♦ Просьбы – прошу дать приказ 108-й сд (Ярцевская группа) быстрее освободить переправы совместно с [нашей] 229-й сд»59.
В районе Соловьевского коридора Рокоссовский выполнил свои обязательства перед Тимошенко, приказав 44-му стрелковому корпусу генерала Юшкевича завершить операции по очистке от немецких войск восточного конца коридора между осажденными армиями Курочкина и передовыми оборонительными порядками Западного фронта (см. карты 29 и 35). Демонстрируя стремительный характер действий ярцевской группы, 31 июля Рокоссовский направил Юшкевичу поочередно два приказа, первый в 19:00, а второй – в 22:45. Затем, чтобы обеспечить войска 44-го стрелкового корпуса, он тем же вечером отдал третий приказ – 101-й танковой и 38-й стрелковой дивизиям:
«19:00 31 июля 1941 г. – командующему 44-го стрелковым корпусом
♦ Положение противника – противник силами до одного пп с артиллерией и минометами пытается отрезать пути отхода частей армии Курочкина, двигающейся из района Каменка [в 25–30 км северо-восточнее Смоленска] на соловьевскую переправу.
♦ Задача Ярцевской группы – очистить от противника дорогу к Соловьево, Каменке для движения наших транспортов с грузами, а в последующем и прохода частей армии Курочкина.
♦ Задачи 44-го стрелкового корпуса
◊ 64-й сд приостановить наступление и закрепиться: а) 30-му сп – на занимаемом рубеже с задачей обеспечивать левый фланг 38-й сд; б) 159-му сп – надежно обеспечивать переправу через р. Вопь у Свищево; в) 288-ю сп подчинить командиру 108-й сд.
◊ Силами 108-й сд с 288-м сп 64-й сд, ротой танков Т-26 101-й тд и подчинив командиру 108-й сд 17-й мотополк, обороняющий переправу у Соловьево, с 3:00 1.8.41 перейти в наступление и нанести удар в общем направлении Задня [в 0,5 км севернее Соловьево], Усинино [в 6 км западнее Соловьево] с задачей уничтожить противника на этом направлении и освободить дорогу для пропуска транспорта с ГСМ и боеприпасами в 20-ю армию.
◊ Ваше личное внимание и внимание штаба корпуса обратить на непосредственное управление и руководство боевыми действиями 108-й сд».60
«22:45 31 июля – командующему 44-го стрелковым корпусом
• Положение противника – противник с утра 31.07.41 стремится ударом с северо-запада и запада нанести удар по ослабленным частям 20-й армии и одновременно стремится захватить переправы через р. Вопь на участке Ярцево, Свищево, Соловьево.
• Задача 20-й армии – прикрыв себя северо-запада и запада, ударной группой (не менее одной сд и танковыми частями) нанести удар на фронте Матренино, Мушковичи (9–10 км ю.-з. и западнее Ярцево).
• Задача 44-го стрелкового корпуса – 108-й стрелковой дивизии (с приданными частями), выполняя задачу, поставленную приказом № 12 от 31.07.41, иметь в виду по овладении рубежом Березуево, Усинино и после установления связи с тов. Курочкиным, во взаимодействии с его ударной группой, наступать в северном направлении на фронт Александрово, Подвошье, Королево61.
31 июля – командирам 101-й танковой и 38-й стрелковых дивизий, копия: командиру 44-го стрелкового корпуса
♦ Задачи
◊ Дальнейшее наступление приостановить. Закрепиться на занимаемых рубежах, подготовившись к прочному их удержанию. Боевую разведку вести на фронте дивизий.
◊ 101-я танковая дивизия – надежно обеспечить свой правый фланг.
◊ 38-я стрелковая дивизия – наладить связь с командиром 30-го сп 64-й сд, занимающим лес южн. отм. 174,07. 30-й полк имеет задачу надежно обеспечивать левый фланг 38-й сд»62.
В первую неделю августа развернется последняя глава, посвященная отчаянному исходу 16-й и 20-й армий Лукина и Курочкина, а также напряженным усилиям ярцевской группы Рокоссовского по спасению окруженных войск. Смоленск, несмотря на свое огромное военное значение, все же был не единственным местом ожесточенного противостояния сторон. Словно в напоминание об этом фон Боку и Тимошенко, вдоль протяженных и все более и более уязвимых левого и правого флангов группы армий «Центр» разворачивались не менее тяжелые и важные боевые действия.
Заключение
К середине июля 1941 г. как Гитлер, так и фон Бок испытывали оправданный оптимизм в связи с быстрым продвижением группы армий «Центр» на восток и будущими перспективами достижения и захвата Москвы в соответствии с раскладом плана «Барбаросса». Меньше чем через неделю после форсирования Днепра и Западной Двины две танковые группы группы армий «Центр» прорвали оборону Красной армии на этих рубежах и смогли продвинуться в восточном направлении до 180 км севернее и южнее Смоленска. За этот весьма непродолжительный период войска Гота и Гудериана разгромили 19-ю и 4-ю армии РККА, нанесли серьезный урон 13-й армии, окружив почти половину ее в районе Могилева, сковали действия потерпевшей поражение 20-й армии и недавно прибывшей на фронт 16-й армии, почти целиком окружив их в котле севернее Смоленска, и овладели большей частью самого Смоленска. Хотя стойкое сопротивление русских и даже само наличие боеспособных войск на берегах Днепра застали в определенной мере врасплох отборные части вермахта, тактика молниеносной войны все-таки взяла свое, и второй эшелон советских армий не смог слишком долго сдерживать натиск немцев.
