почудилось, что она видит отблеск сломанных ребер.
Противник с недоверием уставился на Эовин. Она оглянулась на деда. Со страхом, но в то же время с вызовом. Ирион ведь не уточнял, что трансформироваться нельзя и ей.
– Как я погляжу, правила только что изменились. – В его голосе звучало легкое удивление, но, похоже, никаких других эмоций дед в этот миг не испытывал либо же очень умело их скрывал. – Фируниан, дальше на твое усмотрение.
Воин колебался мгновение, прежде чем с громким рыком превратился в большую хищную кошку. Порванная в клочья одежда упала на пол. Эовин отшатнулась в сторону, осознавая, что ничто не защитит ее от этой атаки. Она прекрасно знала, что эти звери очень сильны, и одолеть их нелегко. И неважно, что на одном его боку шерсть была залита кровью, поскольку ульфаратец не успел залечить рану. Это все равно не остановило бы его.
Яростно рыча, хищник прыгнул на нее, сбил с ног и вонзил когти в плечо. Эовин изо всех сил сопротивлялась, рвалась из его хватки.
Над головой взметнулась лапа, со свистом рассекая воздух. Стычка с Дариной не шла ни в какое сравнение с тем, что должно было случиться. Та себя хоть контролировала и нанесла удар так, что когти очень аккуратно и точно перерезали горло, не убив при этом Эовин. Сейчас же атака Фируниана грозила легко снести ей голову с плеч, и уже никакая магия в мире не смогла бы вернуть девушку.
Отчаявшись, Эовин попробовала создать непроницаемую защитную броню вокруг горла и начать трансформацию. Однажды она уже сделала это, предотвратила смертельный удар. Но какая бы магия ни текла в жилах Эовин, она почему-то больше не подчинялась ей. Как будто она исчерпала последнюю искру, когда когтями атаковала Фируниана.
Эовин со сверхъестественной ясностью наблюдала, как к ней устремились когти, и приготовилась смиренно встретить свою судьбу.
В любом случае она была обречена. По крайней мере, так казалось Эовин. Потому что каждое столкновение с ульфаратцами заканчивалось тем, что она истекала кровью и терпела поражение, но потом поднималась и продолжала борьбу еще отчаяннее, еще упорнее, еще настойчивее. Только вот для чего? Как будто пыталась остановить что-то, что в принципе невозможно остановить.
Лапа опускалась все ниже. Эовин лишь улыбнулась. Наконец все будет кончено.
– Довольно!
Неожиданный приказ заставил Фируниана остановиться всего в нескольких миллиметрах от ее головы. Все его тело дрожало от напряжения. Внезапно он отскочил в сторону и с ревом вонзил когти в каменный пол. Арена дрогнула под этим резким ударом, и Эовин с ужасом осознала, какая огромная сила воли ему потребовалась, чтобы прекратить.
Задыхаясь, она перекатилась на бок и уставилась на деда, который смотрел на нее с глубоким презрением.
– Видно, это судьбой предрешено, чтобы мои потомки меня так позорили.
Эовин не понимала, о чем он, к чему это начал. И ей было плевать. Она едва не разрыдалась от облегчения. Все тело дрожало, а мышцы попросту не повиновались.
– Хотя… – очевидно, Ирион и не ждал ответной реакции, – может, какая-то польза от тебя все-таки будет. – Он решительно направился к двери. – Отведи ее в световую клетку, – приказал ожидающей снаружи Дарине.
– В световую клетку? – в ужасе переспросила стражница, и даже Фируниан заметно содрогнулся.
Какой бы ни оказалась эта световая клетка, Эовин догадывалась, что ей это совсем не понравится.
– Ты все поняла, – коротко подчеркнул Ирион. – Не желаю больше с ней возиться. Пусть посидит там, пока не явится Кайлани.
Эовин больше не могла думать ни о чем другом. Потрясенная, она склонила голову на холодный пол, в то время как это имя эхом продолжало отдаваться внутри.
Кайлани.
Она наконец-то увидит свою мать.
Наконец-то узнает, какая она.
Впрочем, Эовин уже сомневалась в желании встретиться с ней после того, как родной дед оказался таким бессовестным монстром.
Глава 13
Световая клетка представляла собой некое подобие боевой арены – это с содроганием поняла Эовин после того, как Дарина втолкнула ее в нишу без окон глубиной около четырех метров в подвале замка. Девушка была настолько измучена и разбита, что не оказывала никакого сопротивления.
Их сопровождал и Фируниан в обличье хищной кошки. Эовин не знала, с чем это связано. Возможно, с такой травмой обратная трансформация вышла бы очень болезненной, а может, он не желал лишний раз показываться обнаженным. Во всяком случае рана на боку перестала кровоточить. Значит, опасного для жизни вреда Эовин ему не причинила. Видно, выпала им такая судьба – периодически ранить друг друга, намеренно или не слишком, и потом от этого страдать.
Девушке хотелось, чтобы он принял человеческий облик, поскольку по кошачьей морде сложно было разгадать его эмоции и переживания. Он даже не смотрел на Эовин, как будто ее просто не существовало. Для него.
Она старалась не обращать на это внимания.
Так или иначе, он являлся ульфаратцем. Они уже не раз насмерть бились друг с другом. По приказу своего повелителя он без колебаний отрубил бы голову Эовин.
Фируниан был ее врагом и всегда им останется.
Дарина активировала руну Силы, и плотно стоящие столбы света заполонили открытую сторону ниши. Эовин почувствовала, как внутри снова поднимается паника, а по телу пробегает дрожь.
Не имело абсолютно никакого значения, сколько раз она твердила себе, что совсем неважно, где именно ее заперли – в комнате или в тюремной камере, – суть от этого не менялась.
Но только не для Эовин.
Клетка всегда была для нее худшей из всех возможных пыток.
– Что с ней такое? – тихо поинтересовалась Дарина.
Фируниан вместо ответа зарычал и удалился.
Покачав головой, Дарина проследила за ним взглядом, прежде чем подойти ближе к светящимся прутьям решетки.
– Я смотрю, ты полна загадок. Любопытно, далеко ли продвинешься. – Она вздохнула, как будто не хуже самой Эовин понимала, что этого никогда не произойдет. – Хочу предупредить. – Дарина понизила голос. – В эту клетку заключают провинившихся ульфаратцев. – Вытащив из ножен кинжал, она просунула лезвие между двумя прутьями. Металл хрустнул, и когда она вытащила оружие, оно оказалось сильно повреждено, части лезвия недоставало. – Давай без глупостей. Не хочу потом объяснять Ириону, почему от тебя только обгорелые косточки остались. – Дарина внезапно сделала еще шаг вперед, так что теперь на ее лицо падали отблески прутьев, и это преображение выглядело довольно пугающим. – Чего он вообще от тебя хочет?
– А ты
