— Показываешь знакомые лица? — улыбнулся Алекс.
— Память нельзя «стереть», можно только разрушить связи между устойчивыми паттернами. В каждом паттерне есть событие или впечатление, которое было настолько сильным, что привело к образованию целой системы образов. Это событие — ключ. Стоит вернуть его в активную память, паттерны начнут восстанавливаться сами собой.
— Она так важна для него? — Алекс посмотрел на голограмму улыбающейся Алисы.
— Настолько, что из всей своей жизни он сейчас помнит только ее. К счастью, Алиса связана с Бюро, а значит, первым начнет восстанавливаться нужный нам сегмент.
— Что ты собираешься делать с агентом после того, как он вспомнит нужные тебе сведения? Он ведь не станет твоим трояном в Бюро добровольно, — заметил Алекс максимально доброжелательным тоном. — Да и Крейнц не такой дурак, чтобы пустить парня в систему, после того как он побывал у тебя.
Дэйдра мгновение смотрела на него так, будто не могла понять — она ослышалась или Председатель TF действительно невероятный кретин? У которого недостаток мозгов компенсирован избыточной выработкой феромонов.
— Ты запомнил хоть что-нибудь из сказанного мной про технологию Brain Gate, которой мы здесь занимаемся?
— Ну, это какая-то штука, которая позволяет управлять любым интерфейсом исключительно силой мысли.
— Желанием, — Бэнши сверлила Алекса гневным взглядом. — Нейронным импульсом определенной частоты.
— Какая разница, — отмахнулся тот. — Я знаю, что ты гений, и полностью тебе доверяю.
— Ты хочешь смерти Громова или нет? — прервала Бэнши.
— Ну… да, — кивнул Алекс. — Но он же и так полностью у нас на крючке. Не вылезет из Эдена к седьмому декабря — вылетит из состава участников Олимпиады. ICA потребует его ареста, Фаворский сразу же выдаст ордер, и Синклеру придется отдать нам героя. А если Громов все же высунется из Эдена — тут же станет твоей послушной куклой, что вообще прекрасно. Сначала я получу патент на биософт, а потом размажу его в первой же игре так, что все это запомнят.
Хоффман довольно улыбнулся.
— Слушай, — он посмотрел на Роджера, — а почему ты не хочешь действовать старым проверенным способом?
— Внимательно слушаю тебя, Алекс, — ответила Дэйдра.
— Алиса Лиддел сейчас в следственном блоке Нью-Йоркского отделения упредительной полиции. Никто не хватится, если ее переведут в Либерию. То есть прямо сюда. Если девчонка так важна для него, — Алекс кивнул на Роджера, — он моментально вспомнит все, что ты хочешь узнать, как только услышит ее отчаянные вопли.
— Под принуждением он не станет делать того, что мне от него нужно, — мотнула головой Дэйдра. — Если она будет страдать, это только придаст ему сил для сопротивления. Нет, Алекс, он должен захотеть нам помогать…
NOW WOW! NOW WOW! NOW WOW! NOW WOW!
Странные дела творятся, дорогие обезьяне. Только что Яков Фаворский выступил в Медиа-центре Интерпола с заявлением. Он сказал, что его ведомство совместно с упредительной полицией начинает масштабное расследование в отношении деятельности Бюро информационной безопаности.
Любимая всеми нами упредилка подозревает Бюро ни много ни мало — в промышленном шпионаже! Якобы шеф Буллиган и его агенты использовали технические возможности своего ведомства, для того чтобы узнавать технологические секреты одних корпораций и передавать другим. Это довольно странное подозрение, потому как корпорации поделили сферы деятельности еще после войны. Даже если у корпорации Drinks есть секретная формула новой газировки — вряд ли она понадобится корпорации «Спарклз Кемикал», которая выпускает моющие средства. Одна корпорация — один вид товаров, понимаете, дорогие обезьяне? Какой промышленный шпионаж может быть в мире, где уже пятьдесят лет нет конкуренции? Бред какой-то… Но тем не менее упредительная полиция теперь может официально «наблюдать» за шефом Буллиганом и прочими лицами, которые подозреваются «в лояльности к Бюро». Это Отто Крейнц — главный технический эксперт Сети и… инспектор Идзуми, разоблачитель доктора Синклера.
Все трое поступили мудро — раз упредилка хочет наблюдать за ними на службе, самое время пойти в отпуск и уехать отдыхать. Соваться в их частную жизнь упредительная полиция, к счастью, пока не полномочна.
