поодаль от лер Свон, заподозрить его в симпатии к ней было невозможно. Но тут эмоции в Саймоне взяли верх, и Мила из-за этого была готова горько плакать. Ей, конечно, виделось необходимым отдалить от себя Саймона, но… но не таким же вот образом.
— Эй, Милка. Чего это он?
— Ничего. Жди, я сейчас поднимусь к тебе, — угрюмо буркнула она.
И да, не будет ложью признать, что в тот момент Миле было нисколько не страшно умереть от руки Вигора. Так было бы проще, нежели переживать всю ту боль, что нынче царила в ней. Молодая женщина буквально-таки плелась по коридору, и оттого от её слуха не ускользнула ругань Саймона. Он даже что-то швырнул об стену. Из-за этого грохота Мила вздрогнула и куда как быстрее поднялась по лестнице, чем могла бы. Вигор уже ждал её у входа.
— Короче, извини, если я вам в чём-то там помешал, но я бы это… вот.
Мила недоверчиво посмотрела на протянутый ей нож. Вигор держал его за лезвие, а потому рукоять узнать было легко. Именно этим ножом она едва не совершила убийство… своё второе убийство.
Воспоминание о докторе Адамсе оказалось сродни ведру ледяной воды. Мила вздрогнула и уверенно сказала:
— Мне этот нож нисколько не нужен.
— Нет уж, держи, — Вигор насильно всучил ей свой подарок. — И повторюсь, я зла не держу. Вот, чес-слово, будь я на твоём месте, то поступил бы ровно также. Разве что действовал бы смелее.
Тут он щёлкнул её по носу, и Мила вздрогнула. Она никак не ожидала, что Вигор так поступит. А он подмигнул, усмехнулся и, сунув руки в карманы брюк, пошёл прочь. В темноте, в которую была погружена уводящая от кафедры дорожка, его силуэт быстро скрылся из виду. Однако, одна Мила не осталась. Она сама не могла сказать, откуда здесь взялся профессор Аллиэр, но, покуда она смотрела Вигору вослед, тёмный эльф подошёл к ней и встал рядом.
— Адамантовый сплав, гномья заточка, защита от нежити в виде вставки заговорённого серебра вдоль лезвия. Заговор наложен столь умело, что даже для убийства вампира достаточно одного удара. Вам, лер Свон, достался на редкость славный боевой нож, я бы рекомендовал его беречь.
— Откуда вы столько подробностей разглядели? — неподдельно удивилась Мила. Те нюансы, что озвучил тёмный эльф, даже при свете дня было бы не так просто различить.
— Пару дней назад у меня было вдоволь времени рассмотреть это оружие. И скажу честно, я смотрел на него и никак не мог поверить, что кто-то способен действовать настолько непрофессионально, чтобы таким совершенным ножом взять и не нанести смертельной раны.
— Ну да, вам бы одного удара хватило, — съязвила Мила, и сама не поняла, как вдруг оказалась прижата к стене кафедре. Нож, что она держала в руках, при этом словно сам собой оказался в руках тёмного эльфа.
— Сегодня точно также хотел поступить не один я, — сказал профессор Аллиэр, без тени сомнений приставляя лезвие ножа к её горлу.
— Я заметила ненависть к себе. Её сложно, знаете ли, не заметить.
— От вас, лер Свон, можно ожидать чего угодно, с вас сталось бы и не заметить. Не коробит же вас от вони, которая вам всюду сопутствует. Только так, вечерами, к вам и можно подойти, чтобы поговорить, — после этих слов нож отодвинулся от её горла, но Мила нисколько не расслабилась. Кто знает, быть может профессор Аллиэр опустил руку, только чтобы ударить её исподтишка в живот?
— Так это вы сейчас разговариваете со мной, да?
— А разве я делаю что-то ещё? — притворно удивился тёмный эльф, и на миг Миле показалось, что она чувствует тепло чужой руки возле своей талии. Она не могла сказать наверняка, было ощущение правдивым или нет, но задышал профессор Аллиэр несколько чаще. — Или это вам хочется чего-то другого?
— Я всего лишь хочу вернуться к себе в комнату, — неподдельно испугалась Мила. Сердце её билось в груди как проклятое.
— Надо же, мне тоже хочется покоя. Но сегодня я был вынужден посвятить разговорам целый день. Уговорами и угрозами мне приходилось одёргивать студентов и преподавателей, останавливать их ненависть к вам. Я занимался абсолютно бессмысленным занятием, и понимание этого так злит меня в настоящий момент, что я намерен донести до вас следующее — если по окончании зимних каникул вы ещё хоть раз выйдете на улицу в том неприглядном виде, к которому привыкли, я этим ножом всё-таки воспользуюсь.
— Чистая одежда… она не остановит ненависть ко мне.
— Но хотя бы уменьшит глубокую брезгливость, что окружающие испытывают к вам. Глупее некуда страдать от дурного отношения к себе и при этом делать всё, чтобы оно не исчезало.
Сказав так, профессор Аллиэр бросил под ноги Миле нож и неторопливо направился к себе на кафедру. Молодая женщина не могла оторвать от него взгляда, покуда дверь за ним не закрылась. Ей чудилось, что если она отвернётся, то тёмный эльф в тот же миг окажется рядом. Она так и видела, как он зажимает ей своей ладонью рот, а после, словно дикий зверь, ловко утаскивает в свою нору глубоко под землю. Миле даже пришлось встряхнуть головой, чтобы неприятная мысль покинула её. Ей ведь нисколько не было известно, что именно что‑то такое и сидело в голове Найтэ Аллиэра. Всё то время, что он «разговаривал» с Милой, его аж трясло от желания стиснуть её в своих объятиях, ухватить за волосы так, чтобы она уже никуда не вырвалась из его хватки. Ему хотелось сорвать с её губ стон боли и прервать его поцелуем.
И да, Найтэ сам не мог внятно ответить, отчего это желание не просто подчиняло, а даже порабощало его волю. Оно неумолимо преследовало его, как зверь, уже на протяжении трёх суток. Слияние с духом Милы Свон всерьёз изменило и вместе с тем испугало Найтэ. Он ощущал свою одержимость этой женщиной и едва мог совладать с чувствами.
15/04/2022
Примечания
1
Немного о денежной системе Верлонии.
1 золотой равняется 100 серебряным
1 серебряный равняется 100 медякам
1 медяк равняется 12 паданкам и иногда рубится на четвертины.
2
Странно. Но его волнует её судьба.
3
Найтэ Аллиэр лишь тень своих предков. Его падение ожидаемо.
4
Вопрос в том — нужно ли оно нам.
