ясно, как если бы Софрония произнесла их вслух.
Теперь ты видишь, как она была неправа и как неправы были мы, когда выполняли ее приказы.
Когда Дафна впервые получила это письмо, она подумала, что ее сестра ведет себя нелепо. Конечно, их мать не ошибалась, не просила от них ничего такого, что не послужило бы на благо Вестерии. Дафна действительно верила в это всем своим сердцем, и большая часть ее верит в это до сих пор. Но есть другая часть – всего лишь частичка нее, – которая задается вопросом, могла ли Софрония быть права. Что, если то, о чем просит ее императрица, неправильно и она ошибается, соглашаясь это выполнять.
Нет, думает она, садясь в постели и тряся головой, заставляя себя проснуться. Нет, ее мать говорит, что до тех пор, пока Дом Баярд продолжает существовать, это подвергает риску ее жизнь и жизнь ее семьи. Не имеет значения, что Рид и Гидеон невиновны, не имеет значения, что Леопольд действительно любил Софронию. Все это неважно. Хотят они того или нет, они представляют угрозу, а Дафна больше не может потерять никого из тех, кого любит.
Несмотря на горящий в камине огонь, в комнате прохладно, и Дафна быстро переодевается из ночной рубашки в простое шерстяное платье, не потрудившись позвать на помощь. Она кутается в свой самый теплый шерстяной плащ и надевает толстые носки и большие ботинки. Она проходит мимо служанки, несущей поднос с чашкой дымящегося чая в комнату Клионы, и останавливает ее, чтобы спросить, где Байр. Служанка направляет ее к конюшням на западной стороне дворца, и Дафна сразу идет туда. Ей не нужно долго его искать – юноша стоит прямо в дверях конюшни и разговаривает с двумя молодыми конюхами.
– Вы уверены? – спрашивает их Байр, переводя взгляд с одного мальчика на другого с серьезным выражением лица.
– Да, Ваше Высочество, – говорит один из них. Дафна предположила бы, что ему около тринадцати. У мальчика веснушчатое лицо и копна рыжих волос. – Клянусь звездами, эта правда.
– Что случилось? – спрашивает Дафна, подходя ближе.
Байр поворачивается к ней, и, несмотря на неловкость от их вчерашнего разговора, его глаза сияют.
– Дафна, принцы – они здесь.
– О? – спрашивает Дафна, не уверенная, покалывает ее кожу от трепета или от ужаса. И, кажется, она не хочет знать ответ.
Байр неверно истолковывает противоречивые эмоции на ее лице как сомнение.
– Я серьезно, это настоящая зацепка, – говорит он, прежде чем снова посмотреть на мальчиков. – Расскажите ей.
Второй мальчик, который выглядит моложе первого, с более темными волосами и румяными щеками, поворачивается к Дафне. Его глаза сияют.
– В лесу несколько человек разбили лагерь. Они говорили на каком-то странном языке.
Дафна бросает взгляд на Байра. Это может быть зацепкой, но ей нужно пойти туда одной, а значит, придется его убедить, что эта информация бесполезна для них.
– Это еще ничего не значит, – говорит она, пожимая плечами. – Мы находимся недалеко от моря – полагаю, через эти места проходит множество путешественников. Вы видели там каких-нибудь мальчиков примерно вашего возраста?
– Нет, мы никого не видели, только слышали, – говорит младший мальчик.
– Видишь? – говорит Дафна Байру. – Нет никаких признаков того, что это…
– Расскажите ей о пальто, – перебивает Байр.
– Пальто? – спрашивает Дафна.
– О, пальто, – нетерпеливо говорит старший мальчик. – Ну, подруга двоюродного брата соседки моей бабушки держит один магазин в городе, и она сказала, что какой-то мужчина заходил и хотел купить два пальто, которые подошли бы мальчикам лет двенадцати и четырнадцати.
– Двенадцати и четырнадцати? – повторяет Дафна. Ее сердце начинает биться быстрее. – Ты уверен?
– Да, Ваше Высочество, – говорит старший мальчик. – Я запомнил, потому что мне сейчас хоть и тринадцать, но я крупный для своего возраста, так что моя мама отнесла мое старое пальто, чтобы его продать. Она говорит, что он заплатил куда больше справедливой цены за поношенное пальто. Похоже, оно ему было очень нужно.
Дафна и Байр обмениваются взглядами. Когда Гидеон и Рид исчезли, они были одеты достаточно тепло для столицы, но недостаточно – для северо-востока страны, особенно если их лагерь разбит прямо на улице.
– Спасибо, – говорит Байр, доставая из кармана пару астр и вручая каждому мальчику по одной. – А теперь не могли бы вы подготовить лошадей?
Мальчики быстро забирают монеты и убегают в сторону конюшен. Дафна смотрит им вслед, лихорадочно придумывая план.
– Я все равно думаю, что там нет ничего особенного, – говорит она Байру, хотя это звучит неубедительно даже для ее собственных ушей.
– А если это не так? – спрашивает Байр, качая головой. – У меня хорошее предчувствие по поводу этой зацепки, Дафна. И я бы хотел, чтобы ты пошла со мной. Мне бы пригодилась твоя помощь.
Ее помощь в спасении Гидеона и Рида, а не в их убийстве. Она сглатывает. Если бы ее мать была здесь, она бы сказала Дафне пойти вместе с Байром, использовать его навыки следопыта, а затем сделать то, что должно быть сделано. Будет достаточно легко случайно потерять его в лесу и в конце концов выйти на принцев самостоятельно. У нее при себе кинжалы – перерезать им горло будет довольно просто. Они не увидят в ней угрозы, пока не станет слишком поздно. Она сделает это быстро и безболезненно. Им нет нужды страдать. И когда дело будет сделано, она будет кричать и вести себя так, как будто уже нашла их мертвыми и они погибли от рук того, кто их похитил. Байр никогда ее не заподозрит. Он просто не может ее подозревать.
Это то, что сказала бы сделать ей мать, так что, хотя от этой мысли у нее сводит живот, именно это она и сделает.
– Я готова ехать, как только скажешь, – говорит она ему, выдавив улыбку, которая теперь кажется самой большой ложью, какую она когда-либо ему преподносила.
– Отлично, – говорит он, возвращая ей улыбку. – Но я точно не знаю, с чем мы столкнемся, поэтому как раз перед тем, как ты пришла, я попросил слугу, чтобы он позвал остальных.
Дафна быстро перечисляет в уме их спутников – ей будет сложнее отделиться и найти мальчиков раньше всех, если с ними будут Клиона, Хеймиш и Руфус.
– Включая слугу и стражников? – спрашивает она.
Байр бросает на нее взгляд.
– Их зовут Леви, Нильс и Эвайн, – говорит он. – И да – какими бы полезными ни оказались нам мальчишки-конюхи, ни один из них не видел, сколько всего человек было в том лагере. Лучше перестраховаться, чем потом сожалеть, особенно если на карту
