одно не давало ему покоя. А именно то, что сказал старик в начале.
— Ты сказал, что все будет в порядке если я послушаюсь тебя и возьму какую-то вещь с собой. Что это?
— Бай Юн Джи.
— И когда это он стал вещью? — фыркнул от смеха Мастер Чжан.
Старик Ван Лэй весело рассмеялся.
— Я видел в зеркале духов, что он гораздо сильнее чем кажется, и он действительно может вам помочь. Не знаю почему вы не попросите его о помощи?
— А почему он сам не поможет? — сказал Бай Ян Дзя. — Он же видит, что мы не справляемся.
— Он думает, что если он вмешается то сделает только хуже. Хоть он и постоянно шутит и веселится, на самом деле он очень сильно переживает, что по его вине ты чуть не погиб, и он до сих пор не может себя за это простить. Он ведь очень сильно тебя любит.
Бай Ян Дзя задумался о дяде. Значит тот всю жизнь переживал? Но почему он скрывает это? Почему никому не сказал?
— Не все могут признаться в своих чувствах, — будто услышал его мысли Мастер Чжан. — Некоторым очень тяжело признаваться. Они бы и хотели, но не могут. Для этого нужно огромное мужество, которое есть не у каждого.
— Я вообще-то и так хотел попросить его пойти со мной. Тем более, что он как раз находится в той деревне, — признался Ван Ли.
— Значит ты все же летишь?
— Со мной все будет в порядке. Я буду не один а с Бай Юн Джи. Кроме того я знаю где лежит камень, что нам поможет показать правду. Я пролетал прошлый раз мимо него и не подобрал его. Теперь я просто его заберу и вернусь сюда. А после мы выведем на чистую воду старейшину Чжу Вона и все будет в порядке.
— У тебя всегда все в порядке, — со скептицизмом ответил Брат Бай.
— Он просто очень сильно о тебе переживает, но он боится тебе в этом признаться.
— подмигнул Ван Ли его дед. — А сейчас я пожалуй обращусь обратно в черепаху. Так как я истратил почти всю свою энергию и мне необходимо восстановится.
— Конечно обращайся.
Ван Лэй кивнул и засиял белым теплым светом. Мгновенье, и на полу возле Ван Ли снова лежала большая, серая черепаха.
— Тот демон, что на меня тогда напал притворяясь тобой. Почему ты меня не предупредил? — вспомнил ванн Ли.
— Ну заговорил бы я с тобой и отправился за ним следом, — усмехнулась черепаха.
Заклинатель подумал и понял, что тот прав.
— А откуда у тебя шрам на панцире?
Камешек, сказав что-то по черепашьи поковыляла до миски с салатом, будто не понимая, что от неё хотят.
— Дед! Я знаю, что ты меня понимаешь! — позвал черепаху Ван Ли, но та, пошамкав беззубым ртом начала всасывать в себя листик. — Вредина, — проворчал Ли и обиженно повернулся к черепахе спиной.
Та, осторожно обернувшись, ухмыльнулась и подмигнув У Цяню, начала есть второй лист.
Поняв, что разговор окончен все занялись своими делами.
Гао Ру, пошел делать амулеты. Мастер Чжан пошел варить отвар. Бай Ян Дзя, молча уставился в потолок, не зная как ему выздороветь до рассвета, а У Цянь начал приставать к Ван Ли, чтоб тот его взял с собой, но Ли объяснил ему, что так ему будет сложнее телепортироваться.
Ван Ли сел медитировать а У Цянь побежал к Мастеру Чжану, спрашивать как усилить телепортацию Ли, чтоб он мог с легкостью переносить У Цяня и Камешек и не страдать при этом.
Мастеру Чжану было весело услышать, что теперь мальчик везде будет носить своего деда, но это так же очень умиляло. Он дал ему огромный фолиант и сказал, что все тайны телепортации записаны здесь. Но он был уверен, что ленивый лис Ли не будет ничего читать.
Наступила ночь. Здесь, на низине, под горами, было гораздо более влажно и почти каждую ночь поднимался легкий туман. И будто по команде, в тот самый момент когда солнце опускалось к горизонту, тысячи лягушек заводили свою вечернюю песню напоминая о деревне на склоне горы Семи Ветров.
Уже завтра Ван Ли придется вновь воевать с этими дико орущими жабами и неизвестно чем все закончится, но сейчас он читал свиток который дал ему Мастер Чжан и пытался хоть что-то понять, чтоб усилить свою телепортацию.
Основой магии телепортации оказалась печать руки* (Печать руки — особое складывание пальцев в различной последовательности и труднообъяснимости направляя в них свою духовную энергию). Эти заклинания считались тяжелейшими в исполнении, так как заклинателю приходилось держать в уме несколько десятков различных движений и ни в коем случае не ошибиться хоть в одном месте.
— Ну почему?! — взвыл Ван Ли, не в силах это запомнить.
— Что-то случилось? — испугался У Цянь сидевший Возле Бай Ян Дзя читающего книгу по целительству. (Тот все еще не терял надежды найти способ быстро исцелиться и полететь вместе с Ван Ли).
— Скоро взойдет луна. Может в Ли взыграла кровь лисьих предков и он решил повыть, — усмехнулся Брат Бай. Он то знал о «любви» его шиди к знаниям и ожидал что-то подобное.
— Вообще-то лисы не воют, а скорее лают, — сказал У Цянь. — Я много раз слышал этот пронзительный, жуткий звук по ночам.
— Ван Ли! Прекрати лаять! — фыркнул Бай Ян Дзя. — У Цяню не нравятся жуткие звуки, что ты издаешь.
— В смысле лаю?! — донеслось со двора. — Это кто еще из нас двоих на псину похож?
— Это не я, это твой брат сказал.
— Я не это имел ввиду! — начал защищаться мальчик. — Я просто сказал, что вой волка совсем не похож на крик лисы.
— Тебе виднее, — кивнул заклинатель на его лысый хвост.
У Цянь быстро прижал хвост к себе, пытаясь его спрятать. У него так и не получилось его скрыть.
Камешек, сладко зевнув, во весь свой черепаший рот пошла на подушку лежавшую под столом и выделенную ей под лежанку.
— Интересно, посмотреть на моих других родственников, — почесал голову У Цянь. — И есть ли среди них нормальные люди?
— А духи и лисы тебе не нормальные? — повернула голову в его сторону черепаха.
— Я не говорю, что вы не нормальные, просто это как-то странно. Я жил среди людей. Я думал, что я человек. А теперь меня окружают одни лисы и говорящие черепахи.
— Я человек, — усмехнулся Брат Бай.
— Что-то я уже начинаю в этом сомневаться.
Ван Ли надоело слушать эти бессмысленные разговоры и он опять сосредоточился на
