“Перевернутая поза Сарвангасана”, - машинально отметил император, рассматривая свою красавицу.
Свободная рубашка белой лужицей растеклась по оранжевому коврику, а взгляд Реджена заскользил по голой спине, упругой попке, обтянутой белоснежной тканью и бесконечным ногам, на которых стал виден рельеф мышц. Руками она поддерживала себя под спину, вытянув тело в струну.
Пару часов назад они пришли из курортного городка своего мира, где занимались активным отдыхом всей семьей, а потом решили, что одного мира им мало. Детям и бабушке захотелось еще приключений, поэтому выбор пал на парк развлечений. У дедушки Фрументия просто выбора не было. Но он всегда с умилением наблюдает и за женой, и за детьми и даже иногда участвует в их играх. Правда в эти игры он всегда привносит элемент обучения детей магии. Она у них начала просыпаться пару лет назад. А императорам с женой захотелось банального уединения, тишины и лени.
Алина поизображала спящую красавицу, отдыхая, а потом подошла к краю площадки и села, спустив ноги в теплую, прозрачную воду океана.
Мужчина неслышно подкрался к своей леди и присел сзади, обняв руками и ногами. Жена даже не вздрогнула, хоть она его не слышала, но прекрасно чувствовала. И он ее чувствовал, а еще уловил отголоски ее мыслей о прошлом, об их общем прошлом.
Они далеко не сразу зачали наследников. В очередной раз после рассказа свекрови про свою многоплодную беременность Алина задумалась, почему она до сих пор не в тяжести. С тех пор как прошла их брачная ночь, Алина регулярно пыталась что-то почувствовать, все-таки они не предохраняются, но начало очередного цикла говорило ей, что нет, она не беременна. А ведь прошел целый год. Она уже начала беспокоиться, когда Мелентий посоветовал ей поговорить с мужьями и спросить почему они тянут с детками. Но Алина разговаривать с мужчинами на эту тему отчего-то побаивалась.
Сидя под ярким солнышком, пропитываясь теплом и морским воздухом, Алина наблюдала, как неспешно накатывают волны, как мелкие рыбки стайками проплывают мимо, забавно все вместе разворачиваются и плывут в другую сторону.
Император поцеловал ее шею и тихонько подул на короткие завитки, что никогда не укладывались в пучок.
— Ты так вкусно пахнешь! — он потерся носом, глубоко вдыхая ее сладковатый аромат. — И мы наконец-то одни.
Он зубами подцепил завязку купальника на шее и потянул. Сверху купальника накинута белая мужская рубашка, так к чему ей бюстье?
— Ты права, наше первое путешествие после свадьбы вышло умопомрачительно приятным, — он подслушал ее мысли, которые с детей перескочили к воспоминаниям об их путешествиях.
Северьян помнил, как ласкал наутро ее сонное тело. Они с братом перенесли жену порталом не в свою спальню, а далеко на юг, в гостиничный номер любимого ими курорта. Сейчас, как и тогда, забрался руками под рубашку, наслаждаясь шелком кожи и пробираясь к груди.
В то давнее утро она проснулась от оргазма. Руки ее мужей ласкали нежно, осторожно, но настойчиво. Видимо накануне, она потратила слишком много сил, раз сон был таким крепким. Такая смешная, красивая и растрепанная, она еще пребывала во власти удовольствия, когда открыла большие глаза цвета горького шоколада. Мужья продолжали ласково касаться ее обнаженного тела, целовать, где вздумается и ласкать до нового взрыва. До полудня они провели в кровати, а когда из гостиничного номера спустились к завтраку, их жена обмерла.
Дело в том, что они были в горах, славящихся своими водопадами, а гостиница располагалась среди четырех водопадов. Ее удачно построили, отделали природным камнем и она настолько вписывалась в природный ландшафт, что не вызывала диссонанса. А завтрак был на одной из открытых естественных террас с видом на гигантскую скалу, с высоты которой с ревом бесконечно падают тонны воды в далекую бурную реку внизу.
В тот полдень водопад серебрило яркое солнышко, шум воды был почти полностью приглушен магической завесой. Алина так радовалась легкому гулу водопадов и шелесту листвы, среди которой яркие мелкие птички стайками, словно юркие рыбки, постоянно перемещались с места на место. Смотреть на них, как и на воду можно было вечно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Завтрак получился интимный, они были одни, ласкались и кормили друг друга с рук. Закончили все быстрым жестким сексом полным огня и страсти с феерично-бурным удовольствием, казалось его сила не меньше, чем у того водопада.
