— Вы и так достаточно сделали! Я предупреждала, что вы погубите ее! Посмотрите, к чему привело ваше упрямство!
— Я люблю ее!
— Вы любите только себя! Свой эгоизм! И не говорите, что это не так!
«Мама, это тебя не касается!» — в ответ снова тишина. Эти двое не замечают меня.
— Я сделаю все, чтобы она не…
— Чтобы она что? — вскрикивает мама, — не умерла? Вы не слышали доктора? Ее травмы? Думаете, это все шутки? И что будет, когда она очнется? Кем она очнется? Уверены, что собой?
— Я в любом случае буду рядом! — рычит Дэймон
— Рядом буду я! А где были вы, когда это требовалось? Где были вы, мистер Рэй? Почему не остановили этого подонка?
Дэймон не отвечает. Снова голос мамы.
— Вот именно! Шансы, что она вернется к полноценной жизни — ничтожно малы. Ваша любовь не выдержит это.
— Не говорите то, о чем не знаете!
— Про любовь я знаю достаточно, мистер Рэй. Она не любит жертв, а таких, какую принесла Мия и подавно!
Что со мной? О каких жертвах говорит мама? Что с моим телом? Как бы я хотела знать это! Почему мне перестало быть больно? Хотелось бы думать, что так действуют обезболивающие…я ведь в клинике. Да?
Пытаюсь собрать обрывки происходящего в единую картину.
Я устроила аварию, пытаясь спастись от Йена. Хотела избежать мучительного позора и конца, который он приготовил для меня. И это привело к ужасающим последствиям. Судя по всему, Йен не выжил, а со мной творится что-то невообразимо ужасное. Да чтоб тебя! Голос мамы снова выдергивает меня из тишины.
— Если вы любите ее так, как говорите, мистер Рэй, то исчезнете! Навсегда! Будто вас никогда и не было!
— Вы в своем уме! — Дэймон на грани.
— Я предупреждаю вас!
— Нет!
— Это ваша вина!!!! — слышу звонкий удар. Что это? Пощечина? Мама ударила Дэймона? Что происходит?
Я опираюсь о борт лодки, тянусь в сторону берега. Мне нужно видеть все своими глазами! Я не верю слуху. Лодка опасно кренится, и я едва удерживаюсь, чтобы не перевернуться и не упасть в воду.
— Что это? — в голосе мамы тревога. Туман слегка рассеивается, и я вижу ее силуэт у самого берега. Она смотрит в мою сторону.
«Я здесь!» — я отчаянно кричу и машу руками, но она не слышит меня.
— Что с ее показателями? Взгляни на экран! Позовите врача! Скорее!
Лодку отбрасывает волной, уносит дальше от берега.
— Дефибриллятор!
Туман сгущается. Заволакивает мое сознание. На меня обрушивается тяжелая липкая пустота. Вокруг все исчезает.
Из небытия меня выдергивает осознание жгучей боли в груди.
— Разряд! Есть пульс!
Я лежу на спине на дне лодки, широко раскинув руки, и всматриваюсь в серую высь. Что это? Небо? Не понимаю. Вокруг по-прежнему все затянуто туманом. Закрываю глаза, сворачиваюсь в клубок и просто отключаюсь от собственных мыслей.
Слабое, едва слышное эхо заставляет меня нехотя сесть и обернуться в сторону берега. Теперь он настолько далеко от меня, что я едва могу слышать раздающиеся оттуда звуки. Они стелятся над водой и долетает до моего слуха отголосками тихого шепота.
— Мия, пожалуйста… не оставляй меня. Мне так много надо тебе сказать, — узнаю голос Дэймона, и слезы сами собой катятся из глаз. Как я хочу к нему! Невыносимо! Мне хочется дотронуться до него, прижаться, обнять. В нем мое спасение. Но вместо этого, я просто слушаю, о чем он говорит.
— Доктор говорит, что возможно, ты можешь слышать нас… Хотел бы я верить, что это действительно так! Боже…
Повисает пауза
«Не молчи, Дэймон! Умоляю!»
Словно внемля моим мольбам, он снова говорит.
— Твоя мать… знаешь… черт… — он что, плачет?
«Не надо, Дэймон…»
— Мия, прежде чем я… прежде чем я сделаю то, что просит твоя мать… я должен рассказать тебе! Даже если ты ничего этого не слышишь, я все же не хочу, чтобы ты запомнила меня чудовищем.
