Со старшим Краучем мы пока не связались. Решили выждать время на всякий случай, если за ним установлена слежка. Если он будет на Турнире между школами, тогда можно поговорить и подать знак. Пока Барти вместе со Снейпом-сенсеем оккупировали библиотеку Блэк-хауса. Крауч много говорил с портретом леди Вальбурги, а для неё была шоком новость о Регулусе. Но всё же она узнала пусть жестокую, но правду. Оставалось загадкой, почему на гобелене Регулус так странно отобразился, и Барти предположил, что тот, кто выпьет зелье и окунётся в ту воду, может стать кем-то вроде инфернала. Догадка была очень неприятная, но вполне правдоподобная.
Крестраж, заключённый в медальон, вызвал брезгливость у портрета Вальбурги. Как оказалось, все книги по тёмным и очень тёмным ритуалам, в том числе та, про которую упоминал Регулус в воспоминаниях Крауча, были закрыты с частью особняка. И возможность их открыть была теоретически только у Сириуса, если он вступит в наследство. Во время своих недельных каникул здесь крёстный сказал, что Подмастерья ему могут дать «хоть завтра». Снейп-сенсей «перевёл» это как «в следующем году». Так что вся информация, в том числе и как уничтожить эту штуку, будет доступна только через год.
Единственное, леди Вальбурга попросила положить медальон в чёрную шкатулку в своей спальне. Туда мы пробирались с боем, так как ещё не расчищали верхние этажи, но просьбу леди выполнили. Кричер сказал, что «жуткий предмет» совсем перестал давить. Видимо, шкатулка обладала чем-то вроде защитного барьера от нехороших магических эманаций, которые, как сказал Барти, «излучают проклятые вещи».
Проблема в том, что с наступлением учебного года я мог появиться в особняке только на каникулах. Да и жить в одиночку в чужом доме, пусть с библиотекой, портретами и двумя домовиками… Не знаю. Барти даже переписываться ни с кем из Блэк-хауса не мог. Вчера, после того, как у нас все легли спать, я с помощью Кричера переместился в Блэк-хаус. Теперь домовику приходилось ещё и усыплять брата покрепче, были и свои проблемы в том, чтобы делить одну комнату на двоих.
У нас состоялся ночной разговор с сенсеем. Он предложил спрятать Барти в своём доме в Коукворте. О Тупике Прядильщиков мало кто знал, дом, пусть и не магический, тоже неплохо защищён, а мобильность и возможности выше. У сенсея книг дома тоже много, а городок — сплошь маггловский. Плюс свободная Винки, которая может делаться невидимой, будет помогать по дому. Да и на него никто не подумал бы. Его же не было на Чемпионате, когда случилась та заварушка, о которой до сих пор не умолкали газеты, выполоскав всё Министерство.
Мы договорились, что сегодня ночью они с моей помощью покидают Блэк-хаус.
Рассказ Барти про «Аргуса» сначала меня здорово напряг. Сразу вспомнились наши путешествия в Грецию с сенсеем. А вдруг мы уже попались и за нами ведётся наблюдение? К тому же стало понятно, что за хитрый «неотслеживаемый» портключ для меня и Снейпа-сенсея как-то сделал Сириус. Видимо, Блэки знали про «Аргуса» и нашли некий «чёрный ход» в системе. Крёстный, помнится, вскользь упоминал «фамильный секрет», но я подумал, что это он о том, как вообще, в принципе, создавать эти порт-ключи.
Барти рассказал более подробно про эту систему защиты и контроля. Оказалось, что она рассчитана только на межконтинентальную аппарацию, которую может провести далеко не каждый волшебник в наше время, международные порт-ключи, перемещение с помощью эльфов, перемещение магическим транспортом, вроде метлы или летающей машины Уизли, перемещение обычным транспортом, вроде повозок, кораблей или лодок.
