Джулианна передернулась, не в силах скрыть свое отвращение.
— И тогда, ублюдок вознамерился уничтожить всех нас, хотя я долго этого не понимал. Чаллонер, Андерхилл, Херст, а теперь я. Но ему не победить меня, уж я об этом позабочусь.
— Что вы имеете в виду? — дрожащим голосом спросила Джулианна.
— Когда я получу деньги, я его убью.
Она вздрогнула.
— Я уже выбрал место для его могилы. — Он придвинулся еще ближе, навис над Джулианной и схватил ее твердыми пальцами за подбородок. — А если вы не будете осторожны, — прошипел он с ледяной улыбкой, — расправлюсь и с вами.
Она с трудом подавила поднимавшееся к горлу рыдание.
— Я принесу дров, — заявил Мидлтон, наклонился и взял веревку, которой связывал Джулианну. — Заодно напою и накормлю лошадей, — пробормотал он себе под нос, приближаясь к ней.
Джулианна напряглась. Когда он привязывал ее к стулу, оставляя одну и совершенно беспомощную, она едва не начала его просить, чтобы он не делал этого, но удержалась, зная, что мольбы приведут только к одному — он будет еще больше наслаждаться процессом издевательства. Закусив губу, она сидела молча, пока Мидлтон привязал к подлокотнику одну ее руку, дважды обмотал веревку вокруг тела и привязал вторую руку к противоположному подлокотнику.
Потом он убрал со стола все столовые приборы и положил их так, чтобы она до них не дотянулась. Накинув на плечи пальто, он, не сказав больше ни слова, вышел из дома.
Младенец лягнулся в животе ножкой, словно протестуя.
— Я понимаю, мой маленький, — пробормотала Джулианна, пытаясь успокоить не только ребенка, но и себя. — Потерпи!
Стремясь хоть немного расслабиться, она откинулась на спинку стула и подергала веревки в маловероятной надежде, что они подадутся хоть на миллиметр. Сердце ее дважды подскочило, потому что путы шевельнулись, пусть совсем чуть-чуть. Чтобы убедиться, что это не отчаяние заставляет ее воображать ерунду, Джулианна снова потянула и на этот раз точно убедилась, что веревка шевелится.
Натягивая путы, она не обращала внимания на боль, которую причиняли веревки, впиваясь в ее тело, и трудилась изо всех сил, чтобы их ослабить. Они начали провисать, но недостаточно, чтобы вытащить руку. Поняв, что другого выхода нет, Джулианна стиснула зубы и сосредоточилась на правой руке, пытаясь выдернуть ее из петли.
Грубая пенька врезалась в нежную плоть. Боль пронзила руку и стала почти невыносимой, потому что веревка срезала верхний слой кожи. Зажмурившись, Джулианна очень сильно дернула в последний раз, понимая, что долго этих мук не выдержит.
Рука оказалась на свободе.
Не обращая внимания на кровоточащее запястье, она, не теряя времени, размотала веревку на теле, лихорадочно дергая узел, удерживающий ее на месте. С трудом поднявшись на ноги, она поспешила к двери, потянулась к ручке, но вовремя остановилась. Вернувшись, кокну, она проверила, не видно ли там Мидлтона, кинулась к двери, распахнула ее, выскочила из дома и помчалась через двор так быстро, как только могла.
Джулианна не успела уйти далеко — ее пронзила боль, заставив остановиться. Тяжело дыша, она наклонилась вперед, обхватив руками свой огромный живот. Почти мгновенно боль начала утихать, но это напомнило Джулианне, что в ее положении нельзя слишком сильно напрягаться, чтобы не повредить себе или ребенку.
Она уже хотела пойти дальше, как вдруг невдалеке услышала конский топот.
«Неужели кто-то сюда едет? О Боже, пусть они остановятся и помогут мне! Пусть это будет Рейф!»
Через несколько мгновений она увидела, как знакомый темноволосый всадник вывернул на узкую проселочную дорогу.
Это он!
Сердце заколотилось быстро-быстро, слезы радости обожгли глаза. Рядом с Рейфом скакал Итан Андертон, и оба они галопом приближались к ней.
Джулианна встретилась взглядом с Рейфом и увидела облегчение в его зеленых глазах. Улыбаясь, она сделала несколько шагов вперед.
Внезапно выражение его лица изменилось, черты исказились тревогой. Он открыл рот и что-то прокричал, но коварный мартовский ветер отнес его слова в сторону. Нахмурившись, Джулианна пыталась понять, мгновением позже, догадавшись, что он хотел ей сказать.
Она повернулась и метнулась в сторону, но чужая неумолимая рука обхватила ее за талию, крепко сжав. Джулианна изо всех сил пыталась вырваться, но Сент-Джордж держал крепко, сжимая так, что живот пронзило болью.
— Сделаю еще больнее, если не будешь стоять смирно, — предупредил он угрожающе.
Боясь, что он навредит ребенку, Джулианна перестала сопротивляться.
— Отпусти ее, Сент-Джордж! — крикнул Рейф. Они с Итаном остановили своих коней в нескольких футах. Рейф хотел спрыгнуть на землю, но слова Мидлтона заставили его замереть.
—Оставайся там, где ты есть, Пендрагон, — произнес виконт. — И не смей подходить ближе, если хочешь, чтобы она осталась в живых.
Что-то щелкнуло около уха, и в висок уперся холодный ствол пистолета. Джулианна задрожала и зажмурилась, пытаясь не закричать. Через мгновение она осмелилась снова приоткрыть глаза.
— Ты меня достаточно хорошо знаешь, чтобы понять — я выстрелю, — сказал Мидлтон. — Ты же этого не хочешь, правда?
Рейф покачал головой:
— Нет. Просто скажи, чего тебе нужно.
— Ты же получил мою записку, значит, знаешь мои требования. Двадцать тысяч фунтов и дневники. Отдай прямо сейчас.
— Отдам, как только ты отпустишь Джулианну.
Мидлтон надавил сильнее.
— Ни за что, пока не получу деньги и дневники. Ты все привез, так?
— Разумеется, как ты написал.
— Покажи.
Рейф покачал головой:
— Извини, но у меня нет оснований доверять тебе, Сент-Джордж. Я подумал, что предосторожность не помешает, так что по дороге остановился и закопал и деньги, и тетрадки.
Виконт раздраженно замер:
— Где?
— Недалеко. Отпусти Джулианну, и я тебе покажу. Можешь взять с собой пистолет, если хочешь.
Прошло несколько долгих минут. Мидлтон взвешивал свои шансы.
— Ты. — Он на мгновение отвел пистолет от ее виска и ткнул им в сторону Итана. — Слезай с коня. Но сначала отдай мне свое оружие. Ты тоже, Пендрагон. Распахните сюртуки, чтобы я видел, что там спрятано.
Итан посмотрел на Рейфа:
— Ты уверен?
— Делай, как он велит, — сказал Рейф. — У нас нет выбора.
— Вот это правильно, — одобрил Мидлтон. — Выбора у вас действительно нет, разве что Пендрагон предпочтет остаться вдовцом.
Оба друга медленно вытащили из карманов пистолеты, расстегнули сюртуки, под которыми было еще по паре пистолетов на каждого.
