скелети-рован, без видимых повреждений. Свод черепа покрыт плотной кожей, лишенной волос. Слева от головы трупа располагается истлевшая одежда. В частности, одежда темно-зеленого цвета Ткань похожа на платье, с полосой мелких защипов по средней линии спереди. Мужской пиджак из ткани, похожей на плащевку. Сохранились его половинки, воротник и левый рукав. Правый рукав отделен полностью. Слева от описанной одежды обнаружены позвонки, ребра, кости таза на которых одеты трикотажные рейтузы темно-синего цвета, темно-синие носки, комбинированные войлочные ботинки, которые располагаются рядом друг с другом. Куртка серо-синего цвета, значительно истлевшая, на подкладке которой вблизи петли для подвешивания куртки обнаружены шейные сквозные повреждения. Соответственно повреждениям ткани на куртке повреждений на пиджаке не обнаружено, но соответственно левой лопатке имеется линейное повреждение длиной около 2 см. На этом же месте находится синеватый платок с белыми и бурыми пятнами. Правее головы, на расстоянии 2 м, обнаружен головной платок с бахромой с желтой и фиолетовой нитями, переплетенными зубчиками.
Из заключения судебно-медицинского исследования останков трупа № 165 от 28 сентября 1990 года следует, что на нем выявлены следующие телесные повреждения:
— прямые переломы Ш-УШ ребер справа по средней ключичной линии;
— непрямой перелом IX ребра, прямые переломы 1У-Х ребер слева по средне-ключичной линии.
Эти переломы произошли в результате непосредственного приложения внешней силы в местах переломов ребер, однако в связи с гнилостными изменениями трупа установить, прижизненно либо посмертно они произошли, не представляется возможным.
В связи с резкими гнилостными изменениями мягких тканей и внутренних органов установить причину смерти неизвестной женщины не представляется возможным.
По данным физико-технического исследования костных останков следует, что возраст неизвестной женщины 50–59 лет.
При проведении дополнительного физико-технического исследования установлено, что исследуемые костные препараты (череп, длинные трубчатые кости, поясничные позвонки) от трупа неизвестной женщины, обнаруженного в сентябре 1990 года в лесном массиве около дер. Вялки Раменского района Московской области, принадлежат женщине (следуют фамилия и инициалы. — Ред.) 1930 года рождения.
Будучи допрошенным 16 марта 1994 года с учетом протокола осмотра места происшествия от 24 сентября 1990 года, Ряховский заявил, что точную дату убийства он указать не может, так как никогда не вел записей о днях, в которые им совершались преступления.
Потерпевшая, родная сестра убитой, в своих показаниях от 9 февраля 1994 года, пояснила, что та родилась в Полтавской области. Примерно с 17 лет стала проживать в Москве. Последний раз она ее видела в 1972-73 г.г. Привлекалась к уголовной ответственности, о чем ей было известно от другой покойной сестры. О розыске погибшей никто из родственников в органы милиции никогда не обращался. Своей семьи та не имела. На территории Раменского района Московской области у них никто из родственников не проживал.
Далее она отметила, что после отбытия наказания погибшая возвратилась в непристойном виде, выглядела она старше своих лет и была небольшого роста.
Свидетель, еще одна родная сестра погибшей, в своих показаниях от 20 декабря 1993 года, пояснила, что с той она никаких связей не поддерживала с 1980 года. При жизни погибшая злоупотребляла спиртными напитками.
Аналогичные показания дал свидетель — родной брат погибшей, при допросе 11 марта 1994 года.
Из приобщенного к материалам проверки объяснения следует, что давший его гражданин с 1990 года является лицом без определенного места жительства и рода занятий. Ранее он был прописан в Орехово-Зуевском районе. В летнее время он совместно с погибшей и другой женщиной проживал в лесном массиве вблизи дер. Полушкино Раменского района Московской области. Убитая постоянно употребляла спиртные напитки, постоянно носила телогрейку синего цвета, платье и рейтузы темного цвета.
Аналогичное объяснение дала свидетель, которая, кроме того, отметила, что… проживая в лесу, погибшая постоянно жаловалась на боли в груди, объясняя это тем, что, будучи в пьяном виде, падала с платформы.
Следствием принимались необходимые меры к установлению местонахождения указанных лиц: допрашивались их родственники и сотрудники паспортного отделения, где формально значился прописанным ее сожитель; истребовались сведения об их возможном нахождении на территории Казанского вокзала Москвы. Однако положительных результатов добыто не было.
К моменту возбуждения уголовного дела об убийстве предметы одежды погибшей не сохранились. Однако они достаточно подробно были описаны судебно-медицинским экспертом при исследовании ее трупа, где отмечено, что на ней имелась куртка (телогрейка), сарафан и на отдельных частях одежды имелись механические повреждения. Это мнение эксперта полностью согласуется с показаниями Ряховского не только об одежде погибшей, но и о телесных повреждениях, причиненных им при нападении.
В полном объеме не представилось возможным проверить довод Ряховского о том, что на момент совершения этого убийства он обучался в Волгоградской автошколе Москвы в связи с тем, что там не сохранились первичные документы.
Таким образом, анализ собранных доказательств не вызывает сомнений в том, что Ряховский насильственным путем лишил жизни эту женщину.
12. НА ЭТОТ РАЗ ЖЕРТВОЙ СТАЛА ЛЫЖНИЦА
22 февраля 1991 года Ряховский прибыл в лесной массив, расположенный в окрестностях пос. Лукьяновка Люберецкого района Московской области, и, находясь на расстоянии 500 метров к востоку от указаного населенного пункта, с целью умышленного убийства на почве удовлетворения своих извращенных половых влечений напал на женщину 48 лет, следовавшую на лыжах.
Подавляя сопротивление очередной жертвы, Ряховский схватил ее руками за горло, а также нанес по одному удару: рукой по лицу и ногой в область верхней передней кости таза слева.
Смерть потерпевшей последовала на месте происшествия в результате механической асфиксии, развившейся от сдавления органов шеи.
Затем Ряховский, проявляя особую жестокость, выражавшуюся в глумлении над трупом, приспустил с нее спортивные брюки й трусы, после чего ввел половой член во влагалище погибшей.
По существу предъявленного обвинения Ряховский виновным себя признал частично и пояснил, что убийство им совершено в указанном месте. Однако у него нет полной уверенности в том, что после ее убийства он вступал с ней в половые отношения, несмотря на то, что там же снимал с погибшей брюки и трусы. Свои ранее данные показания на предварительном следствии он полностью подтверждает.
Помимо частичного признания Ряховским своей виновности в убийстве, она полностью установлена следующими доказательствами.
Так, впервые о совершении ее убийства Ряховский по собственному желанию сообщил в своем заявлении на имя Генерального прокурора Российской Федерации 20 апреля 1993 года, где указал следующее:
"… Зимой 91–92 годов в лесу неподалеку от детского санатория (платформа Овражки Рязанского направления) я напал на лыжницу примерно 35-ти лет, задушил ее и изнасиловал".
Такое заявление обвиняемый полностью подтвердил при допросе 25 мая 1993 года и подробно изложил обстоятельства содеянного.
Как он сообщил в своем заявлении, это преступление им совершено было