Мы вот тут подумали… Да, да, это не опечатка. Мы ПОДУМАЛИ. И связали кое-какие события между собой.
Хайтек-парламент больше не избирается прямым голосованием граждан через Сеть. Места в нем распределяются между представителями корпораций пропорционально их взносам в бюджет. То есть фактически — продаются с молотка. Кто больше положит в общественную кассу, тот и будет решать, как нам всем жить. После того как Алекс Хоффман купит Coal Corp — угольную корпорацию Ивановых, объединит ее со своей World Gas — парламент станет его личной канцелярией… Электросети, как стратегические объекты, уже давным-давно собственность хайтек-правительства, то есть читай — Торговой Федерации.
Что это значит для нас всех, дорогие обезьяне? А то, что, когда нам в очередной раз поднимут планку минимальных доходов, нам придется или согласиться работать больше, или попрощаться с хайтек-гражданством. Когда нам поднимут цены на топливные элементы для турбокаров — надо будет или согласиться, или ходить пешком. Когда нам в очередной раз увеличат количество часов обязательных общественных работ — опять-таки придется согласиться. Оно, конечно, здорово в выходной день пойти всей семьй строить фортификационные сооружения на границе с лотек-пространством… Мешать бетон, заливать формы, бесплатно класть коммуникации и применять свои знания на пользу обществу… Если думать в этом направлении, то очень скоро все будет как в романах Уинстона Роммеля, вроде «Утопии 21». Мы станем рабами, которые вкалывают день и ночь за небольшой продуктовый набор и место в тесной коробке, где можно переночевать. И даже за эту малость нам придется день и ночь благодарить великого и милосердного Владыку Ом… то есть Алекса Хоффмана.
Черт, нам все это не нравится, дорогие обезьяне. Ох как не нравится.
Подумаем о приятном. То есть об Олимпиаде… Мы очень надеемся, что Громова не дисквалифицируют, он победит. Если это произойдет — значит, Алекс пока не контролирует всех и вся в нашем лучшем из миров. Значит, государственная система еще не прогнила насквозь и в ней есть люди, которые сопротивляются злу. Вот как мы стали пафосно выражаться, дорогие обезьяне. Да.
* * *
Пять дней до Олимпиады:
2 декабря 2054 года, 11:23:53
Технопарк Эден
Бункер 2
Во втором бункере находился запасной передаточный шлюз со своим конвертером — для прямой связи Эдена с Бюро. Этот канал не выходил в общую Сеть. Буллиган называл его «домашней рацией».
— Есть! — Крейнц вывел на монитор картинку, которую передавал Рой из бункера Brain Gate.
Идзуми подался вперед.
С большим трудом, за два дня, Отто удалось найти частоту, которая была настолько близка к частотам, используемым Дэйдрой, что сигнал проскальзывал сквозь изоляционную завесу, которая блокировала все посторонние входящие и исходящие волны.
ID
Закрытый раздел: технопарк Эден
Подраздел: технопарк Эден как физический объект
Статья обновлена!
Технопарк Эден размещен в заброшенном комплексе для запуска межконтинентальных ракет и вывода на орбиту малых военных спутников.
Бункер 1 — бывшая пусковая ракетная шахта. В ней находятся нейрокапсулы для учеников и пульт управления системами жизнеобеспечения, под шахтой — хранилище дисков временной памяти, поддерживавших репликации учеников. Бункер 1 находится рядом с аэродромом, под авиационным ангаром.
Бункер 2 — бывший командный пункт. Расположен в пяти километрах от Бункера 1 под зданием тюрьмы. Главный компьютер Эдена физически находится в Бункере 2. Здесь же его системные диски и нейрокапсулы основателей Эдена, учеников Синклера.
— Вот гадство! — воскликнул инспектор, увидев Роджера внутри жидкостного шара. — Бедный парень. Что она с ним делает?
— Подключила к своему конвертеру и ждет, пока восстановится память, чтобы считать данные. Скорее всего, — предположил Крейнц.
— Надо ехать туда и требовать его выдачи!
— Как раз звоню Буллигану…
Крейнц дотронулся до своего биофона. Пока главный технический эксперт Сети докладывал Буллигану, что агент обнаружен, Идзуми подошел к монитору совсем близко и сказал:
— Держись, мы тебя вытащим…
Как будто Роджер мог его услышать.
— Формальный повод для визита в Brain Gate есть, — говорил Отто. — Мы можем окружить бункер и официально потребовать выдачи агента. Заодно получим все данные…