«Я не считаю тебе чудовищем! Я люблю тебя»
Дэймон вздыхает. Сколько боли в его голосе… Как я хочу заглянуть в его глаза.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Я знаю, что Йен сказал тебе, будто это я убил Клэр… я просмотрел камеры с твоего кабинета…и это наглая гнусная ложь… Надеюсь, что ты не поверила ему, потому что именно он — причина всех бед. То, что стало с нашими жизнями, только его заслуга. Я хочу, чтобы ты выслушала меня…даже, если мои слова исчезнут в пустоте. Мне нужна эта правда, иначе я не смогу жить, зная, что не попытался ее рассказать.
Внезапно ощущаю легкое теплое дуновение на своей коже. Словно неуловимое касание ветра… Поднимаю ладонь к лицу. Неужели я чувствую его? Он дотрагивается до моей руки! Сжимаю пальцы, но тщетно. Не могу уловить это невесомое касание. Невозможно!
— Ты мой ангел, родная… моя жизнь, — мне больно слышать горечь в его голосе. Он страдает! И я не в силах это исправить!
— Я говорил, что тебя не заслуживаю. Это так! Я делал столько всякого дерьма в жизни! То, что я не рассказывал тебе подробности своих прошлых достижений — это просто потому, что я боялся, что ты отвернешься от меня. Йен… мы ненавидели друг друга еще задолго до тебя. Ты ведь не поверила ему? Надеюсь, что это так. Ты всегда видела во мне только лучшие мои черты!? И я старался не разочаровать тебя, хоть у меня это все равно вышло хреново! Но в одном я точно не виноват! В том, что произошло с Клэр! Она была сумасшедшей, Мия. У неё был параноидальный психоз. Она была на сильнейших таблетках. Я не знал об этом тогда, клянусь! Клэр действительно была невестой Йена. Но не я разрушил их предстоящий союз. Она была девочкой сиротой, едва сводила концы с концами и чудом попала на стажировку в Сити. Там ее и заметил мой брат. Когда я вернулся в Сити, она уже была его помощницей. Но это повышение было не следствием ее способностей или таланта. Просто однажды ей «посчастливилось» переспать с Йеном. После этого он зациклился на ней, «душил», не отпускал, просто помешался на ней, а когда она захотела уйти, то пригрозил уволить ее, и сделать так, что она больше никогда и никуда не смогла бы устроиться.
«Но ведь он говорил, что любит ее и она его тоже» — Дэймон словно читает мои мысли
— Может, он и вправду любил ее, я не знаю, но она явно не отвечала ему взаимностью… И выйти замуж она согласилась за него только потому, что другого выбора не было! Кто мог помочь ей? Она была совершенно одна, за исключением Микаэллы! Такой же наивной девчонки, которая на тот момент была занята своими проблемами! Кому какое дело до простой сироты из трущоб? Клэр испугалась и пришла за помощью ко мне! Она появилась на пороге моей квартиры посреди ночи, пьяная и совершенно разбитая. Она умоляла поговорить с Йеном, спасти ее от него. И единственное, в чем я действительно виноват, о чем сожалею до сих пор, это то, что я не отказался от ее бредовой идеи. Она сделала наши снимки вместе в ту ночь, и сама послала их Йену!! Она думала, что если Йен ненавидит меня, то за такое предательство возненавидит и ее тоже, и отпустит, даст ей свободу. ДА! Я ТРАХНУЛ ее! Я переспал с ней! И мне было все равно, что будет с ней или с Йеном дальше!
В этом моя вина, мое преступление. Я не мог сказать тебе об этом в глаза. Слишком труслив, и как уже говорил, эгоистичен. Я боялся, что ты оставишь меня.
После той ночи я не видел Клэр! Ни единого раза, клянусь! Она не вышла на работу на следующий день, и через день, и через неделю.
А потом… В тот день она снова пришла ко мне САМА! Я открыл ей и даже подумать не мог, чем это все обернется. Она плакала, кричала, что Йен убьет ее. Говорила, что не может больше так жить. Я пытался ее успокоить, но мне показалось, что она просто не в себе. Я оставил ее всего на минуту! Всего на одну чертову минуту, пока пошел налить ей воды! Этого было достаточно. Я вернулся — она уже стояла за окном и смотрела вниз. Я ничем не мог ей помочь. Каждый раз я вижу этот ее взгляд, то, как она посмотрела на меня за секунду до прыжка. Пустота, безразличие, отчаянье!
