поведения «усталых» рабочих, каждый из которых говорит, что «больше не думает ясно», тут же воображая «несправедливость… враждебные отношения», впадая в извращенный аффектированный «гнев» или в «депрессию»1544. Об этом же пишет Моррис Вайтельс в 1932 году в работе об «усталых» бизнесменах, становящихся «семейными тиранами», мучающих окружающих, нарушающих «социальное благополучие»1545. Различия между господином и подчиненным, наверное, достаточно тонки, некоторые из них представляют собой патологию превосходства, другие – патологию подчинения; тем не менее атака всегда более «синтетична» в обоих случаях, когда меняются местами способы понимания и необходимость исследовать. Образ «усталого» человека стал глобальным. Крепнет уверенность в том, что чем разнообразнее физическое воздействие, тем глубже его влияние. Будучи «интегральным» явлением, утомление рассматривается как «проникающее» все глубже в человека. Путь от органического к ментальному становится все более разнообразным. Чрезмерные усилия оказывают огромное влияние на сознание и разрушают его.
«Промышленная усталость»
В 1920‐х и 1930‐х годах, пока в Гарвардской медицинской школе не начали готовить специалистов, получавших «диплом по промышленной медицине»1546, а во Франции – «диплом по промышленной гигиене и медицине труда»1547 – это произошло соответственно в 1918‐м и в 1933 году, – углубленно изучался сам труд. Обновилась теория; Чарльз Майерс, например, выдвигает в высшей степени замечательную версию, различая два типа утомляющих тело ситуаций: когда сводит судорогой мышцы и когда человеку приходится находиться в неудобной позе. Первый тип – «клонический», судорожный, второй – «тонический», связанный с тонусом мышц. Первый дает о себе знать с самого начала, он связан с любым усилием, второй же проявляется не сразу, он приглушен, неявен и глубок. Этот тип усталости связан с ситуациями контроля, с долгим пребыванием в одной и той же позе, что вызывает судороги, заставляет делать одни и те же жесты, с «торможением»1548 – для лучшей блокировки бесполезных движений или «нежелательных импульсов»1549; этот тип усталости напрягает и раздражает. Продолжительные помехи, нарушение тонуса, который сам представляет собой «фактор порядка и равновесия»1550, приводят к тому, что этот тип сближается с психологическим. Этот тип усталости присутствует в том числе на заводах, где физическая сила человека дополняется машиной и где постепенно исчезает ручной труд. Отсюда такой акцент на «глобальном» и его последствиях.
Без сомнения, этот факт не нов. Пример тому – детский труд, имевший место веком ранее: долгие паузы, одни и те же скованные движения, наблюдение за механизмами, исключающее какое-либо конкретное усилие. Новизна здесь в определении симптомов, в уделении внимания психологии, в обнаружении нарушения в поведении, а также в интересе к новым причинно-следственным связям: если будет затронут тонус, возникнут проблемы с контролем, снизится интенсивность труда, появятся мышечные «трещины» и сопровождающие их беспокойство и страх. Повторим: движение идет от физического к ментальному. За этим следуют «навязчивые идеи и в конце концов тревожные и невротические состояния»1551, что само по себе усиливает утомление; между «усталостью и психоневрозом» возникает явная и прочная связь1552. Таким образом, определяется беспрецедентное понятие «производственной усталости»1553, предложенное Чарльзом Майерсом и исследователями из Industrial Fatigue Researh Board: уныние вследствие физических и психологических проблем, вызывающее слабость и тревогу, дискомфорт и вялость, при этом никакие мышечные усилия в расчет не принимаются априори. Эта логика основана на навязчивых, бесконечных повторах: незаметно начинается труднопреодолимая деградация личности. Как следствие – столь же новое понятие неустранимой «остаточной усталости»:
Восстановления, которое дает дневной или ночной отдых, не хватает. <…> Поскольку энергетические резервы не восполняются, накапливается остаток общих вредных влияний работы как для организма, так и для психики; понятие остаточной усталости в настоящее время представляется наиболее важным для изучения механизации1554.
В иной форме, более острой и глубокой, совершенно переосмысленной, встречается здесь «угасание», уже упоминавшееся при рассмотрении вопросов, связанных с детским трудом в середине XIX века1555. Нельзя забывать также о психологической стороне внутренних расстройств, опасений, страха1556, «долгосрочной»1557 усталости, придающей новое звучание исследованиям.
Пересмотр условий труда
Обостряется внимание к изнурению, дискомфорту, судорогам, даже к боли, к тому, как они возникли; поле исследований расширяется. Интерес растет, фокусируется на условиях, пространстве, времени, местах работы. Нельзя сказать, что окружающая среда была забыта. При анализе различных профессий на ее несовершенства давно обращалось внимание: опасные почвы, вредные проникающие частицы, сырые помещения, непригодный для дыхания воздух. Самый большой риск представляли галереи шахт, работа в них вызывала профессиональные заболевания: от пневмонии до чахотки, от кровохарканья до грыжи, от варикозного расширения вен до проблем с кровяной «вязкостью»1558.
Теперь, в межвоенный период, именно окружающая среда считается возможным источником не только конкретных болезней, вызываемых миазмами, вредными частицами, сухостью или влажностью рабочих помещений, но и глобальной усталости. Это важнейшее изменение подчеркивает растущее значение самой усталости, условия, происхождение и особенности которой становятся все более дифференцированными. Растет и значение условий труда: «Отопление, освещение, вентиляция влияют на ощущения физического комфорта, на душевное состояние рабочего и на процесс его утомления»1559. Исследования ширятся, констатируемые факты становятся все разнообразнее, и речь не только о «конвейере» Генри Форда, который в 1910‐х годах пришел «к рабочему»1560, чтобы облегчить ему выполнение задач, к тому же Форд был заинтересован не столько в том, чтобы его рабочие меньше уставали, сколько в скорости производства. Жан-Морис Лаи в 1927 году подробно описал «влияние освещения на производительность труда»1561, эффективность освещения производственных помещений не вызывает сомнений, но слишком яркий свет утомляет, и тут появляются диффузоры «Ильрин», призванные давать «мягкий свет, не утомляющий зрение»1562. В 1934 году Дональд Лэрд измерил влияние шума «на артериальное давление и утомляемость»1563, и в результате началась успешная звукоизоляция цехов, стали использоваться прорезиненные опоры и мягкие звукопоглощающие покрытия стен. Наконец, надо сказать о воздухе. Не только содержащиеся в нем вредные вещества и примеси вызывают заболевания, но также имеет значение его температура и влажность: «Основной причиной усталости, по-видимому, является застой воздуха, что препятствует нормальному теплообмену между телом рабочего и окружающей средой»1564.
Обнаружение психической стороны
Еще более яркий пример новизны в 1920–1930‐х годах – офисы, «рабочая среда» в «непроизводственной» сфере, где усталость возникает от неподходящих инструментов и мебели. Реклама и торговля преследуют одну и ту же цель: сделать так, чтобы конторским служащим было удобно, чтобы перемещения по офису были сведены к минимуму и чтобы работники не
