– Я рассчитал подлёт с учётом этого.
– Спасибо тебе, Рэй… Ты лучший друг изо всех, которые у меня когда-либо были.
– Да брось ты, Вик, я всего-навсего обычная мыслящая машина.
– Рэй, если ты ещё хоть раз напомнишь мне об этом не по делу, то я на тебя всерьёз обижусь.
Сказав это, я услышал донесшийся из динамиков негромкий смех, Рэй смеялся в первый раз после нашего возвращения на "Иглу". А я наверно в первый раз отчётливо почувствовал, в каком двояком положении он сейчас находится. Я уже было хотел извиниться перед ним, но не стал, он ведь и так лучше других знает и понимает меня, за не такое уж большое время (по меркам "Иглы") он стал для меня даже больше, чем просто другом.
– Иди, Вик, отдыхай, вахта на мне, я ведь сейчас не устаю. Будь в каюте, если что-то случится, я тебя подниму.
– Где же мне ещё спать, как не в каюте, не в столовой же, - улыбнулся я.
Через десять часов, основательно отдохнувший, я вернулся в рубку. Третья планета Золотистой была уже неподалёку. Корабль уже погасил основную скорость и сейчас приближался к ней со скоростью космического пешехода, всего лишь несколько десятков километров в секунду, по сравнению с релятивистскими межзвёздными скоростями это сущая ерунда.
Планета плыла на фоне космической черноты огромным драгоценным камнем. Окутанная белыми шлейфами и спиралями облаков, между которыми отчётливо просматривалась синева морей и океанов, зелёный, коричневый, жёлтый и белый цвета материков. Планета была живой и красивой той красотой, какой красивы живые планеты. Несколько минут я молча любовался раскинувшейся передо мной картиной и только потом позвал Рэя, который сразу же появился на экране в своём мальчишеском облике:
– Здравствуй, капитан.
– Здравствуй, Рэй. Какие новости?
– Смотри сам, - сказал он, и на боковом экране начало быстро увеличиваться изображение, на котором через несколько секунд стали отчетливо видны довольно крупные искусственные сооружения. - Это спутники, висящие, по отношению к планете, на стационарной орбите. Масса каждого из этих объектов превышает сотню тонн.
– Неплохо, - прокомментировал я, - это означает то, что местная цивилизация отстает от нашей никак не больше, чем на четыреста лет… Каково, по твоему мнению, назначение этих спутников?
– Скорее всего, они многофункциональны. Трудно судить по такому короткому отрезку времени. Точно я смог установить лишь то, что в частности они используются для ретрансляции радио и телевизионных передач.
– Ты сумел перехватить эти передачи?
– Разумеется, я и сейчас непрерывно фиксирую их.
– Расшифровал?
– Только частично. Передачи ведутся в цифровой системе, по троичной логике. Перевести их в наши стандарты не составило для меня труда, но вот овладеть местными языками я ещё не успел, информации всё ещё мало, но она поступает непрерывно, думаю, что в течение нескольких часов, я должен с этим справиться окончательно.
– Покажи мне те передачи, которые ты уже расшифровал.
– Для тебя их слишком много, поэтому делаю выборку. Игровые и бессмысленные передачи сразу же отбрасываю, оставляю лишь те, которые несут тот смысл, который может тебя заинтересовать.
Я устроился в капитанском кресле, лишь с трудом подавив в себе желание забраться на него с ногами, эту мою внезапно проснувшуюся мальчишескую привычку, и начал внимательно смотреть на экран.
Первый эпизод: Девственный лес, по-видимому, средней полосы. Большие деревья, во многом похожие на земные, но в то же самое время необычные и уникальные. Между деревьями летают и щебечут незнакомые мне птицы. В голубом небе, среди редких кучевых облаков, сверкает Золотистая, солнце этой планеты, которое ни за что не отличить от земного Солнца. Землю покрывает сплошной ковёр сочной тёмно-зелёной травы, такой мягкой и шелковистой на взгляд. Всё это создаёт умиротворённое настроение, и мне невольно хочется оказаться сейчас в этом самом месте. Конечно, этой картинке ещё очень далеко до той, которую передают стереоголографические экраны, но реальность она передаёт уже довольно точно и подробно.
