имелись две гостиные с подобающих размеров телевизорами и обещающей снести незадачливого пользователя с ног звуковой волной внушительной акустикой.
«Да тут вообще толком никто не жил и не живет» — такой была моя третья мысль. Нет фотографий, нет всяческой мелочевки, которую вольно и невольно копит любой человек, мебель выглядит совсем новой, а цветы в кадках и горшках — с автоматическим поливом! — явно появились здесь стараниями дизайнера на этапе «сдачи» квартирки владельцу. Дом Ванов, например, так жизнью и кипел, а здесь… Здесь словно сама энергетика просила заселить в эти стены хоть кого-то, кто придаст им смысл существования.
Особую радость нам принесла дверь, ведущая с третьего этажа на крышу — короткая лестница вывела нас к компактному бассейну (наполнен и ждет нас!), рядом с которым располагалась джакузи — эта была больше, чем в хозяйской ванной. Имелись на крыше и шезлонги со столиками и стульями. Оценив вид на город — шикарный, но насладиться в полной мере мешает смог — я обернулся и узрел притаившуюся за полутораметровой высоты узкой стенкой вертолетную площадку. Не нравится небожителям спускаться на грешную землю.
Тоже пентхауз и собственный вертолет хочу!
Филиппинец отвел нас до комнат переодеться, напомнил приходить в столовую на втором этаже и откланялся. Осмотримся нормально! Как-то отелем попахивает — широкая кровать аккуратно застелена, наволочки сияют белизной, и даже сложенные в ногах полотенца на месте. На тумбочке у кровати пульт, управляющий кондиционером, светом, телевизором и портьерами на окне. На белом деревянном письменном столе у окна я нашел золотую сережку с неплохого размера изумрудом. Что ж, кто-то здесь все-таки жил до меня. Может быть отец Ли использует пентхаус для отдыха с прекрасным полом? Холост все-таки, может себе позволить. Отдам Ли, пусть попросит Макисига убрать куда следует — обслуживающий персонал в таких домах не ворует, потому что за место держится крепко, и ради мелкой выгоды рисковать им не станет. Так, душ и переодеваться.
Филиппинец Кидлат порадовал пельмешками с креветками, тройкой салатов с разными вкусовыми оттенками — кисло-сладкий, кисло-острый и солено-острый — конечно же рисом и умением качественно заваривать зеленый чай. Десертом послужили круассаны с шоколадом — эти не с кухни, а из ресторана на первом этаже приютившего нас небоскреба. Приятная усталость в теле наложилась на набитый вкуснятиной живот, и на душу снизошел почти буддийский покой. А вот Ли какой-то зажатый.
— Твой отец богат, и это нормально, — заявил я, ковыряя в зубах зубочисткой и откинувшись на стуле. — Быть богатым — не стыдно, если богатства достались человеку в награду за честные труды, а не нажиты преступным путем. Когда-то я пообещал своей семье вытащить их из деревни во что-то подобное, — обвел рукой окружающее пространство. — И поэтому я притащил тебя в Гонконг. Путь будет долгим, но я пройду его до самого конца. Не парься, Ли.
— Я не парюсь, — покраснев, соврал друг. — Просто такого я и сам не ожидал.
— Пошли в бассейне поваляемся — плавать после еды вредно, но мы и не станем, — улыбнулся я.
— Идем, — смиренно кивнул он.
Комплексует, и ладно бы из-за лишнего веса. Прав он — даже я более аутентичный китаец, чем он. По пути к бассейну я зашел в комнату, не без удивления обнаружив там аккуратно сложенные плавательные трусы моего размера и еще одно полотенце. Бдит Макисиг, на опережение работает. Уважаю! Натянув очень приятную — дорогие, видимо — ткань на чресла, я накинул на плечи полотенце и взял со стола сережку.
Дождавшись Ли в коридоре, я с улыбкой протянул ему украшение:
— А отец-то у тебя ого-го! Сколько ему лет?
Смутившись, друг взял сережку, положил на кромку стоящего здесь горшка с пальмой и ответил:
— Шестьдесят три.
Крепок!
— Надеюсь, Небеса будут столь же благосклонны к нашим нефритовым стержням, — хохотнул я, и мы пошли «откисать» в бассейне, проторчав там до самой темноты, которая позволила получить эстетическое удовольствие от приятной подсветки на дне.
Сменив повязки на руках и засыпая под едва слышимые благодаря толстым стеклопакетам звуки мегаполиса, я уже привычно думал о деньгах. Сильно мне их не хватает — нормальная ракетка от Head, Babolat, Wilsonили Yonex это долларов триста, а мне нужно минимум две. В идеале — пять-шесть с разной натяжкой и из разных материалов. А еще нужна нормальная обувь, а не «стритвирные» кеды. Призовые, которые вообще-то еще нужно выиграть, это тысяча триста долларов. Придется осётра урезать, ограничившись одной ракеткой и обувью — она сейчас как ни странно важнее. Хочу ASICS. Еще не помешала бы кепка — не всегда высотки будут милосердно оберегать мои глаза от солнца. И напульсники на запястья — нужно их беречь, впереди долгая карьера. Покрутив руками, я поморщился — нужно начинать делать упражнения. Крестьянское тело на удивление тренированное и выносливое, но мне теперь нужны совсем другие мышцы, полевыми работами не раскачанные. И силовой тренажер для пальцев рук бы не помешал.
Захотелось начать биться головой о стену — так много всего нужно, и так мало денег! Не звонить же бабушке в самом деле. А тем более нельзя просить у Ли, даже в долг — он-то с радостью в меня проинвестирует, но на этом дружбу можно будет сворачивать, потому что получится уже совсем не то. Ладно, как говорят в России — «всё будет, но не сразу».
Утро выдалось пасмурным — ночью прошел короткий ливень, оставив за собой парящий сырой жарой воздух. До корта мы добирались с комфортом — на той же машине с тем же водителем. Друг широко улыбался, и не легкий завтрак тому виной, а другое:
— Вчера перед сном я запостил видео с турнира на свою страницу, — показал он мне экран айфона. — Смотри, двадцать тысяч просмотров благодаря тому, что я отметил на нем тебя. Почти все просмотры обеспечил твой френдлист, и там еще остался запас тысяч в тридцать. А какие комментарии — зайди, почитай!
Этим по пути к корту я и занимался:
«Покажи им, Ван!»
«Клевая пробежка до сетки — как она называется, кстати?»
«Ну и рожа у этого ляовая! Он небось думал, что китайцы не умеют играть в теннис!»
«Это какой-то турнир? Есть ссылка на онлайн-трансляцию?»
«Какой красавчик!» — а вот и девочки подтянулись, что весьма приятно.
«Гонконг, да? Подстилки капиталистов!».
Последний коммент открыл ящик Пандоры, и под видео воцарился его величество Политический
