усиливающиеся землетрясения и извержения вулканов… Но они узнали некий секрет, нечто связанное со знаниями и историей аборигенов.
Рисунок Мэттью с изображением Радужного Змея все еще светился на экране электронного планшета.
Грей вызвал в воображении «ревущего быка», вспомнил слова Кадира про звук, который тот издавал. Голос их бога. Он чувствовал: в этом заключено что-то важное, но не мог это важное нащупать.
Сюэ громко вздохнул, чем вновь привлек его внимание.
– Но как мы можем быть уверены, что Стэмфорд обнаружил что-то важное?
– Мы не можем, но одна часть этой истории заставляет меня поверить, что он мог.
– Какая?
– Эта деталь продолжает озадачивать геологов и вулканологов, изучавших извержение Тамборы. – Грей посмотрел на закрытые окна. – Стэмфорд даже сообщает о ней в своих бумагах. После первого извержения гора продолжала взрываться. Причем каждый новый взрыв был сильнее предыдущего. У вулканологов нет объяснения, почему они вдруг прекратились. Паттерн не соответствовал известным событиям – как в том, что касается эскалации извержений, так и их внезапного прекращения.
– Вы считаете, что Стэмфорд нашел способ успокоить гору?
– Возможно.
Хэн шагнул вперед:
– А как насчет лекарства от окаменения тела?
– Стэмфорд мог обнаружить и его. Но ни одно из этих предположений не принесет нам никакой пользы без недостающих страниц. – Грей повернулся к Кадиру Нумери. Тот стоял позади них и услышал все. Выражение его лица было чем-то средним между удивлением и недоверием. – Директор Нумери, не могли бы вы отвести нас к тем старым записям, чтобы мы могли выяснить, в какой из тридцати семи комнат музея располагался офис Стэмфорда?
– Нет необходимости, – произнес Сюэ. – Я знаю, где это. – Он повернулся и указал на противоположное крыло. – На втором этаже. С видом на площадь Фатахиллах.
Глаза директора музея полезли на лоб.
– По-моему, вы описываете мой кабинет.
Грей улыбнулся:
– Если так, то это имеет смысл. Директору музея положено иметь лучший кабинет.
Кадир покачал головой:
– Но там ничего нет. Из него давно все вынесли. Причем много раз. Кабинет директора находится там более пятидесяти лет.
Грей остался непреклонен:
– Тогда пойдемте посмотрим, как хорошо Стэмфорд умел хранить секреты. – Он повернулся к Сюэ. – То есть если наше перемирие все еще в силе.
Сюэ пожал плечами:
– Пока да.
05 часов 02 минуты
Сейхан стояла рядом с Греем в кабинете директора музея.
– Думаю, это лучше, чем простукивать стены.
– Они пришли подготовленными, – признал он.
В кабинете Кадира на втором этаже было темно, окна закрыты ставнями. Танцуя лучами света по стенам, пространство освещали фонарики. Сбоку стоял широкий письменный стол из красного дерева. Тяжелый и крепкий, он был таким же историческим артефактом, как и все остальное в музее. Даже доски пола – они были исцарапаны, потерты и прибиты черными железными гвоздями. Крышу поддерживали деревянные стропила.
Одну из стен закрывал книжный шкаф. Казалось, будто с возрастом он сросся с ней. Шкаф был забит частной коллекцией резных фигурок, маленькими каменными идолами, корзинами из плетеной травы и глиняной посудой. Все остальные ниши заполняли книги.
Напротив Сейхан один из людей Сюэ зондировал стену от пола до потолка экранированным устройством, зажатым в обеих руках. Воспетый рекламой металлоискатель светился смутной картинкой того, что скрывалось за дранкой и гипсом. Техник уже осмотрел три стены в поисках спрятанного предмета, секретной комнаты или ниши.
В качестве дополнительной меры Грей проверил книжные полки, вытаскивая и обыскивая каждую полку и раму, пока наконец не признал поражение.
Техник закончил четвертую стену, опустил устройство и сообщил Сюэ свою оценку:
– Méiyŏu.
Сейхан перевела для Грея:
– Ничего.
Сюэ скрестил руки на груди и потер подбородок.
– А как насчет пола? – спросил Грей. – Это
