Лайлек нахмурилась. Николая, в последнее время, только это и интересовало. При нормальных обстоятельствах такая крамольная мысль заставила бы её покраснеть до коней волос, но на данный момент она была озабочена недостатком внимания со стороны мужа. Лайлек постоянно находила приятные подарки оставленные им в тех местах, где он был уверен, что она их найдет. Николай был таким же заботливым и беспокоился об её благополучии, но… но он больше не притрагивался к ней. Ей так его не хватало! Она так скучала по его поцелуям и объятиям. По его низкому, бархатистому голосу, обволакивающему её, когда они сливались воедино. Лайлек страстно желала его объятий по ночам, когда они спали, и чтобы он так же прикусывал её за ушко, когда ей снилось что-то неприятное.
Лайлек печально посмотрела в окно. Унылый день с необыкновенной точностью отражал её внутреннее состояние. После той роковой ночи, она не узнавала Николая. Его как будто подменили.
Тогда, ночью, она сильно испугалась. Он был таким необузданным и был, практически, на грани потери контроля. Казалось, что его естество стало больше, его ярость и чувства сплелись воедино, когда они занимались любовью. Лайлек испугалась, что он сделает ей больно, но, к счастью, все обошлось без последствий. Оглядываясь назад, Оглядываясь назад, Лайлек могла лишь вспомнить его глубокую, неодолимую страсть, которая накатывала на неё ненасытными волнами, заставляя терять голову снова и снова. Энергия Николая, словно шторм прошлась по её телу.
Она почувствовала, что её мука переросла в какое-то иное чувство – незнакомое и сильное.
У Лайлек был небольшой опыт общения мужчинами, но она подозревала, что ни один из них не мог сравниться в мастерстве любви с Николаем. Только он обладал такой безудержной энергией. В первый раз она это почувствовала, когда разговаривала о мужчинах с леди Уитни, и потом, когда немного лучше узнала своего мужа. Николай - безумно страстная личность. По крайней мере, был таким.
Девушка посмотрела на Трэда, пытаясь найти в его чертах фамильное сходство с мужем. Огонь камина играл причудливыми тенями на его сильном, красивом лице смягчив черты. Неожиданно, Лайлек заметила одну вещь – чувственность, которую Трэд всеми силами пытался скрыть под непроницаемой маской. Но почему? Что его заставило?
- Вы что-нибудь слышали об омерзительном лорде Роутвике? – выдернула её из задумчивости тётушка. - Кажется, его убили на дуэли, на прошлой неделе! Я так и знала, что этим закончится! Особенно с таким негодяем, как он! Я всегда на дух не переносила этого мерзавца. Одна мысль о нем вызывала у меня мигрени!
Рука Риджара замерла над фигурой.
- И кто же его убил, тетушка? – без особого интереса спросила Лайлек, не отрываясь от вышивания. Даже если бы она этого не сделала, тетушка все равно бы вынудила её задать этот вопрос. Ей никогда не понять, как Агата умудряется знать обо всем и вся, практически не выходя из дома.
- Никто не знает, дорогая.
Делая ход, Риджар многозначительно посмотрел на Трэда. (Ну и зачем ты его убил?)
Трэд откинувшись в кресле, задумчиво постучал по подбородку.
- Твой ход.
Итак, старший брат игнорирует его вопрос. Замечательно. Раз так, пусть будет как он хочет. Шумно вздохнув, Риджар передвинул фигуру через целый ряд своего оппонента. (Ты не должен был его убивать. Я хотел сам с ним разобраться).
Трэд даже бровью не повел.
Леди Агата, оторвавшись от книги, взглянула на молодых людей. – Какая-то странная история получается со смертью Роутвика. Ни дворецкий, ни инструктор Герр Шиммер не помнят, как выглядел неизвестный, прикончивший лорда, хотя оба видели его.
Оборотень внимательно посмотрел на Трэда и тут же прикрыл глаза. Он заметил, как у брата пульсирует жилка на виске, когда тот как бы ненароком наклонился сделать ход. Он не дурак, и его не так-то просто провести деланным равнодушием. Трэд по какой-то причине не хотел посвящать его в свои планы. И к чему бы это??
- Лайлек, ты что-нибудь знаешь о Мэделин Фэнсли? – продолжила сплетничать леди Агата, - говорят, что она слегла с лихорадкой. Конечно, это со слов слуг, но …
- Мэделин Фэнсли? Я же недавно видела её на вечере у леди Хакорт.
-Неужели? А я слышала, что она сильно больна. Почему-то мне сразу вспомнилось, как в 98 году пол-города слегло с ужасной лихорадкой …
Тетушка, тогда обыскалась пиявок, которых стало просто недостать. Лайлек задумчиво посмотрела на пяльцы, решая добавить ей фиолетовую нить или нет. За этим занятием она пропустила момент, когда Агата перестала разглагольствовать и направила свой лорнет на её вышивку и, к счастью, не заметила, как её уважаемая тетя не смогла сдержать скучающий зевок после лицезрения безнадежной мешанины ниток на пяльцах своей племянницы. Когда Лайлек подняла голову от работы, тетушка проворно опустила взгляд в книгу. Наконец-то Лайлек решила вместо фиолетовой нити добавить в рисунок зеленую. Принявшись опять за вышивание, Лайлек полностью погрузилась в мысли об её отношениях с Николаем. Она тяжело вздохнула. Если бы он только был …
Странно. Иголка замерла у неё в руке. Она не могла повернуть пяльцы! Исподтишка, Лайлек бросила взгляд на полотно. О, нет! Только она могла умудриться пришить вышивку к платью! Она постаралась незаметно отодрать её. Жуткая вещица и не подумала отрываться. Надо же, как она её крепко прилатала к подолу! И что же ей теперь делать?
Она незаметно оглядела комнату, желая убедиться, что никто на неё не смотрит. Какой ужас! Она так хотела поразить Николая своим талантом к вышиванию и умудрилась сделать такую глупость! После такого он навряд ли похвалит её умение. Может все же удастся незаметно отрезать сие творение ножницами!? Ну, а если она отрежет, то как потом будет объяснять наличие дыры с португальский кекс на юбке?? Ей нужно как-то сбежать из комнаты…
- Мне кажется, что я должна, срочно, посмотреть свою работу в спальне при более ярком свете, - вскочила Лайлек, прижав пяльцы к ноге.
- Дорогая, но это бессмысленно? Почему бы тебе ни подойти к окну в гостиной?
- Ну,…эээ…потому что там окна больше, - пробормотала она нелепое объяснение.
- Не понимаю тебя. Лайлек, неужели …, - Агата нахмурилась.
- Тетушка, оставьте! – Лайлек пулей выскочила из гостиной.
Риджар с недоумением наблюдал за поведением Лайлек. Закончив игру победителем и извинившись, он последовал за женой. Когда оборотень вошел в покои, Лайлек выходила из гардеробной.
- Лайлек, что случилось? – от него не укрылось, что она успела переодеться.
- Все в порядке, ничего страшного. Мне стало немного холодно, и я решила переодеться, - покраснела она.
