Конечно, неизвестно, не вернулся ли во дворец его Хозяин, но… В конце концов, это не повод, чтобы оставаться жить на Гранях!
Богдан проверил снаряжение, повесил обе кобуры – с лучемётом и револьвером – прямо на пояс, считая, что сейчас ему уже нечего особо скрывать, подумал, не снять ли кольчугу и прочие железки, но решил пока не торопиться – кто его знает? Забросив мешок на спину, он двинулся в путь, ощущая себя неким первопроходцем-разведчиком.
Утренний лес, подсвеченный лучами солнца, внушал надежду и уверенность в себе. Идти было легко, поскольку трава, придушенная здесь опавшей листвой, росла не густо, а непролазных кустов попадалось мало. Единственным недостатком была именно пресловутая опавшая листва, создававшая шум при ходьбе и мешавшая расслышать возможные опасные звуки.
Но пока в лесу слышался лишь шум листвы, да посвистывали в высоких ветвях какие-то птицы. Одни раз мелькнул зайчишка, но больше живности за час ходьбы Богдану не встретилось. Из этого он заключил, что здешние места, ввиду их сравнительной близости к замку, достаточно часто посещаются людьми, и потому расслабляться особо не следует.
Примерно ещё минут через сорок движения местность начала меняться: появились глубокие распадки, каменистые холмы, а лиственные породы почти полностью уступили место соснам и елям. Движение замедлилось: сильно мешал колючий хвойный подлесок, кое-где росший слишком густо, чтобы через него можно было пробраться, не ломая с треском молодые деревца. Приходилось делать значительные крюки и постоянно сверяться с компасом и солнцем, чтобы не отклоняться от нужного направления.
Богдана несколько удивляло, что лес не только здесь, на достаточном отдалении от замка и посёлка, но и рядом с королевской резиденцией практически не был вырублен. В принципе, насколько он знал земную историю, эти могучие деревья за несколько сот лет при примитивных технологиях Средневековья давно бы ушли на дрова или, как минимум, на древесный уголь. Ведь здесь производили железо и, значит, имели свою металлургию, которая требовала топлива. Впрочем, ещё в подвальной бане замка он заметил, что печки топятся не дровами, а ископаемым углём, и возможно, что сравнительно неподалёку располагались залежи твёрдого топлива, позволявшие сохранять деревья. Богдан не помнил из учебников истории, пользовались ли в Средние века в Европе каменным углём для обогрева жилищ, но то, что здесь лес вырубали куда меньше, чем на Земле, было очевидно.
Местность начала сильно напоминать знакомый Богдану Урал: всё больше из-под дёрна и травы выступали скалы, всё чаще встречались настоящие каменистые обрывы среди леса. По имевшимся данным, древних, в миллионы лет скал здесь быть не могло, значит, тот, кто создавал этот мир, формировал многие его участки в соответствии со своим вкусом или, возможно, используя какие-то «шаблоны»: здесь что-то от Урала, здесь – от лесистых равнин европейской части, здесь – от гор Кавказа, там – что-то ещё.
Значило ли это, что данный мир создан землянином? В принципе, Богдан не допускал подобного: откуда на Земле могла появиться такая технология? С другой стороны, ведь встретил же он там роковой полукруг! Впрочем, в любом случае, Богдан не верил, что данный мир – дело рук его «земляков». Скорее, некто просто использовал привычные для землян формы, коли уж населил часть граней этого мира земными людьми.
Лес немного расступился, и Богдан вышел к крутому спуску, почти обрыву, открывавшемуся в широкую долину. Метрах в ста от места, где он сейчас стоял, прямо на краю торчала сглаженная скала, похожая на детскую пирамидку – она состояла словно из сложенных друг на друга каменных блинов, каждый из которых был чуть меньше предыдущего.
Богдан остановился: ошибиться он не мог, на карте имелись чёткие ориентиры и указания. Это было именно то место, где располагалась ближайшая точка перехода, ведущая на грань Азии. Скала возвышалась метра на четыре над краем уступа, а на её плоской верхушке таилось устройство, спрятанное в камне, которое при произнесении кодового слова на языке неизвестного Хозяина срабатывало, перебрасывая стоявшего там на просторы местной «Азии».