Эпизод второй: Тесное и мрачное помещение в котором сидит множество людей: мужчины и женщины, дети и старики. Эти люди похожи на землян, даже очень похожи, точно такие же фигуры, лица. Разве что только необычный для землян пепельно-серый цвет глаз и волос, точно такой же оттенок кожи. Их одежда на первый взгляд выглядит весьма странно. Но одежда - ерунда, в своё время на Земле мода выдумывала и не такое. Я слышу их голоса, чужая речь звучит более плавно и мелодично, чем земная, но я совершенно ничего не понимаю, ни единого звука, а не то, что слова или фразы. Это естественно, эта речь не имеет никаких аналогов в земной истории, да и откуда ей их иметь, ведь это же совершенно чужая цивилизация, хотя её и создали люди, так похожие на землян.
– Что они делают? - спрашиваю я у Рэя.
– Похоже, что прячутся. Посмотри ещё несколько фрагментов.
Следующий эпизод показался мне похожим на сводку новостей из истории Земли. Сначала выступает с трибуны какой-то пожилой, полностью седой мужчина, он читает свою речь, то и дело заглядывая в бумажку. Из этой речи я не могу понять ни слова, но ощущаю передающееся мне от него возбуждение. Потом показывают колонны людей, одетых во всё одинаковое, похоже, что форму. На груди у них висят весьма странные аппараты, которые, по моему мнению, не могут быть ничем иным, как оружием. Это изображение быстро сменяется другим: Стартуют ракеты, весьма примитивные, на химическом топливе, но огромные по размерам. Они выводят на орбиты довольно странные беспилотные спутники, тоже скорее всего военного назначения. Потом на экране появляется карта планеты, на которой острова и материки закрашены в два цвета: зелёный и жёлтый.
– Что это значит, Рэй? - спросил я, хотя и сам уже прекрасно знал ответ на собственный вопрос.
– Пока я ещё не расшифровал язык, но, по-моему, всё это может значить только одно, на планете готовятся к войне, к большой всеобщей войне.
– Но ведь это же абсолютно безумно, Рэй, такая высокоразвитая цивилизация просто не сможет уцелеть в большой войне.
– Я это знаю не хуже тебя, но вот знают ли они сами, что находятся на пороге гибели?
Глава восьмая: У конца мира
Часа через три Рэй сумел расшифровать один из самых распространенных на Лате (так местные жители называли свою планету) языков и заявил, что расшифровка остальных уже не отнимет много времени. Знание языка сразу же сделало понятным многое, но конечно не всё и не во всём.
Я решил не терять времени даром и тут же занялся изучением языков, разведчику без них просто-напросто не обойтись. Обучать языкам меня взялся Рэй и заверил, что на изучение основных языков Латы у меня уйдет не более десяти часов корабельного времени. Он же за это время сумеет изучить планету настолько, что сумеет не только оценить обстановку на ней, но и дать достаточно надёжный прогноз развития ситуации. И я вновь погрузился в иллюзорный мир, который впрочем, отличался от реальной "Иглы" только тем, что там присутствовал Рэй в человеческом облике, что было для меня особенно приятно, хотя он и выступал сейчас в роли учителя. Но обучался я не только в этом мире, а так же в специально построенном Рэем пространстве языковых конструкций, которое позволило освоить языки намного быстрее, чем традиционные методы обучения. В сжатом времени иллюзорного мира прошли недели, и я уже вполне прилично, практически без акцента говорил на всех основных языках Латы. Конечно, можно было изучать их и дальше, доводя знание до совершенства, но я решил, что того, что я уже выучил, пока достаточно и вышел из иллюзорного мира в реальный.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
