Читаем без скачивания Взгляд тигра - Уилбур Смит

– Из пещер они ушли раньше нас. По времени давно пора быть здесь. – Я вытащил из рюкзака бинокль, а сам рюкзак затолкал в какую-то щель в скале. Автоматная очередь, слышанная в пути, приобрела иной смысл. – Они попали в беду, Чабби. Пойдем выяснять, что случилось.

Миновав карниз, мы по грудам скальных обломков стали перебираться на открытую морю сторону острова. Несмотря на спешку и гнетущую обеспокоенность судьбой Шерри, я принимал все меры предосторожности, чтобы наблюдатели снизу нас не заметили.

Перевалив через вершину, мы увидели изгиб берега и изрезанную зубцами черную дугу Пушечного рифа. Я мгновенно присел и сжался за выступом скалы, потянув за собой Чабби.

На позиции, контролирующей проход через Пушечный риф, стоял на якоре сторожевой катер из Зинбаллы-Бэй – флагманское судно моего старого приятеля Сулеймана Дада. От берега отошла небольшая моторная шлюпка, до отказа набитая людьми. Сверху их фигурки казались совсем крошечными.

– Черт побери, – пробормотал я. – Похоже, они все предусмотрели – Мэнни Резник спелся с Сулейманом Дада, потому так долго сюда и добирался. Пока Мэнни прочесывал остров, Дада сторожил риф, чтобы мы не сбежали, как в прошлый раз. И на берегу людей расставил – вот откуда автоматный огонь. Мэнни Резник вошел в бухту, чтобы нас спугнуть, а Дада поджидал у задней двери.

– А как же мисс Шерри и Анджело? Думаешь, проскочили? Или их перехватили люди Дада при переходе через седловину?

Проклиная себя за то, что отпустил Шерри, я поднялся и навел бинокль на моторную шлюпку, ползущую из лагуны к сторожевому катеру, который стоял на якоре. На фоне встающего над морем солнца, которое отражалось от водной поверхности, даже в бинокль не то что лиц – отдельных фигур пассажиров шлюпки было не разглядеть; все сливалось в сплошную темную массу.

– Возможно, они в лодке, просто отсюда не видно.

Волнуясь, я оставил укрытие, ища выгодную точку обзора, и, ослепленный солнечными лучами, превратился в идеальную мишень. Из установленной на носу катера скорострельной пушки вырвалось пламя и белое облачко порохового дыма – снаряд приближался со свистом рассекающих воздух орлиных крыльев.

– Ложись! – крикнул я и распластался среди камней.

Снаряд разорвался совсем близко – полыхнуло огненным жаром, как из приоткрытой на миг топки, завыла шрапнель, посыпались каменные осколки.

– Бежим! – крикнул я, вскочив на ноги.

Мы, петляя, бросились обратно – туда, откуда пришли. Над нами с оглушительным треском пролетел следующий снаряд. Только по другую сторону вершины я заметил, что Чабби вытирает кровь с предплечья.

– Ты как, в порядке?

– Осколком камня зацепило, царапина – проворчал он.

– Чабби, я попробую выяснить, что с остальными. Нет смысла подставляться обоим. Жди здесь.

– Не теряй времени, Гарри, пойдем вместе.

Подхватив винтовку, Чабби начал спускаться первым. Я хотел забрать карабин – с закрытыми глазами можно с тем же успехом стрелять хоть из рогатки, – но передумал. Пусть держит при себе, если ему так спокойнее. Продвигались мы медленно, используя любое укрытие и высматривая, нет ли опасности впереди, прежде чем идти дальше. Остров окутала полная тишина, не считая шума западного ветра в кронах пальм, и на обращенной в открытое море стороне нам никто не встретился.

Следы Шерри и Анджело обнаружились там, где они перешли седловину, возвышавшуюся над лагерем. В рыхлой почве остались глубокие отметины бегущих ног – вслед за отпечатками маленьких узких ступней Шерри виднелись вмятины от широких лап Анджело. Судя по следам, они спускались по склону и внезапно сошли с тропинки, где бросили канистру с водой, круто свернули и, похоже, еще ярдов шестьдесят пробежали бок о бок.

Видно, не судьба была Анджело порадоваться своей доле находок. Три крупнокалиберные пули, пробив тонкую ткань рубашки, прошли навылет, оставив огромные темные раны на спине и груди. Он истек кровью – песчаная почва впитала почти все, а что осталось, засыхало, превращаясь в толстую черную корку. Налетевшие мухи заползали в пулевые отверстия и облепили длинные темные ресницы вокруг широко открытых, испуганных глаз.

Шерри пробежала еще двадцать шагов, а потом вернулась и опустилась рядом с Анджело на колени. Про себя я ругал ее последними словами. Совершенно бесполезный в той ситуации поступок дорого ей обошелся – она упустила возможность скрыться. Шерри схватили и через пальмовую рощу поволокли к берегу. Там, где она сопротивлялась, зарываясь пятками в песок, остались длинные борозды.

Я шел по следу, перебегая от дерева к дереву. На берегу, у края воды, виднелся отпечаток киля моторной шлюпки. Значит, Шерри увезли на сторожевой катер.

Пригнувшись за грудой плавника и пожухлых пальмовых крон, я наблюдал за красивым маленьким судном. Выбрали якорь, катер набрал скорость, медленно обогнул остров и вошел в лагуну, где все еще стояла на якоре «Мандрагора».

Через рощу я проскользнул к месту, где оставил Чабби. Отложив в сторону карабин, он обнял Анджело и прислонил его голову к своему плечу. Чабби оплакивал юношу за нас обоих – крупные, блестящие слезы медленно катились по изборожденным морщинами коричневым щекам и капали с подбородка на темные кудри Анджело.

Завидуя его способности излить боль в несущих облегчение слезах, я подобрал винтовку. Горе мое таилось глубоко внутри, причиняя еще больше страданий, хоть я не меньше Чабби любил Анджело.

– Пора идти.

Мы похоронили товарища в лощине с буйной растительностью, в неглубокой, вырытой голыми руками могиле. Сыпать песок на ничем не защищенное лицо не хотелось, и тело, как саваном, прикрыли срезанными ножом ветками и листьями.

Чабби вытер ладонью слезы и встал с колен.

– Они захватили Шерри, – тихо сказал я, – и держат на катере.

– Она ранена?

– Похоже, пока еще нет.

– Что собираешься делать, Гарри?

Ответить я не успел – издалека, со стороны лагеря, донесся пронзительный свист. Мы поднялись на гребень, откуда была видна лагуна и обращенная к суше сторона острова.

«Мандрагора» оставалась на том же месте, где я видел ее в последний раз, а зинбалльский катер бросил якорь на сто ярдов ближе к берегу. С захваченного вельбота на него высадились вооруженные люди в форме и сразу исчезли среди пальмовых деревьев. Вельбот вернулся на «Мандрагору».

На яхте тоже не теряли времени даром. Я навел бинокль – в поле обзора попал Мэнни Резник в белой рубашке с открытым воротом и синих брюках. Он спускался в вельбот в сопровождении Лорны Пейдж. На ней были темные очки, изумрудно-зеленый спортивный костюм и желтый шарф, наброшенный на светлые волосы. При виде обоих во мне закипела ненависть.