– Алла Николаевна, пожалуйста, поскорее, все объяснения потом…
– Ну хорошо, – все еще недоумевая, произнесла Соколовская. – Сейчас поищу. Я вам перезвоню минут через пятнадцать.
– Нет, я подожду у телефона. Поищите.
– Хорошо, я быстро. – Соколовская положила трубку рядом с аппаратом, и я услышала тихий треск и какие-то помехи.
– Алло, Ирина. – Снова услышала я голос Аллы Николаевны. – Я нашла. Записывайте.
Я приготовила лист бумаги и ручку. Соколовская продиктовала мне адрес и телефон питомника, где они приобретали собак для охраны дома. Попрощавшись с Аллой Николаевной, я повесила трубку и позвала Володьку:
– Володечка, ты не обидишься, если я сейчас уеду?
– Куда? – удивился муж. – Это на ночь-то глядя… – Он посмотрел на часы.
– Я не одна, – бросила я и принялась набирать номер телефона Валерки Гурьева, а потом и Костика. После того как я договорилась с нашими ребятами, которые были весьма удивлены моим поздним звонком и необычной просьбой, отправилась одеваться.
Через двадцать минут я была полностью готова.
– Я буду тебе звонить, – на прощание сказал Володька и поцеловал меня в щеку. – Только будь осторожна.
– Обязательно, – заверила я мужа и выскочила из квартиры.
Костик с Валеркой уже ждали меня во дворе на «Волге» Шилова.
– У тебя опять какая-то идея? – посмотрел на меня Валерка, прикуривая сигарету.
– Вроде того, – кивнула я и обратилась к Костику: – Поехали, я все по пути объясню.
– Куда?
– В питомник. Вот адрес. – Я протянула Костику бумажку с записанным адресом.
Шилов завел двигатель и надавил на педаль газа.
Питомник располагался за городом километрах в тридцати. Пока мы ехали, я изложила свои мысли насчет собак Соколовской. Костик и Валерка одобрили мою идею.
– Между прочим, нам надо было с самого начала об этом подумать, – сказал Гурьев. – И почему эта идея не пришла в голову мне? – сокрушенно произнес он. – Всегда у нас Ирка обо всем догадывается…
– Я пока еще сама не знаю, что мы там будем искать, – проговорила я. – Но почти уверена, что все пути ведут именно в питомник. Никак иначе киллер не мог проникнуть на территорию двора Соколовских. Только если предположить, что собаки знали его и потому не тронули.
– А как же код замка и сигнализация? – спросил Костик.
– Пока не знаю, – пожала я плечами. – Вероятно, ему сообщили и код, и то, как отключить сигнализацию.
– Кто?
– Наверное, сам Соколовский. Ведь заказчиком все же выступал только он. Я сегодня поговорила с Аллой Николаевной по поводу других вероятных заказчиков, и она уверена, что больше никто не мог желать ей смерти.
– Что, и врагов у нее совсем не было? – недоверчиво спросил Гурьев.
– Не то чтобы не было врагов, просто Алла Николаевна сказала, что ни с кем она не находилась в таких отношениях, чтобы человек пожелал ее смерти. Я ей верю. Вовсе не обязательно, если ты бизнесмен, иметь сто врагов, которые только спят и видят, как бы избавиться от тебя.
– Может, ты и права, – покивал головой Гурьев. – Кажется, это здесь, – проговорил он, посмотрев в окно.
Я тоже поглядела по сторонам. За окном машины давно уже закончились городские постройки, теперь мы ехали среди полей, обрамленных лесопосадками.
Вдалеке виднелось одиноко стоящее одноэтажное здание. Когда мы подъехали поближе, я заметила, что территория, прилегающая к нему, огорожена невысоким забором из сетки-рабицы.
– Это и есть питомник? – поинтересовалась я. Прежде мне никогда не приходилось бывать в подобных заведениях. Я видела их только по телевизору.
– Скорее всего, да. – Костик притормозил немного и свернул на небольшую грунтовую дорогу, ведущую к воротам питомника.
Вскоре мы подъехали к широким воротам из той же сетки, которые были закрыты. Осветив фарами въезд в питомник, Шилов посигналил и заглушил двигатель.
В сторожевой будке, располагавшейся рядом с воротами, распахнулась дверь, залив светом дворик около сторожки. Потом показался пожилой мужчина в защитного цвета куртке и с фонарем в руке. Он осветил нашу машину и подошел к воротам.
– Вам кого? – спросил он, пристально вглядываясь в номера «Волги».
– Нам нужно увидеться с кем-нибудь из руководства, – приоткрыв дверцу, сказал Валерка. На всякий случай он приготовил удостоверение журналиста, которое частенько прокатывало за милицейские корочки.
– А вы кто такие? – насторожился дед.