Богдан подошёл и на всякий случай проверил, не ошибся ли он. Нет, всё правильно: на южной стороне скалы, обращённой в сторону, откуда он пришёл, виднелось крестообразное переплетение красных прожилок в сером граните, похожее на большую букву «Х».
Богдан похлопал рукой по уже чуть нагретому солнцем камню – вот она, дверь с этой грани, но он ей пользоваться не будет.
– Меня ждёт Африка! – громко сказал Богдан и добавил: – А там, тьфу-тьфу, и дворец, надеюсь.
Он осмотрелся. Примерно в паре километров в долине снова начинается лес, из которого выбегает дорога, уходящая вправо и теряющаяся между отдельными рощицами и холмами, в которые плавно переходила возвышенность. Была ли это та же самая дорога, что пролегала рядом с королевским замком, или какая-то другая, сказать Богдан не брался. Так или иначе, путь его пересекал дорогу и далее продолжался через лиственный лес, казавшийся издали тёмной зелёной стеной: деревья росли там явно плотнее, чем в лесу вокруг замка.
Богдан выбрал более пологий участок и стал спускаться вниз. Извивающаяся тропинка, петлявшая по скалистому склону, в конце концов привела его на равнину, заросшую высокой жёсткой травой вроде осота. Возможно, это и был осот, просто Богдан, как городской житель, не слишком внятно узнавал «живьём» даже те растения, названия которых в принципе знал.
К удивлению, прямо под крутым спуском местность была заболочена – то там, то тут среди травы проглядывала вода. Прыгая с кочки на кочку и временами хлюпая по заполненным влагой ямкам, Богдан добрался до сухого участка, на котором росли первые деревья – ольха и берёзы. Только здесь он вдруг почувствовал, что немного устал, и присел отдохнуть под деревом.
Так он просидел, жмурясь на всходившее всё выше солнце, минут двадцать. «Чёрт возьми, – подумал Богдан, – каких-то тридцать или даже уже чуть меньше километров отделяют от перехода, после которого мне буквально пробежать ещё столько же – и я в безопасности. Или, точнее сказать, в той безопасности, какую может мне дать этот дворец, пока там куда-то пропал Хозяин».
Богдан встал и проверил направление своего движения. Получалось, что ему надо далее двигаться точно по северо-восточному азимуту. Задача вроде нехитрая, если никто не помешает.
До леса оставался километр, не больше. Богдан пошёл, местами прыгая с кочки на кочку, хотя они здесь были уже совершенно сухими. Одни раз нога у него соскользнула, и, если бы не удобный высокий ботинок, он мог заработать вывих. Сплюнув и выматерившись, Богдан продолжил путь дальше, уделяя большее внимание поверхности, которая попадалась под ноги.
Он уже приближался к дороге, которая здесь как раз выныривала из чащи, когда услышал постукивания копыт, негромкое звяканье железа – звуки, которые издаёт большой отряд конных людей в доспехах, едущий по дороге.
Богдан остановился как вкопанный – только этого не хватало!
Скрыться негде: трава здесь была невысокой, а до ближайших деревьев просто не успеть добежать, пока неизвестные люди выедут на открытое место. Кроме того, если он побежит, то обязательно привлечёт к себе внимание.
Как знать, кто эти люди? Вполне возможно, что это отряд короля – и тогда Богдан имеет все шансы как-то решить вопросы мирным путём. Если же это враги… Чёрт, не будь на нём кольчуги, он вполне мог сойти за какого-то «гражданского» жителя, а так…
Поэтому Богдан, не долго думая, бросился в траву, совсем не такую высокую, как хотелось бы, и постарался дополнительно укрыться за выступающей кочкой. Сделал он это вовремя: из леса как раз выехали первые всадники, и до них оставалось всего метров пятьдесят-шестьдесят. Это были рыцари – доспехи, поблёскивавшие на солнце, длинные копья, щиты и кони, прикрытые полотнищами с гербами и металлическими защитными приспособлениями, говорили сами за себя.
