и бросился на небольшую площадь перед таверной. Там разразилась не шуточная битва. Дварф сражался ни на жизнь а на смерь с вызванным Эридом магическим оружием, отражая его удары, при этом успевая ещё и волшебницу прикрыть. Помятые щит и латы, кровоподтёки на теле говорили о том, что ему весьма тяжко.
На земле лежали несколько трупов жителей и постояльцев таверны. Кто-то из них не успел убежать, а некоторые решили вступить в бой с перевёртышем и не преуспели. Кеври и Эрид сражались по принципам магической дуэли, кидая друг в друга несложные, но опасные заклинания, при этом подготавливая что-то существенное, выискивая слабые места.
Белоснежная магическая броня девушки оказалась подпалена в нескольких местах, бело-синее платье тоже обгорело или порвалось от ледяных осколков или шипов, часть из которых застряли в броне или прямо в теле плазмоида. Но сдаваться волшебница не собиралась, растрепавшиеся волосы развевались в порывах горячих потоков ветра от заклинаний и Атра, а на плотно сжатых губах ― решимость.
Перевёртышу же явно не хватало опыта, ран на его теле насчитывалось куда больше, но все несерьёзные. Ему помогало ожерелье из четырёх разноцветных драгоценных камешков. Судя по всему это и были усиления, что он собирал. Они же и усиливали заклинания.
Ганс бросился в битву, построив примерный план дальнейших действий. Он вихрем влетел в единоборство магической секиры и дварфа, при этом всунув ему в руку два зелья ― лечения и восстановления. Конечно, кровь оно не вернёт, восстановление займёт время, но зелье восстановления простимулирует активность. Оно делалось на основе растений, что разгоняли адреналин, резко увеличивая работоспособность. Потом правда ему потребуется лишний отсыпной, ибо задействовались внутренние силы организма: просто с кровати от боли в мышцах и суставах встать не сможет. Солдат что-то благодарно пробурчал сзади, добавив к ним ещё и жидкости из собственной фляги.
Ворон сражался изящно, парируя удары секиры мечом и уворачиваясь, когда это было нужно. Он уже сталкивался ранее с таким видом оружия. Кольцо ему в этом помогало. Каждое его попадание наносило слабый, но магический урон. Через пару минут секира развалилась на части, упав на землю. Дварф к этому моменту оклемался и они оба были готовы броситься в бой.
В этот момент над славным городом Карф поднялось солнце. Его первые лучики пробились из-за горизонта, осветив алым часть неба. Луны ― синяя Керу уже была едва заметной и бледной, так как находилась ближе всего к рассветным лучам, и серебряная Сильви, всё ещё достаточно яркая, начинали исчезать с небосвода, отдавая бразды правления дневному солнцу. Все условия ритуала Эрида оказались соблюдены: светила собрались на небосводе. Он воздел руки, произнося последние слова заклинания и…
Таверна буквально взорвалась бордовым пламенем, исчезая в нём. Сгорели заживо все, кто находился внутри. Дома, стоящие рядом мгновенно полыхнули огнём, пожар разрастался с каждой минутой. Ударная волна из обжигающе горячего сухого воздуха пустыни прошлась по всему городу. Она повалила на ноги и Ганса, и Кеври и дварфа. Лишь Бастиан-Эрид стоял на ногах. После чего послышался устрашающий могучий рёв. Где-то повыбивало стёкла. Если бы герои не закрыли уши руками, то лишились бы барабанных перепонок. Однако рёв этот больше казался криком забитого отчаяния, чем превосходства.
Атр стоял во всей красе и мощи. Он всё ещё напоминал формой каплевидного тела джинна или элементаля, огненным хвостом вися в воздухе, но это было заблуждение: он ясно и точно превратился в демона. Мощные мускулистые руки он воздел к небу. Головы в этой огромной бордовой капле не имелось, лишь в верхней части горели сапфировым светом два глаза.
― Внемли же мне, я твой хозяин, повинуйся! ― громогласно заговорил в наступившей тишине Эрид.
Слышалось лишь как бушует пламя внутри этого создания. Дома вокруг разгорались всё больше, огонь спускался с крыш на нижние этажи. Трещали и рушились перекрытия.
― Хозяин?! ― прозвучал насмешливый громкий вкрадчивый голос Атра.
Говорил он на языке Кемета, так что понимал его только Ганс и Эрид, ещё чуть-чуть Кеври.
― У меня нет хозяина, ― зло прошипел демон. ― И никогда не будет.
Перевёртыш попытался ударить заклинанием в создание, но его сила просто растворилась в бушующем пламене, не причинив тому никакого вреда. Раздался кровожадный смех.
― Есть друзья, ― продолжал Атр. ― И спокойная жизнь. Я не желаю вмешиваться в ваши людские разборки.
В руках Эрида появилось созданное заклинанием светящееся лассо, которое он накинул на шею существу, пытаясь создать ошейник и поводок.
― Ох, как же наш убийца просчитался, ― устало усмехнулся Ганс, обращаясь к Кевре, которая держала над ними золотистый щит. ― Во-первых, Атр оказался не низшим или средним демоном, а на порядок выше благодаря регулярному питанию злыми душами в таверне. Во-вторых, он подчиняться перевёртышу и не будет, так как нет двух ключевых компонентов в ритуале. И в-третьих, просчитался и наш дорогой автор Ивеллиос Китрет, посчитавший погрешностью невозможность наличия привязанности у демона.
― Привязанности?
― Дружба, ― улыбнулся инспектор. ― Я не знаю каким образом, но он умудрился сдружиться с Гербо, Ли-Ли, Дари, Бо-Бо и всеми остальными работниками таверны. Они ему не хозяева, он им подчиняется не потому, что ему приказывают, а потому что хочет. Он как старший всемогущий брат, способный помогать и защищать. Он же демон-страж как никак. И сейчас он защищает свой дом. Приготовься, сейчас будет самое интересное.
В этот момент Атр с лёгкостью оборвал лассо и, размахнувшись ударил по лже-Бастиану своим огромным кулаком. Послышался чудовищный грохот, затряслась земля. И сквозь него прорывался полный отчаяния и боли крик перевёртыша. От этого удара буквально лопнули и стекли по его телу все камни усиления, что он собирал с таким усердием и жестокостью. Их смело одним ударом демона. Он понял, что просчитался.
"Нужно было больше жертв, больше усиления, я ошибся!", ― думал Эрид, его сознание пыталось пробиться сквозь безумную пелену, кричащую это. Он лишь хотел вернуть Тану, доказать этому старому магу, что он способен на многое. Но месть застилала глаза всё больше и изначальный он тонул в этой жестокости, в этом пламени боли. Он уже и не помнил толком первого убийства, на которое он шёл с чистым холодным расчётом и после которого переживал, но чем дальше, тем проще перерезать ту ниточку, что зовётся жизнью, а вместе с ней и связь с собственным рассудком….
Щит Кеври уничтожило ударной волной так же быстро, как и защиту перевёртыша. Их отбросило назад, вдоль ближайшей улицы.
