Его глаза вспыхнули.
- Да? А что, если в какой-то момент я больше не смогу держать себя в руках? Если мой гнев вскипит так, что я кому-то что-то сделаю? - Он снова посмотрел в сторону. - Тебе, например?
- Ты о каждой женщине так много думаешь?
- Нет. До сих пор я ни с кем не встречался достаточно долго.
- Тогда у тебя, по сути, тоже не было правильных отношений. Кроме тех женщин, которых ты тащил к себе в постель, чтобы в три часа ночи не быть одному.
Люк с отвращением скривился:
- Вроде того.
Сюзанна приложила палец к его подбородку, и он посмотрел на нее.
- Ты хочешь отпугнуть меня, Люк?
- Возможно. Нет. О, господи. - Он вздохнул. - Ты не единственный человек, который неуверен в себе.
Это Сюзанна уже поняла.
- Итак, что мы делаем? - прошептала она.
Люк нежно притянул ее к себе:
- Сейчас? Едем к маме. Думаю, на ужин будет ягненок.
Даттон,
пятница, 4 февраля, 12 часов 30 минут
- Черт! Больно ведь. - Пол заскрипел зубами.
- Не будь такой неженкой, - возразил Чарльз. - Я до тебя едва дотронулся.
- Я уже двадцать лет полицейский, а иголок боюсь.
- Это просто поверхностная рана, - сказал Чарльз, хотя травма была более серьезной. - Я видел и гораздо худшее. - У самого себя. Ему тяжело давалась наука наносить раны.
- Это видно по твоим шрамам. Я знаю.
Чарльз поднял брови:
- Что?
Пол опустил взгляд:
- Ничего.
- Я так и думал, - отозвался Чарльз. –Надо будет наложить швы.
- Такого бы не случилось, если бы ты получше знал свою шавку, - буркнул Пол и поежился, когда Чарльз уколол его иглой.
- Извини. - Чарльз снова уколол.
- Сэр, - добавил Пол.
- Вот что. Тебе не нужно ревновать, Пол. Бобби - это расходный материал, а ты нет.
Раздался звонок в дверь, и он мрачно поднял глаза.
- Если это снова репортер... не дай ему увидеть.
И, правда, репортер, но из местных.
- Марианна Вульф. Чем я могу тебе помочь, моя дорогая?
Марианна подняла взгляд, и Чарльз заморгал.
- Быстро сюда. - Он распахнул дверь и схватил Бобби за подбородок. - Что это такое?
- Я хотела посмотреть, сработает ли маскировка, и она, очевидно, сработала. Так что сегодня днем я вполне могу отправиться на пресс-конференцию.
Чарльз отступил на шаг и оценивающе оглядел ее.
- Где ты раздобыла парик?
- Сняла с головы Марианны. У нее не настоящие волосы, но никто этого не знает, кроме Энджи Делакруа и меня.
- Но она часто ходит в парикмахерскую. Каждый четверг.
- Тщеславие. Она почти лысая. Но сиськи у нее настоящие. -Бобби погладила себя по груди. - Силиконовые вставки. Мужики в основном будут пялиться на них,а в лицо мне посмотреть не удосужатся.
- Где сейчас Марианна?
- В багажнике своей машины. Без сознания. Мне нужен был ее пресс-пропуск.
- А кто тебя накрасил?
- Сама. Это входит в профессиональные навыки высокооплачиваемой проститутки. Я ничего не ела со вчерашнего вечера и голодна как... - Она протиснулась мимо него и резко остановилась, обнаружив на кухне Пола. - Что это? Я... я не понимаю.
- Что не понимаешь, что мы знаем друг друга? - раздраженно поинтересовался Пол. - Или что в меня стреляли, потому что я выполнял за тебя грязную работу?
Бобби быстро пришла в себя.
- Кира Лейнир мертва?
- Естественно. Я разнес ей череп.
- Тебе достаточно платят, чтобы купить пластырь. – Она повернулась к Чарльзу. – Что он здесь делает?
- Он принадлежит мне.
Бобби покачала головой:
- Нет. Пол работает на меня.
- Ты платишь ему, - сказал Чарльз, - но он всегда принадлежал мне. А не тебе.
Глаза Бобби вспыхнули.
- Это я его нашла. И сделала профессионалом.
- Он вышел на тебя, потому что этого хотел я. Он никогда не подчинялся тебе, так же, как и Рокки. У тебя не было никого, кроме Таннера, но ты убила его.
