Что-то тут не так. Неприятно, когда люди говорят вещи, которые затем оказываются абсолютной неправдой. Не собираюсь комментировать все слухи, поскольку не имею доказательств. Но вот возьмем… как его, Оман?
– Катар.
– Да, Катар. С чемпионатом мира, который они получили, уже связан целый клубок проблем. О России этого не скажешь. Но мы чувствуем, что по всем позициям – стадионам, безопасности, лучшей лиге в мире, посещаемости и т. д. – мы заслуживали ЧМ-2018 и идеально бы его провели. У нас есть ощущение, что по отношению к нам поступили несправедливо.
На все это можно ответить одно: нам важно, что Россия не дала никакого повода себя подозревать. Если Sunday Times вывела на чистую воду двух теперь уже бывших членов исполкома – честь и хвала англичанам, во-первых, за качественно сделанную работу, а во-вторых, за то, что своими действиями облегчили нам казавшуюся непосильной задачу. Но к России-то – какие претензии? А прозрачна или нет жизнь ФИФА – это нас уже волнует несравнимо меньше.
Между прочим, подавляющее большинство членов исполкома ФИФА так и не «раскололось» публично, за кого голосовало – а Мутко легко и в мельчайших деталях сделал это, придя на встречу к нам в редакцию «Спорт-Экспресса». Это значит – скрывать ему было нечего:
– В первом туре голосовал за Японию. Во-первых, с большим уважением отношусь к члену исполкома УЕФА от этой страны, председателю ее заявочного комитета. Во-вторых, у них очень симпатичная заявка, и она нам очень пригодится в части информационных технологий. России это нужно будет взять.
Не скрою, сыграла свою роль и тактика. Я прекрасно понимал, что Япония далеко не пройдет. Но важно было проявить уважение. И думаю, что японский член исполкома поддержал нас. Ни о каких договоренностях не было и речи. Мы вообще ни с кем не «обменивались» и не связывали голоса: мы – вашим, вы – нашим. И я бы не взял на себя ответственность, если бы кто-то мне такой обмен предложил. Это непроходные варианты, может, в связи с чем испанцы и потерпели фиаско.
Во втором туре голосовал за Корею. Ее член исполкома, вице-президент ФИФА, был в Москве, и я побывал у него в гостях. Вообще, симпатичная заявка. Хотя и тут понимал, что перспектив получения чемпионата мира немного. В том числе и потому, что сама философия – через мировое первенство объединить две Кореи – правильная, но футбол, может быть, еще не обладает такой силой. Он способен на время остановить конфликт, но объединять страны – это уж слишком. И, не хочу их обижать, у них была очень тяжелая презентация. Политическая.
Поэтому я понимал, что в первых двух турах могу голосовать исходя из продвижения своей заявки. А уже в третьем туре надо было определяться. Конечно, я проголосовал за США. Если бы там оставалась Австралия – мог бы ее поддержать. Но о том, чтобы отдать голос в пользу Катара, который изначально и постоянно голосовал против нас, не могло быть и разговора.
Когда эмир Катара просил нашего руководителя поддержать их, то услышал ответ: «Странная у вас просьба. Очень странная. Вы хотите, чтобы мы проголосовали за вас, а сами будете голосовать по 2018 году за Испанию!»
Еще одна деталь. Если бы английский заявочный комитет действительно нас в чем-то подозревал, то едва ли стал поздравлять Россию с победой. Так, Сорокин рассказал, что сразу после объявления результатов голосования нашу делегацию вежливо и лаконично поздравил принц Уильям (в частности, он пожал руку Аршавину), а лично гендиректора «России-2018» – главный «двигатель» английской заявки Дэвид Дин. Бекхэм поздравил нашего «арсенальца»…
Аршавин:
– Так вышло, что в Лондон я возвращался одним рейсом с большей частью английской делегации. Часа четыре мы просидели в аэропорту – наверное, из-за снегопада. Три других рейса в столицу Англии отменили, а наш, последний 2 декабря, все-таки вылетел. Кэмерона на этот раз, правда, не было, зато был Гэри Линекер (великий английский нападающий. – Примеч. И.Р.) . Он, как и все остальные британцы, был очень расстроен, но подошел ко мне и пожал руку .
А главное ведь – заслуг и даже магии Англии как великой футбольной страны никому у нас и в голову не приходит отрицать! Слава богу, нам хватает здравого взгляда на жизнь, чтобы не искать, допустим, преимуществ у российской премьер-лиги над премьер-лигой английской. Но вопрос в том, что популярность чемпионата Англии и выбор Англии как страны-хозяйки мирового первенства – это совершенно разные вещи!
