Я прикрыл глаза, вспоминая Эмили в первые дни работы: обтягивающие юбки, короткие платья, шикарные костюмы с глубоким вырезом и слишком много сарказма вперемешку с презрением в голосе. Тогда я даже не мог представить, что такая девушка, как она, будет млеть от моих поцелуев, лежа в моих объятиях. Сейчас всё стало обыденно: я мог в любой момент коснуться её, прижать к себе, видеть в моей футболке с моей фамилией на спине.
- Она понимала это, - продолжил я, глупо улыбаясь, - и, устав от моих вечных подкатов, за которые я бы сейчас хорошенько врезал себе по морде, Эмили переспала со мной в надежде на то, что я поставлю галочку напротив её имени, всё прекратится, мы станем просто напарниками. Вот только обычно я выставлял девушек сразу же после того, как просыпался на следующее утро и больше никогда не видел, а тут я смотрел на неё каждый день. В какой-то момент мне захотелось больше. Ей тоже. Но Эмили создала для нас правило, что она никогда не окажется со мной в одной постели.
Каждый раз, при воспоминании её гордо вздёрнутого подбородка и звенящих слов «я никогда не окажусь в твоей постели», я чувствовал себя самым счастливым человеком на Земле, потому что это всё же случилось. Однако вместе с этим пропал всякий экстрим: больше не было секса в примерочной магазина или оральных ласк в кинотеатре. Всё стало… обыденно.
- Как видишь, в итоге всё же оказалась, - тихо рассмеявшись, закончил рассказ я, разводя руками.
Морган выглядела так, словно я только что открыл ей мировой заговор. На переносице появилась небольшая складка, а взгляд направлен куда-то вниз.
- Ты изменился ради неё, а что сделала она? – неожиданно спросила девушка, и я с трудом заставил сделать себя следующий шаг. Как хорошо, что Морган не до такой степени умела читать эмоции по движению мышц на лице, иначе я бы с треском провалился.
- Она разглядела в моей маске ублюдка настоящего меня и не бросила во время трудностей, - сказал правду я, вспоминая то, как Эмили в тайне от меня, пока я был на боях, подрабатывала в моём первом ресторане, когда бизнес едва не прогорел. Я даже не знал про это до тех пор, пока один из поваров не проболтался. Конечно, тогда я не сказал ей ни слова, не думаю, что она даже сейчас догадывается о том, что я знаю о её помощи.
С первым рестораном вообще было много трудностей.
В какой-то момент бизнес практически прогорел, я почти опустил руки, но именно Эмили протянула мне руку, чтобы помочь подняться. Она вообще очень часто помогала мне подняться.
И, быть может, она не сильно изменилась ради меня, но это не было нужно.
Эмили просто была Эмили.
А для меня это было самым главным.
Это было именно тем, за что стоило бороться.
Мы подошли к дому, в котором жила Морган, и я повернул голову, чтобы взглянуть на неё.
После моего рассказа она выглядела очень задумчиво, явно размышляя над сказанными мною словами.
- Всё хорошо? – уточнил я, не понимая причины такого её настроения.
Морган неопределённо пожала плечами и посмотрела мне в глаза.
Прежде, чем я успел что-либо понять, она сократила между нами расстояние и потянула одной рукой меня за шею вниз.
Её губы были тёплыми, мягкими и узкими.
Совершенно не те губы.
Я стоял, как истукан, даже не зная, что предпринять.
Конечно же я должен был её оттолкнуть.
Но я был до такой степени удивлён её поступком, что просто застыл.
- Мне очень жаль, что я не знала тебя настоящего, - прошептала Морган мне в самые губы, немного отстраняясь. Я чувствовал её тёплое дыхание у себя на губах.
Сказав это, она исчезла за дверью многоквартирного дома, а я ещё некоторое время смотрел на закрытую дверь.
И как я должен на это реагировать?
Я точно знал только одно: Эмили совершенно никаким образом не должна про это узнать.
Конечно я знал, что она ничего не сделает Морган в открытую, но Эмили Эндрюс была настоящим мастером по части мести.
