– Что можно предпринять, для того чтобы устранить эту опасность, Аллен? Он и Черчилль закрывают нам Манхэттенский проект. И хотя я понимаю, что смерть одного и второго уже ничего не изменит – реально мы уже опоздали с созданием этого оружия. Русские произвели его столько, что хватит на то, чтобы пару раз уничтожить нас. Но необходимо внести раскол в их ряды. Не столько нужен Черчилль, он уже сходит с арены, сколько убрать связи Андреева в английском обществе. Пока эти связи существуют, нам вряд ли удастся поколебать англичан и развернуть их на себя. Задача архисложная, Аллен. Но без оборота на нас! Мы должны остаться в стороне от этого.
– Господин президент! – Аллен Даллес перешёл на официальный тон. – Я не знаю, как можно это сделать, не развязав при этом Третью мировую войну. Для того чтобы подобраться к нему, мы использовали все возможности! Даже финансируем гораздо более опасных троцкистов в IV Интернационале. Глухо! Мне кажется, что этот метод не применим к этому человеку. С его заменой может произойти резкий поворот к конфронтации между нашими странами. А учитывая, что мы не в состоянии противостоять военной и экономической мощи СССР, это чрезвычайно опасно. Во всяком случае, слишком многие специалисты-советологи не рекомендуют мне устранение Андреева. Они склонны к более длительной, но более безопасной игре на понижение рейтинга Андреева в мире.
– Даже так?
– Да, выходцы из Польши рекомендуют начать финансирование подрывной деятельности на территории бывшей Польши, Прибалтики, обостряя внутренние проблемы СССР. Разваливать его изнутри, играя на националистических и религиозных настроениях. Надо обратить внимание на религиозные течения, особенно мусульманство, католицизм. Действовать с этой стороны. Во внутренней политике у Андреева не всё так хорошо, как кажется. Совсем недавно он чуть не был смещён из-за национальной политики. Он сторонник единого народа, но это вступает в противоречие с многонациональным характером самого государства. Мне кажется, что на этом пути мы имеем шансы на успех в устранении Андреева.
– Хорошо, Аллен! Используем оба варианта. Но работу по первому не оставлять ни в коем случае! Он сам по себе чрезвычайно опасен! И я выделю финансирование на твоё предложение.
Несмотря на некоторое обострение отношений с Соединёнными Штатами, общего изменения политической обстановки в мире не произошло. Мир не бросился в окопы, не стал рыть бомбоубежища. Над Штатами подсмеивались, не без этого, особенно старались датчане, но в целом миру было глубоко наплевать на проблемы далёких Соединённых Штатов. Мир радовался полёту трёхместного нового «Союза» и началу постройки первой стационарной космической станции на орбите. Тому, что в первом экипаже «Союза» помимо русских впервые полетел гражданин Великобритании, полковник Райт. Выпуску новой серии духов «Шанель» – «Аллюр», и другим, более приземлённым, но от этого не менее важным новостям из различных стран. Мир ещё не устал от мира и с пониманием отнесся к действиям Англии и СССР по предотвращению ядерной войны. Никто не пытался выброситься из окна с криком: «Русские идут!» Наши, советские люди были желанными гостями и на берегах Адриатики, и на пляжах Египта, на берегах Мёртвого моря в Палестине. Вслед за ними приходил достаток, стабильный поток рублей, активизация туристического и другого мелкого бизнеса. Соединённые Штаты на этом фоне выглядели неуравновешенным параноиком с задатками милитариста. Ну нет в Италии ядерной бомбы! И от этого туристы со всего мира не стали посещать благословенную Венецию меньше. За столиками в кафе слышна и немецкая, и русская, и английская речь. В порту Венеции одновременно находилось шесть или восемь пассажирских круизных лайнеров. Русские оккупационные власти уже давно навели порядок с профашистскими организациями различного толка. Армия Италии существовала фактически только на бумаге. Левое правительство наконец рассталось с левацкими лозунгами и всерьёз взялось за развитие экономики страны. Это принесло свои плоды. Юг Италии стал Меккой для туристов. Из русских самолётов ежедневно выбрасывался поток туристов, русские суда привозили организованные группы и просто «дикарей» понежиться на солнечных берегах Средиземного моря.
Однако человек, сидевший за столиком в уличном кафе с видом на Сан-Джодже Мажоре и лениво пьющий вино с водой, приехал в Венецию совсем по другому делу. Несмотря на то что и погода и чудесный вид располагал к тому, чтобы продолжить любоваться прекрасным пейзажем, человек взглянул на дорогой швейцарский хронометр и приподнял незаметно указательный палец на левой руке. Человек, которого он ждал, на встречу не явился.
Заметив взгляд кельнера, незнакомец показал уже правой рукой, что просит счёт. Из внутреннего помещения кафе вышел официант с подносом и полотенцем на левой руке. Он подошёл к столику, наклонился и опустил поднос к столику. Неожиданно раздались выстрелы, «официант» развернулся и продолжил стрелять уже по столику недалеко у входа. Из дверей внутреннего кафе его поддержал ещё один ствол.
На следующий день газеты всего мира опубликовали сообщение, что в Венеции в уличном кафе был убит бывший посол СССР в Вашингтоне господин Литвинов.
Я узнал об этом событии из газет, что было странным, не могла такая операция быть подготовлена и проведена втихомолку. Вызвал Судоплатова.
– Добрый день, Андрей Дмитриевич. Вы, наверное, по поводу стрельбы в Венеции?
– Проходите, Павел Анатольевич! Конечно об этом.
– У меня донесение Абакумова об этом: Литвинов прибыл в Венецию нелегально, границу в портах и аэропортах не пересекал. Человек с документами, обнаруженными на теле убитого, ни на одном из пунктов контроля Италии не отмечался. Визы Италии в документах нет. На столике, за которым сидел убитый, обнаружен поднос с завёрнутой в целлофан протухшей рыбой. Это отличительный знак, что работала сицилийская или корсиканская мафия. Порода рыбы уточняется. Абакумов запросил Испанию, куда, вероятно, могло заходить судно, на котором мог находиться Литвинов. В одной из судовых ролей яхты, зарегистрированной на Каймановых островах, упоминается матрос второго класса с такой фамилией. Номер морской книжки совпадает. Из Палермо вышел эсминец «Огненный» с целью перехватить на выходе из Адриатики эту яхту и досмотреть её. Мы проследили рейсы этой яхты: в основном она работала между портами Южной и Северной Америки по перевозке особо важных персон. У меня пока всё.
– Павел Анатольевич, вы понимаете, что всю вину за это преступление постараются повесить на нас?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
