удобные, водонепроницаемые ботинки и лыжный костюм камуфляжной окраски. И практично, и тепло, и неброско.
Три часа под геополитические дебаты великих умов современности протекли почти незаметно. Транспортное средство остановилось у бетонной конструкции, похожей на портал в дикий край, который обогнуло влияние интернета, социальных сетей и вообще, технического прогресса. Позади сооружения растянулись длинные корпусы заброшенных ферм, с фасада - склад металлолома из бывшей колхозной техники. Автобус с ворчливым скрипом распахнул двери перед остановкой и народ высыпал в синеющий кристально-чистый воздух глухого деревенского вечера. Главная улица посёлка, по которой покатились диванные эксперты международных отношений, невыразительно моргала редкими фонариками над блеклыми названиями продовольственных «супермаркетов».
Лера зашла в «Буратино» - вывеска над входной группой крыльца как-то располагала. Героиням бульварных романов не следует отступать от шаблонов жанра и пренебрегать явными знаками. С баннера Новодворской подмигивало срисованное с фантика ириски носатое полено в полосатом колпаке и с золотым ключиком.
За прилавком корпулентного вида продавщица рукой подпирала оба свои подбородка. Голова, обрамлённая ярко-голубым блондом покачивалась в такт композиции из блютус-колонки. Надо же, и сюда добрались блага! Мальвина улыбнулась вяло на левую сторону. По её лицу было видно, что дама скучает.
Лера поприветствовала девушку. Так и сказала: здравствуйте, девушка.
Девушке стало приятно, но виду она не подала, наоборот - выпятила губу, будто обиделась.
- Мне сникерс и бутылку воды без газа, маленькую, - и по-московски заранее поблагодарила: - Спасибо.
Девушка прицокнула языком, покрутилась вокруг своей оси и потыкала розовым маникюром в калькулятор. Лера рассчиталась. Пока складывала покупки в карман рюкзака сформулировала вопрос:
- Скажите, пожалуйста, а как мне местного егеря найти?
- Аполлоныча, что ли?
- А… - Лера растерялась, думала, что придётся объяснять, кто такой егерь, но быстро собралась и согласилась: - Да! Апполоныча. Как его, я забыла…
Она пощёлкала пальцами, делая вид, что пытается упорядочить забытые сочетания звуков, прыгающие в голове, как блохи в банке. Обычно, видя ее «мучения», собеседник на автомате выдавал информацию, ещё и испытывал при этом радостную гордость, что успел, напомнил. А Мальвина хлопала ресницами и молчала. Ну! Давай, родненькая, помогай! Не заставляй опускаться до взятки.
- Уточкин Николай, - подсказала, наконец, работница торговли.
- Точно! - Лера хлопнула себя по лбу, не особо переживая, что слегка переигрывает. - А я все думаю Уточкин или Уткин. Не подскажете, где его найти?
- А тебе зачем? Ты на охотника не сильно похожа.
Лера хотела сказать, что она стрелец по гороскопу, но решила, что шутка не зайдёт. Достала из внутреннего кармана удостоверение - этот момент она раньше серьезно считала оргазмом - и тыкнула им в нос продавщице с голубыми волосами.
- Я журналистка. Из Москвы, - сказала она, убирая корочку обратно в карман. - Журнал «Охота и не охота». Хотела взять у Николая Аполлоновича интервью.
Девушка с голубыми волосами сделалась пасмурной. Оглядела Леру внимательно с ног до головы, прикидывая на глаз свои собственные представления о москвичах к образу туристки.
- Из Москвы? Интервью? - гаркнула она и изобразила бровями скептицизм.
- Совершенно верно, - подтвердила Лера.
- Время потеряешь, - хмыкнула она и махнула ручкой.
- Извините, вас как зовут? - У Леры закончились безобидные эпитеты, к тому же, яркому персонажу просто жизненно необходимо было имя.
- Нина.
- Нина. Такое редкое имя… Скажите, Нина, а по какой причине я время потеряю?
- Аполлоныч не любит столичную интеллигенцию, - пояснила она.
«Понятно, антисемит и гомофоб, как все сибирские егери, вероятно».
- Я и так всё потеряла. Скажите, как найти его дом, я все-таки попробую…
- Сейчас? - Нина выпучила глаза.
- Автобус в город завтра в шесть утра и в восемь вечера. Мне бы желательно сегодня с ним договориться об интервью. - Лера сделала выразительную паузу и чуть усилила звучание голоса: - И найти, где переночевать. Вдруг, он согласится…
- Не согласится, - Нина хрустнула яблоком, - а переночевать можешь у меня здесь, в подсобке. Я круглосуточно работаю. - Она два раза чавкнула и проглотила. - Тысяча с тебя за койко-место.
- Спасибо, - Лера скрестила пальцы за спиной, - обязательно воспользуюсь предложением. Все-таки, скажите как найти этого вашего Уточкина?
Нина-Мальвина вздохнула и закатила глаза. Ткнула ногтем воздух в направлении окна и согнула фаланги, показывая налево.
- Тебе в Санта-Барбару надо.
- Куда?
- В Санта-Барбару, - повторила довольно Нина. Видимо, в селе была какая-то достопримечательность, которой жители хвастались приезжим. - Возвращайся на дорогу. Два с половиной километра вверх вдоль обочины, потом слева разрыв в лесополосе. Это и есть Санта-Барбара. Там увидишь впереди у холмов большой кирпичный дом с такими высокими окнами-арками. - Она изобразила обеими руками сводчатые окна. - Точно пойдёшь?
- Пойду, - пожала плечами Лера и неуверенно шагнула к выходу.
- Громче стучись, как вернёшься. Я могу не услышать, - зевнула Нина-Мальвина и переключила внимание на содержимое страниц глянцевого журнала.
Лера вышла из лавки, огляделась. Снаружи совсем стемнело и ощутимо похолодало. Чувствовалась близость снега, гор и бурных, побеждающих лёд речек. Воздух своей кристальной прозрачностью резал легкие. Съеденный на ходу Сникерс поддал глюкозного жару на кирпичики здравого ума. Опять возникло то гадкое чувство, которым сопровождается весь совершаемый человеком абсурд. К которому этот человек ещё и готовилась. Снаряжалась в поход. Взяла фонарик, складной нож, зачем-то веревку, спички, перцовый баллончик и все три тома Имажинистов на всякий случай. Несколько раз в процессе сборов отказывалась от мероприятия, вытряхивала все из рюкзака, но потом всё снова обнаруживалось в его брезентовых внутренностях. Сейчас она рада была фонарику и мысленно просила бабулю походатайствовать там, чтобы Лере не пригодилось все остальное.
Глава 41
Глава 41
Сантабарбарой местные величали ферму Уточкина по разведению горно-таежных транспортных средств. Но понять, почему именно Санта-Барбара, а не Малибу или Твин Пикс - мощности фонарика не хватало. За кованным забором стены усадьбы скрывали заросли какого-то кустарника, разросшегося до плотности джунглей. В темноте ворота не сразу нашлись. Их обозначил жуткий грохот цепей и загробный лай, от которого мгновенно свернулась в жилах кровь и заледенели губы.
Скрипнула дверь. Вспыхнул свет.