Телефон в кармане ожил, издав тихий писк входящего сообщения, и я, достав его, взглянул на дисплей.
Сообщение с неизвестного номера гласило: «Ты запросто сможешь убить человека»
***
Я стоял, прислонившись спиной к своей машине, скрестив руки на груди, то и дело поглядывал на часы.
Эмили должны были отпустить ещё полчаса назад.
Уже порядком замёрзнув, я собирался вернуться в машину и включить климат-контроль, чтобы согреться, и именно в этот момент ворота издали тихий писк и бесшумно отодвинулись в сторону.
В образовавшемся проёме возник силуэт Эмили в том самом кожаном платье, в котором я видел её, когда она уходила из участка.
И на какую-то секунду я застыл на месте, мои ноги как будто приросли к земле, когда я увидел расплывающуюся на её лице улыбку при виде меня. Эмили, даже не поворачивая головы, что-то сказала охраннику, стоящему позади неё, а затем резко сорвалась с места и в туфлях с огромными шпильками побежала ко мне по неровной дорожке, а её золотисто-платиновые волосы беспощадно трепал ветер.
Клянусь, это было самое красивое, что я вообще когда-либо видел в жизни.
Хотя, с Эмили нельзя быть уверенным в чём-то на сто процентов.
Я сделал пару шагов в её сторону, раскрывая свои руки для объятий, и она влетела в меня, обнимая меня руками и ногами, а я придержал её за бедра.
- Я дома, - прошептала она мне в изгиб шеи, и я задрожал всем телом.
Я должен был рассказать ей про поцелуй с Морган. Возможно, даже признать, что какой-то совсем маленькой частичке меня это понравилось. Но как я мог признаться в этом ей, если не мог осознать это сам?
Сейчас я списывал эти чувства по отношению к поцелую с Морган на то, что я давно не видел Эмили.
Однако, это была ложь, ведь я под видом адвоката Эмили пробрался в тюрьму.
- Как ты? – тихо спросил я, целуя её в висок.
В данный момент говорить о Морган совершенно не хотелось, потому что всё, что мне сейчас надо – Эмили.
- Ужасно соскучилась, - прошептала Эмили и потёрлась носом об мою шею. – И хочу в нормальный душ.
Она расцепила ноги, которыми обнимала меня за талию, и я помог ей встать на землю. Эмили тут же взяла моё лицо в свои руки.
- Ты такой замученный, - прошептала она, взамен типичного вопроса «как ты?», потому что знала, насколько он меня бесит. Всё же она знала меня слишком хорошо. – Я могу как-то помочь?
Я выдавил из себя улыбку и отрицательно покачал головой, а затем поцеловал в щёку.
У меня просто не хватило смелости признать, что всю эту ночь я не мог уснуть из-за того, что прокручивал слова и действия Морган в своей голове.
И меня бесило это.
Я осознавал, что не должен был вообще придавать случившемуся хотя бы какое-то значение. Но я не мог.
Морган была… такой милой, совершенно не похожей на Эмили. Они были словно двумя противоположностями. И я выбрал Эмили.
Если я расскажу ей про Морган – это убьёт её.
А я поклялся, что с ней ничего не случится.
Да, может быть, если я расскажу ей, что сделала Морган и попытаюсь перевести всё в шутку, она не подаст вида, всё будет хорошо. Тем не менее, её сердце всё равно будет разбито. Я не оттолкнул Морган, хотя должен был сделать это в первую очередь.
- Всё в порядке, Эмили, - заверил её я, когда она мягко провела большим пальцем по моей скуле с уже практически сошедшим синяком.
- Можешь говорить так кому угодно, но меня ты не обманешь, - мягко сказала она, поднимаясь на носки и целуя меня в подбородок. – Давай сегодня просто побудем вдвоём?
Я улыбнулся и кивнул головой, приобнял Эмили за талию и проводил до пассажирской двери машины.
Быстро сев за руль, я завёл мотор.
- Посмотри в бардачке, - попросил я Эмили, и она послушно выполнила мою просьбу.
Ещё перед выездом положил туда её противозачаточные таблетки и бутылку воды. В тот раз я отказал ей, но теперь собирался это исправить.