– Мы по важному делу, – нагло заявил Гурьев и показал мужичку свое удостоверение.
Сторож, к Валеркиному счастью, не счел необходимым проверять удостоверение. Он приоткрыл одну створку ворот и вышел на улицу. Подойдя к машине, он посмотрел на Шилова, потом бросил взгляд и на меня.
– А вам кто нужен?
– Директор или кто-то из руководителей.
– А вы по какому вопросу? – не унимался дотошный сторож.
– Директор здесь? – строго спросил Шилов, которому уже надоела эта бесполезная болтовня.
– Здесь, – испуганно ответил сторож и попятился открывать ворота.
– Вот как надо, – покосился на Гурьева Костик, и в ответ на это Валерка только усмехнулся.
Когда мы въехали во двор, словоохотливый сторож подскочил к машине и принялся объяснять нам, как проехать до административного корпуса.
– Вон там, – махнул он рукой. – Видите, свет горит? Там его кабинет. Только он, скорее всего, не у себя, а в питомнике. Или где-то на территории. Но вы все равно езжайте, узнайте, как его найти. Там наверняка кто-то еще есть…
– И что, они всегда так поздно работают? – удивился Гурьев.
– Да, – кивнул сторож. – Бывает, что допоздна засиживаются.
– Спасибо, – проговорил Валерка и повелительным тоном отдал Костику команду: – Поехали!
– Ты тут начальника из себя не строй, – усмехнулся Шилов и повернул вправо. – Тоже мне командир…
– Да ладно, – примирительно произнес Гурьев. – Дай хоть немного почувствовать себя боссом…
– Ну-ну, – проронил Костик и остановился возле одноэтажного строения, которое мы заметили еще с дороги, на подъезде к питомнику.
В крайнем окне действительно горел свет, окно было открыто, и можно было, даже не заходя внутрь, определить, что в комнате никого нет. Кабинет был небольшим, в нем стоял только стол, пара стульев да сейф. В углу я заметила вешалку, на которой висел светлый пиджак и пакет.
– Там никого нет, – проговорил Валерка, заглянув в окно.
– Похоже, он где-то на территории, – сказала я. – Давайте поищем.
Выйдя из машины, мы отправились туда, откуда до нас доносился собачий лай.
Дойдя до самого питомника, где содержались псы, мы увидели нескольких человек, которые стояли возле одного из вольеров и о чем-то переговаривались.
Валерка сразу же решительным шагом направился к ним.
– Вечер добрый, – бодро сказал он. – А как нам поговорить с местным начальником?
Мужчины, их было трое, разом оглянулись на нас. Один из них, невысокого роста, коренастый, с седыми зачесанными назад волосами, выступил вперед.
– Добрый, – кивнул он. – Я начальник. А что вы хотели? Мы вообще-то уже закрыты.
– Нам надо поговорить с вами. – Гурьев снова продемонстрировал корочки журналиста, но начальник даже не взглянул на них.
– Пойдемте. – Он, видимо, счел, что мы из милиции, потому так охотно отозвался на просьбу Валерки.
Мужчина повел нас к тому самому зданию, где мы только что были, отдав напоследок своим коллегам несколько распоряжений. Он провел нас в маленький кабинет и предложил сесть. Я решила взять инициативу в свои руки и проговорила:
– Мы по поводу одного из ваших заказчиков. Или, правильнее будет сказать, клиентов. Постоянных клиентов.
– Что-то случилось? – мужчина нахмурил седые косматые брови. – А кого именно?
– Соколовских. Они приобретают у вас собак для охраны территории, – сказала я.
– Да, есть такие. Вернее, такая. Алла Николаевна, кажется. Я ее помню. Она всегда берет у нас собак. А что с ней стряслось? – насторожился он.
– С ней пока ничего, – успокоила я начальника питомника. – А вот с ее мужем… Он убит в собственном доме.
– О-хо-хо… – покачал головой седовласый. – Но при чем тут наш питомник? Надеюсь, его не собаки загрызли? – мрачно пошутил он.
– Нет, не собаки, – проговорила я. – Но мы как раз по этому поводу. Простите, как вас зовут?
– Петр Степанович, – запоздало представился мужчина. – Петр Степанович Дмитриев.
– Меня зовут Ирина Анатольевна, а это, – я кивнула в сторону Гурьева и Шилова, – мои коллеги, Валерий и Константин.
Мужчины обменялись рукопожатиями, на этом официальная часть была окончена.
– И все же я не понимаю, каким образом наш питомник и собаки могут быть причастны к убийству супруга Аллы Николаевны?
– Понимаете, Петр Степанович, территорию дома Соколовских охраняют собаки, выращенные и обученные в вашем питомнике, – начала я.
– Да, это так, – перебил меня Дмитриев. – Но у госпожи Соколовской никогда не было никаких претензий к нашим питомцам.