Бобби отступила на шаг, кровь прилила к ее щекам.
- Я пришла попрощаться. Но теперь я скажу то, что всегда хотела сказать. Я ненавижу тебя, старик. Тебя и твою манию контроля, твои игры. Я ненавижу тебя...
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Пол вскочил на ноги, но Чарльз, защищаясь, поднял руку.
- Оставь ее. Она потерпела неудачу на всех фронтах. Она даже потеряла свое право по рождению, теперь все знают, кто она такая. Ты никогда не получишь дом на холме. Дом, твоя фамилия - все принадлежит Сюзанне. - Он встретился с Бобби взглядом. - У тебя ничего больше нет. Даже гордости.
- А если, старик, она есть? Надеюсь, ты-то лопнешь от своей гордости. – Бобби с таким грохотом захлопнула дверь, что зазвенели стекла.
- Все прошло замечательно, - сухо заметил Пол.
- На самом деле так оно и есть. Она сегодня отправится на эту пресс-конференцию.
- Но ведь там куча охраны. Если она заявится с пистолетом, ее схватят.
- Она, мой мальчик, хочет пощекотать себе нервы. Ей это удастся.
- Но она медленно поворачивается. Ты действительно хочешь, чтобы онас заряженным пистолетом вошла в битком набитое помещение?
Чарльз улыбнулся:
- Да.
- Но она не выйдет оттуда живой.
Улыбка Чарльза стала еще шире.
- Я знаю.
Глава 20
Атланта,
воскресенье, 4 февраля, 13 часов 30 минут
«Хаос, но под контролем», подумала Сюзанна. Везде кто-то сидел или стоял.
Женщины собрались на кухне, мужчины – в гостиной. Когда Люк ее представлял, все проявили любопытство, кто-то даже сжалился и привернул звук у телевизора. Но когда его мама положила руку ей на плечо и со словами «Теперь все девчонки в сборе» повела на кухню, телевизор в гостиной тут же включили на полную громкость.
- Папа уже не очень хорошо слышит, - сообщила сестра Люка Деми, нарезая овощи. Как самая старшая, она исполняла обязанности заместителя командующего – мамы Папа, которая руководила предприятием под названием «Кухня».
Мама пожала плечами:
- Раз папа в это не верит, значит, это не так.
Сюзанна вынужденно рассмеялась:
- Прекрасное отрицание. Оно имеет свои преимущества. Вы уверены, что я ничем не могу помочь?
- Ничем, - подтвердила Деми. – У нас своя система.
Двое ее младших детей притащили на кухню Дарлин.
- Прекратите дразнить собаку, - отругала их Деми.
- Люк несомненно обрадуется, что собака не ходит за ним все время хвостом, - заметила Сюзанна.
- Ах, Люк всегда строит из себя крутого парня, - обернувшись, сообщила Митра, стоявшая у плиты. – При этом он настоящий добряк.
- Я знаю, - сказала Сюзанна.
Деми подняла взгляд.
- В самом деле? – спросила она и шлепнула по пальцам мальчишку лет двенадцати.- Не смей ничего хватать грязными руками, молодой человек. Немедленно мыть руки. Сейчас же! – Она снова задумчиво посмотрела на Сюзанну. – Вы любите детей?
- Не знаю. До сего момента я не слишком много общалась с детьми.
Митра рассмеялась:
- Моя сестрица желает узнать, хотите ли вы, Сюзанна, иметь детей.
Теперь уже все женщины смотрели на нее.
- Я об этом еще не думала.
- Ну, вы ведь уже не девочка, - заметила Деми, и Сюзанна мрачно засмеялась.
- Ох, спасибо.
Деми усмехнулась:
- Не за что. Я просто даю совет.
Мама оторвала взгляд от жаркого из ягненка:
- Оставь ее в покое, Демитра. Она еще молодая.
Сюзанна переводила взгляд с одной сестры на другую.
- Вас зовут Демитра? – поинтересовалась она у Деми.
- Да. И ее тоже. – Деми указала на Митру. – В греческих семьях есть традиция называть ребенка именем отца или матери отца. Маму нашего папы зовут Демитра. Второго ребенка опять же называют в честь родителей матери.
- И маму мамы тоже зовут Демитра, - добавила Митра.
- Значит, может быть так, что в одной семье есть дети с одинаковыми именами?