Однако тяжелые бои во второй половине июля также наглядно продемонстрировали, что первоначальный оптимизм все-таки неуместен. Несмотря на впечатляющее наступление в период с 11 по 16 июля, затем в следующие две недели группа армий «Центр» столкнулась с рядом новых проблем, которые не смогла преодолеть и которые «отняли» у нее наступательный импульс, серьезно ослабив танковые клинья. Прежде всего, несмотря на разгром второго эшелона соединений Красной армии на рубежах Днепра и Западной Двины за вторую неделю июля, на третьей неделе вермахт, к большому удивлению немецкого командования, натолкнулся на еще один эшелон русских армий. Хотя этот «третий» эшелон был намного слабее, чем второй, он сковал боями наступающие немецкие войска, причем в моменты их наивысшей уязвимости, а именно когда пехота еще не успевала догнать продвигающиеся вперед танковые и моторизованные колонны. Это, в свою очередь, выявило еще две проблемы, которые явно не способствовали успеху группы армий «Центр»: во-первых, неспособность группы армий осуществить надлежащее взаимодействие различных родов войск при столь глубоком проникновении на территорию противника; и, во-вторых, острая уязвимость танковых и моторизованных частей, лишенных поддержки пехоты и артиллерии.
Нехватка пехоты у вермахта напрямую повлияла на решения Ставки: войскам, оборонявшим Смоленск и Могилев, было приказано «держаться любой ценой». В результате около 220 тысяч красноармейцев, окруженных под Смоленском и рассеянных на огромном пространстве севернее русла Западной Двины в районах Демидова и Велижа, на две недели сковали 8–10 немецких дивизий, а около 30 тысяч бойцов и офицеров, окруженных в районе Могилева, на десять дней сковали еще 4–5 немецких дивизий, лишив передовые танковые группы, прежде всего, их полноценной боевой мощи и существенно задержав жизненно важное подкрепление в виде пехотной поддержки.
В частности, когда 3-я и 2-я танковые группы Гота и Гудериана достигли своих отдаленных целей восточнее Смоленска, отсутствовали пехотные части, столь необходимые обеим танковым группам, чтобы одновременно действовать против советских войск на внешнем фронте (то есть за пределами кольца окружения против третьего эшелона советских армий) и против советских частей, окруженных севернее Смоленска (внутреннее кольцо окружения вокруг 16, 19 и 20-й армий). Занимаясь решением этой проблемы, непомерно честолюбивый Гитлер приказал двум танковым группам выделить по одному моторизованному корпусу для проведения операций по зачистке и обеспечению растянутых северного и южного флангов группы армий «Центр». Таким образом, Гот должен был задействовать один из двух своих моторизованных корпусов (LVII корпус Кунтцена) в операциях на Невельском, Великолукском и Велижском направлениях на крайнем левом крыле группы армий «Центр». Гудериан же должен были использовать один из трех своих моторизованных корпусов (XXIV корпус Гейера) для операций на рубеже реки Сож на южном фланге группы.
В результате у второго моторизованного корпуса группы Гота (XXXIX корпуса Шмидта), составлявшего острие танковой группы, не было другого выбора, кроме как оборонять свой восточный фронт, то есть районы восточнее и северо-восточнее Смоленска, а также обеспечивать северную часть внутреннего кольца окружения, не давая вырваться советским войскам из Смоленского котла. С практической точки зрения, если не принимать во внимание требование о поддержании адекватных резервов, это означало, что 8 моторизованных батальонов 12-й танковой и 20-й моторизованной дивизий XXXIX моторизованного корпуса должны были в период с 17 по 24 июля занять и держать северную границу окружения длиной почти 80 км, то есть на один батальон приходилось до 10 км обороны! (Численность батальона вермахта была немалой. Личный состав советских соединений в разгар боев за Смоленск часто был сравнимым по числу штыков, не говоря уже о поддержке авиации, артиллерии, танков и др. – Ред.) Аналогичным образом, 10 батальонов мотопехоты 18-й моторизованной, а также 20-й и 7-й танковых дивизий вермахта, примерно при таких же «нагрузках» на один батальон, должны были удерживать фронт шириной 100 км восточнее и северо-восточнее Смоленска против сосредотачивающихся в этом районе частей четырех советских армий. Хотя все эти мобильные дивизии стремились экономить силы, переводя на участки обороны свои подразделения разведки (мотоциклетные), инженерные и прочие батальоны боевого обеспечения, фронты были слишком растянуты, что не способствовало успеху ни в обороне, ни в наступлении. Это, в свою очередь, приводило также к большим потерям в рядах мотопехоты, что лишь усугубляло проблему чрезмерной протяженности фронтов.
