Читаем без скачивания Мертвецы не тоскуют по золоту - Михаил Март

Женщина вновь зарыдала.

- В котором часу позвонил Сироткин?

- В пятнадцать минут двенадцатого.

- Вы смотрели на часы?

- В десять часов звонили из Москвы, междугородняя. Какой-то мужчина просил к телефону Максима Данилыча. Я ответила, что он должен скоро приехать. Через полчаса он вновь перезвонил. Я сказала, его еще нет. Ровно в одиннадцать он сделал третью попытку. Не успела я отойти от аппарата, как позвонил Илья.

- Кто, кроме вас, находился в доме?

- Никого. Пока мы были в отпуске, Недда от нас ушла. На столе лежала записка: "Мне здесь делать нечего!" Ключи, деньги, что ей оставил муж перед отъездом, лежали рядом. Калитку она захлопнула, но дом оставался открытым. Так что мы остались вдвоем.

- Вас кто-то навещал?

- Нет. Мы приехала три дня назад, и все эти дни Максим проводил в городе, улаживал дела с какой-то фирмой. На работу ему еще не скоро выходить. Пару раз я видела почтальона, и один раз заглядывал Илья. Интересовался новыми партнерами в преферанс.

- Вы по любви вышли замуж?

- Нет. О любви речи не было. Я его глубоко уважала. И мне его по-человечески жаль. Добрый, умный, но несчастный человек. Я хотела ему добра.

- Значит, по расчету?

- Тут нет ничего зазорного. Когда женщине делает предложение такой человек, то редко кто отказывается.

- Мужчина, звонивший из Москвы, представился?

- Нет. Он меня не интересовал. Я нервничала и все думала, что звонит Максим, а это все тот же тип покоя не давал.

- Хорошо. Вас отправят домой, и вы должны находиться там до тех пор, пока мы не закончим следствие. Хватит с нас покойников. В доме придется сделать обыск.

- Я начала заниматься ремонтом. По собственной инициативе. Хочу поменять обои, интерьер. Мне хотелось сменить обстановку, чтобы она не так давила на мужа. Он очень занят, а я не могу сидеть без дела.

- Теперь у вас для этого много времени.

Трифонов вышел из "рафика" и направился к машине Эдуарда Чайки. Тот продолжал курить, устроившись на заднем сиденье.

- Позволите? - спросил следователь, открывая заднюю дверцу.

- Да, конечно. Собственно говоря, я вас и жду.

Трифонов сел рядом.

- Что можете сказать, Эдуард Кобович?

- Поражен! Нет слов. Максим позвонил мне в девять вечера из Питера и сказал, что едет домой. Попросил приготовить для него пару бутылок шампанского. Я рассчитывал увидеть его около десяти. Если он говорит, то делает. И вдруг не приехал. А в половине двенадцатого позвонили из милиции и сообщили о несчастье. В голове не умещается. Настроение у него сегодня было приподнятым. Обычно он заказывает шампанское по особым случаям, когда заключает выгодную сделку или на семейные торжества.

- А в магазинах Питера шампанским не торгуют?

- Я держу в своих запасниках коллекционное французское шампанское. Такого, думаю, и в Кремле нет.

- Да, мимо такого трудно проехать. А вы уверены, что в "мерседесе" находится труп Ветрова?

- Поначалу у меня возникли сомнения, но судите сами: костюм принадлежит Ветрову, ботинки тоже, перстень на левой руке, он никогда его не снимал. Вряд ли это возможно. Часы "Сейко", я их ему подарил. И еще: его машину не раз пытались угнать, но ничего не получалось. В салоне бортовой компьютер. Пока не наберешь нужный код, машина не тронется с места. Все узлы блокированы. Никто другой, кроме хозяина, машину не заведет. И наконец, кому нужен подобный маскарад? Потом ваши специалисты все равно докопаются до истины.

- Кто мог это сделать?

- Если бы был жив садовник, я подумал бы на него.

- А почему не жена? Тут расчет налицо.

- Я бы ее исключил. Максим не составлял нового завещания. Куда ей торопиться, она не дура, понимает, что попадает под подозрение первой. Да и способ не женский. Варварский какой-то, злобный, мстительный.

- А у вас, как я понимаю, стопроцентное алиби?

- Даже если бы его не было, мне Максим нужен живым как никому другому. Его банк давал мне кредиты за мизерные проценты. Сейчас я расширяюсь. Мне до зарезу нужны кредиты. Вряд ли его банк без хозяина пойдет на такие уступки. А это серьезные деньги. Сеть прибрежных ресторанов недешево стоит. Можете взглянуть на мои договора.

- Убедительно, если не брать в расчет некоторые детали. Но об этом мы поговорим позже.

Трифонов вышел из машины и присоединился к своим сотрудникам.

- Что еще узнали?

Куприянов доложил:

- Мы с лейтенантом ездили на усадьбу к Ветрову. Оружейный шкаф пустует. Даже патронов не осталось. Все выгребли подчистую. Дом не заперт, везде горит свет. Обои оборваны, бардак кругом, будто Мамай прошелся. Если ружья украли, то почему Ветров не заявил об этом?