Им понравилось это место и иногда из дворца приходили порталом отдохнуть и созерцать, вкушая хорошо приготовленные блюда, чем радовали хозяина ашрийца и его жену полукровку от мага и ашрийки. Это большая редкость такая связь. Как так получилось, никто не знает, но маг рано умер и у ашрийки с новорожденной дочкой была тяжелая судьба. Но сейчас они счастливо живут здесь, вдали от своего народа, однако атрибуты их веры можно встретить в каждой комнате.
— У вас удивительный мир, — восклицала Алина, — который я не видела, пожалуйста-пожалуйста, покажите мне его! — она эмоционально сложила руки в умоляющем жесте и смотрела глазами голодного котенка.
Реджен и его брат не смогли отказать своей жене. С тех пор они регулярно раз в месяц выбирались на несколько дней в какой-нибудь интересный уголок мира. Реджен с братом уже бывали во всех этих местах, но с Алиной видели все другими глазами. Она с такой радостью принимала их мир, что братья невольно заражались ее настроением и энтузиазмом.
Тогда же братья и решили повременить с наследниками, они изменили условия магического договора, до тех пор пока их любимой леди самой не захочется детей. Она и не знала, что мужья использовали на ней длительное заклинание защищающее от зачатия.
— Думаешь, Кирсия и Лукиан в этот раз ничего не учудят? — вывел Реджена из раздумий вопрос Алины.
— Уверен, все будет хорошо, — он держал в ладонях ее груди, чуть сжимал, жмурясь от удовольствия, катал между пальцев сосочки. — Отец присмотрит. Главное, чтобы мама ничего не учудила.
Реджен всегда удивлялся своей маме, она порой вела себя шубутнее, чем его дети.
— Точно, она так просилась в Диснейленд, больше, чем дети. И все же Авеста замечательная бабушка, всегда с удовольствием играет с детьми и любое дело делает для них увлекательным. Только я так и не поняла, почему в прошлом году, когда мы приехали к ним в гостиницу, от нее весь обслуживающий персонал шарахался?
Она откинулась на грудь мужа, слегка прикрыв глаза и томно выдохнув, ее дыхание уже слегка изменилось.
Режден хорошо помнил тот момент, как год назад они приехали навестить своих детей на земном курорте, отдыхающих с дедушкой и бабушкой. А Кирсия и Лукиан везде ходили за ней и приговаривали: “Бабушка, не надо туда идти!”, “Это пить не стоит, голова завтра болеть будет!”, “Бабуля, гид сказал, там опасно!”, “Не надо лезть в фонтан, туфли испортишь!”
Было забавно, когда десятилетки изящную женщину, выглядящую лет на сорок максимум, зовут бабушкой и отговаривают от очередной авантюры. Конечно, частью Авеста вела себя естественно, но чаще играла. Сейчас Лукиану тринадцать лет, а Кирсии десять и они выбирая Диснейленд приговаривали, что там бабушке точно не будет скучно. И дедушке заодно.
Реджен нарадоваться не мог на своих детей, такие спокойные, рассудительные, особенно Лукиан, дочка более озорная. Но до бабушки Авесты ей далеко. С тех пор как в день нового года у них родился сын, родители Реджена и Северьяна решили остаться в родном мире. Им захотелось помогать растить внука, а позже и внучку. Теперь они все вместе часто ходили на Землю навещать родных Алины. К сожалению, родители Алины состарились и ушли из жизни, а брат постарел. Но его дети рады гостям из другого мира. Самих их Земля не выпускает, они не могут войти в портал. Но один из внуков брата Алины умеет открывать порталы на короткое расстояние. Северьян говорит, что когда Леша вырастет, то сможет открывать межмировые порталы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Руки Реджена вдоволь насладившись упругой грудью, заскользили вниз по телу. Трусики. За много лет они привыкли к этому провокационному и бесстыдному предмету на теле женщины. Допускали ношение оного, но не всегда. Порой они не знали прикрыта ли промежность их леди или они свободно могут приласкать ее.