Я спросил, о, например, перемещении в большом сундуке с чарами расширения пространства. Барти ответил, что такое тоже зафиксируется. Зато опытным путём было выяснено, что маггловский самолёт не проходил по показателям для «Аргуса», но зато и взрослые маги не могли пользоваться этим видом транспорта. Слишком много конфликтов техники с магией, и была велика вероятность разбиться. Даже декрет вышел, запрещающий магам такие путешествия. В процессе моего разговора с Барти сенсей догадался, с чего я пытаю его друга, и подключился к обсуждениям.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Свиток, в конце концов, мы Барти показали. Я рассказал свою теорию о расширении пространства и замене двумерного расширения трёхмерным, одно из которых — некая складка пространства.
— «Гарри Поттер» слишком известное имя, чтобы никак не реагировать на возможное похищение, — с сомнением покачал головой Барти. — Не думаю, что мага, запечатанного в ваш свиток, может определить «Аргус». Такие способы перемещения не были известны в то время. Да и решение весьма изящное…
— Гарри, спасибо, — погладила меня по голове тётя, отвлекая от воспоминаний, — я уложила Лили пораньше, она днём совсем не спала, словно чувствовала, что последний день с братишками. Давай я тебе помогу.
Тётя достала полотенце и начала протирать посуду.
— Так у тебя появилась девочка? — осторожно спросила она, хитро поглядывая на меня.
Я почувствовал, что мои уши заполыхали.
— Не знаю пока, но, скорее всего, да… Мы пока о таком не говорили, — со вздохом ответил я. Пришлось признаться, тем более, что сам спрашивал у неё, как ухаживать за девочками и что им нравится.
— Гарри, — серьёзно посмотрела на меня тётя, — а у Дадли кто-то есть? Он в последнее время в облаках витает. А ещё Леон куда-то летал, и когда принёс письмо, то Дадли весь день широко улыбался. Она что, из магов?
Да, в проницательности тёте не откажешь.
— Ну, они-то тем более ещё ни о чём таком не говорили. Просто гуляли один раз вместе. А ещё на дне рождения Невилла она была, — сдал я брата.
— Ладно, — отступила тётя и не стала выспрашивать ни подробности, ни имя. — Вы у меня очень умные и замечательные, я верю, что вы во всём сами разберётесь, но если понадобится моя помощь…
— Конечно, — быстро согласился я. — Если вдруг будут какие-то проблемы, то обязательно у вас спросим. Я тоже лягу спать пораньше. Очень устал что-то сегодня, — сказал я.
— Ладно, отдыхай, Гарри, — улыбнулась мне тётя Петунья.
Я прошёл на второй этаж, а тётя на кухне напевала какую-то песенку и тихо хихикала сама с собой.
* * *
Барти очень хотел попробовать быть запечатанным в свиток. Кричер перенёс нас с сенсеем в Тупик Прядильщиков. Мы распечатали из свитка нашего любознательного друга, и он призвал Винки. Вот так и осуществился «магический переезд».
Сенсей посмотрел на часы.
— Пожалуй, нам всем пора спать. Завтра с утра я должен буду быть в Хогвартсе, а Гарри — на платформе.
— Утром в Лондон меня отвезёт дядя, а потом Кричер доставит на вокзал, — согласно кивнул я. — Всё как обычно.
— Что ж, приятно было с тобой познакомиться, Гарри, — смущённо улыбаясь, протянул мне руку Барти. — Ещё увидимся.
Я пожал руку ему, и потом, чуть удивившись, протянутую ладонь сенсея. Ну всё, трое заговорщиков…
Кричер перенёс меня обратно в Литтл-Уингинг, и я упал на постель.
Всё.
Каникулы кончились, и можно смело считать себя четверокурсником. И что готовит мне будущее, только Хигэканэ и знает. Я усмехнулся про себя и закрыл глаза. Поживём — увидим.
— КОНЕЦ ЧЕТВЁРТОЙ КНИГИ —
ПРОДОЛЖЕНИЕ следует…