- Вика говорила вам о звонках из Москвы? - спросил Трифонов Куприянова.

- Да, ребята уже подсуетились. Междугородняя подтвердила, что Москва вызывала Ветрова трижды, время совпадает. Звонил некий Либерман из дома. Позже мы с ним свяжемся.

- Ты хотел сказать, утром? - спросил май-ор. - А сейчас нужно снимать оцепление. "Мерседес" отправим на техническую экспертизу. И еще, - дополнил Трифонов и взглянул на медэксперта: - Возьмите с собой в морг фотографа. Пусть сделают снимки всего тела, по деталям, по ниточкам, ни одной родинки не упустите, а уж потом делайте вскрытие.

- Хорошо, Александр Иваныч.

- Следы есть? - Трифонов взглянул на майора Дмитриева.

- Мужские, глубокие. Очевидно, художника. Но он сам нам звонил и отпираться не станет. Других очевидцев нет. Особняки пустуют. Мертвый сезон. У каждого есть квартира в Питере. Глухо. Ни одной машины не проехало мимо, пока мы тут работаем.

- Тут не глухо, тут стреляли, - проворчал Трифонов. - Чужой ружья не возьмет. Вот вам и наступил третий акт.

- Какой акт? - спросил Куприянов.

- Чехова читал? Классику надо знать, капитан. Оно должно было выстрелить, и оно шандарахнуло. Аж из двух стволов сразу, да еще картечью.

2

Последующие дни Трифонов не выходил из своего кабинета. Утром в управление приехал Сычев, следом пришел Куприянов и доложил:

- С Москвой я связался. Ветрову звонил Осип Либерман. Его заинтересовал роман Ветрова, и он хотел с ним встретиться и что-то обсудить. Он подтвердил, что беседовал с женой писателя и та ждала его возвращения. Месяц назад он получил книгу Ветрова бандеролью, где прилагалась записка: "Прочти и подумай, ты сможешь многое понять. Ксюша. Жди новых поступлений. Анастасия. Догадался?"

Либерман считает, что книгу ему выслала Анастасия Болышкова, это девичья фамилия покойной Анастасии Ивановны. Он знает ее почерк. Сначала сомневался, но потом заглянул в архивы и убедился. Либерман главный редактор какого-то журнала. Анастасия в бытность студенткой журфака писала заметки для газеты, и Либерман помогал их проталкивать. Он был ее наставником. Вчера днем ему позвонил мужчина из Питера и сказал: "У меня есть для вас дополнительная информация по книге Ветрова. Я не могу с вами говорить, у меня много дел, но, если вы сумеете дозвониться мне вечером домой, мы кое-что обсудим. Зовут меня Максим Данилович". И он дал ему свой номер телефона. Либерман звонил трижды, но он понятия не имел, что Анастасия была женой Ветрова и что она умерла.

- Да, но этот Либерман нам не нужен. Бог с ним.

В кабинет вошли майор Дмитриев и участковый лейтенант Дроздов. В руках у майора была двустволка, упакованная в целлофан.

- Орудие убийства, Александр Иваныч!

- Где нашли? - коротко спросил Трифонов.

- В деревне, под кроватью в доме Недды Волковой, как выяснил участковый. Последние две недели она жила у матери. Соседи это подтвердили. Неделю назад мать умерла. Она ее похоронила и несколько дней на улицу не выходила. Только за водкой бегала. Когда она уехала, никто не знает. Мы ее не нашли. Отпечатков на ружье нет, но из обоих стволов несет гарью. Двенадцатый калибр, ручная работа тульских оружейников и дарственная гравировка. Подарок Ветрову от сотрудников банка. Одного свидетеля мы все же нашли: молочница видела, как сегодня в пять утра Недда стояла на автобусной остановке. Это пока все. Мы дали сигнал в аэропорт, на вокзалы и автовокзалы, а также в порт. Приметы разосланы.

- Ладно. С Неддой, я думаю, мы еще встретимся. Как прошло вскрытие Ветрова?

- Куприянов звонил из морга. Таня, секретарша доктора Кмитта, нашла медицинскую карточку Ветрова в столе. Кмитт был семейным врачом Ветровых. Капитан отнес ее патологоанатому. Тот просмотрел записи и подтвердил, что на сердце покойника есть старый рубец от инфаркта. Это соответствует медкарте. А также обнаружены камни в почках, Ветров страдал и этим недугом. Прохор Петрович составляет отчет. Об особых приметах нам ничего не известно.

- А дактилоскопия?

Майор поежился.

- Упустили. В день смерти Анастасии мы сняли со всех отпечатки, кроме Ветрова. Он заперся в своем кабинете. У человека такое горе, и я не настаивал. Извините, но так получилось.

- Горе у людей, майор, а у нас служба. Одна поблажка, и мы же попадаем в лужу.