Допустим, капитан «Зенита» Александр Анюков, человек крайне немногословный, вдруг разошелся, когда разговор у нас зашел об английских болельщиках:
– В Британии – самые сильные болельщики. По всем видам спорта, будь то футбол или регби. Для них это вообще все. Даже если команда будет проигрывать со счетом 0:3, они никогда не уйдут до финального свистка. Когда мы играли в Ирландии и вели – 3:0, ни один человек не встал со своего места. Наоборот, они еще больше начали петь, заводить свою команду. Такое отношение всегда помогает команде – и они едва не отыгрались. Это же не как у нас в России, когда при 0:2 начинают кричать гадости и в массовом порядке уходят со стадиона.
Обилие поклонников английского футбола в России признал на пресс-конференции и Путин:
– Что касается Англии, нашего конкурента, это великая футбольная страна. У нас в России очень много поклонников британского футбола и игроков. Да, Англия проиграла. Проиграла достойному противнику. Мы ждем Англию на ЧМ-2018 и обеспечим игрокам ее команды наилучшие условия, чтобы они могли продемонстрировать все свои таланты.
* * *
Поскольку практически обо всех элементах нашей презентации сами их герои с моей скромной помощью рассказали выше, описание происходившего вновь доверю своему коллеге Дмитрию Симонову, который откликнулся в «Спорт-Экспрессе» такой рецензией:
...
«”Наша презентация будет из ряда вон выходящей”. Надежду на это в среду вечером выразил президент РФС Сергей Фурсенко – в разговоре с автором этих строк. Из ряда длиной в девять заявок представление “России-2018”, наверное, все-таки не вышло. Но стоит ли об этом сожалеть? Ведь наша без малого 40-минутная презентация была стильной, красивой и эффектной.
Она была – то, что надо. Она – понравилась.
Не знаю, каковы ваши впечатления, а здесь, в Zurich Messe, где собрались сотни журналистов из нескольких десятков стран, труд российской делегации оценили высоко. Даже некоторые англичане ставили наше представление выше своего.
Кто-то, наверное, сильно удивится, но всех здесь обаял и влюбил в себя по уши Виталий Мутко. Его довольно-таки комичный английский вызвал прилив умиления, а шикарный пассаж про то, что к 2018-му министр обязуется выучить язык Шекспира, чтобы говорить на нем не хуже своего английского товарища Джеффа Томпсона, вызвал гром аплодисментов членов исполкома. Да и отзывы журналистов о выступлении Мутко были исключительно положительными.
Испанцы тем временем, отмечу, прятали глаза: у них сложилось стойкое ощущение, что говоривший на протяжении 20 минут глава их заявки и футбольной федерации Анхель Мария Вильяр был, простите за откровенность, пьян, и слушать его им было неприятно. Вот и завидовали они Мутко, чей несовершенный английский зал был готов слушать хоть 30 минут. Думаю, и сам министр был бы не против продолжить выступление, но пора было уступить место другим представителям России.
И они в грязь лицом тоже не ударили. Здорово выступил Алексей Сорокин, который грамотно, четко и довольно кратко обрисовал наши плюсы. “Откуда он так хорошо знает английский?” – удивлялся один из коллег с туманного Альбиона.
Искренними получились выступления Елены Исинбаевой и Андрея Аршавина. Конечно, в сравнении с Дэвидом Бекхэмом наш капитан проиграл, потому что не умеет говорить проникновенно-приторным голосом, да и английский, как выяснилось, так и не стал для него за два года в “Арсенале” вторым родным. И Бекхэм, и Аршавин рассказывали про свой путь в футбол, но история Спайс-боя, пожалуй, больнее щипала за душу, потому что англичанин вспомнил покинувшего этот мир деда.
В какой-то момент Аршавин расчувствовался, а может, просто разволновался. Голос его дрогнул. Многим даже показалось, что футболист всплакнул. Хотя повода не было, а Аршавин – не Бекхэм, чтобы демонстрировать чудеса артистизма (Андрей делает это исключительно на поле). “Сегодня я играю за Россию, но это больше, чем футбольный матч, – продолжил он, собравшись. – Верьте в нас! И тогда мы с ФИФА будем одной командой!”
Помимо Мутко в восторг публику в Zurich Messe привела Исинбаева. Обаятельная до потери сознания, она почти закричала: “Я люблю футбол!” – и в этот момент сердца членов исполкома, запорошенные швейцарским снегом и заледеневшие от бесконечных нападок и обвинений британских СМИ, предположу, не могли не растаять. Как и от вида девушки из видеоролика о красотах российских городов, облаченной в довольно-таки рискованный наряд для того ракурса, с которого снимали ее на плывущей по питерским каналам лодочке.
