Еще пара-тройка ехидных реплик, и боги действительно отправились по каютам, экзотика Канвая манила, но логику слов Богини Логики не переспоришь. Отдых нужен даже богам, а предстоящая рискованная эскапада была хорошим стимулом последовать мудрому совету, в другом случае имеющему все шансы на игнорирование. Если бы еще исполнению оного ценного указания не мешали разные крылатые демоны, будящие капитанов отремонтированных кораблей звучным, будто целая стая чаек вздумала передохнуть на палубе, шелестом крыл. Почему-то этот звук разнес вдребезги лишь сладкие, несмотря на так и не появившуюся Резу, сны Кэлберта.
Чертыхнувшись, бывший пират натянул штаны и вышел на палубу в демонстративно расхристанном виде. А нечего незваными на чужое судно являться, будь ты хоть трижды демон и десять раз казначей! Слухи о том, что варг имеет обыкновение наносить ночные визиты избранным жертвам, среди моряков ходили, но принц считал их брехней до сегодняшней ночи. Чтобы Рибастис да оторвался от своего драгоценного рояля за каким-то лядом, когда достаточно прислать записочку, и любой капитан сам на цырлах примчится в дом. Хотя, может же варга обуять желание поразмяться, почувствовать шепот ночи и струи звездных ветров в крыльях, на теле и волосах? Верилось с трудом, но все-таки...
Эффектные крылья чуть трепетали на ветру, Рибастис ждал Кэлберта на корме.
Босые ноги в закатанных до колен штанах, белая рубашка с разрезами на спине, кажется, варг так и не переоделся с последней встречи. В этом не было ничего демонстративного, казначей вообще был типом своеобразным и малость рассеянным, если, конечно, речь не шла о деньгах. Когда принц подошел достаточно близко, чтобы говорить, не повышая голоса, демон обернулся (то ли слышал шаги, то ли имел какие-то сенсоры на затылке) и промолвил не угрожая, просто констатируя факт:
- Корабела верни, или на Канвай можешь больше не заглядывать.
- Понял, - столь же спокойно согласился с условием принц. Поставленное условие было вполне справедливо.
Рибастис просверкнул острозубой улыбкой, оттолкнулся от палубы и свечкой взмыл вверх. Варг никогда не любил пустых разговоров и то, что он счел нужным нанести личный визит - предостережение, говорило не только о ценности Шей-кхо для всей пиратской братии, но и о том, что Кэлберта сочли достаточно важной персоной, чтобы не наносить удара без предупреждения. Тряхнув шевелюрой, принц отправился досыпать и, едва опустил голову на подушку, провалился в мир грез, где пиратка Реза громогласно требовала у Фарна рома, а кабатчик упорно подсовывал ей кружку со свежевыжатым соком. Даже во сне принц над этим смеялся, наверное, потому и выспался преотлично.
Так что утренние проблемы вся компания, в том числе и бегавший к крылатому демону на ночное свидание капитан, встречала на свежую голову. Это оказалось весьма кстати. Кэлберту предстояло разбираться с огорченным молоденьким стихийником. Паренек, чудом обретший вчера родню и рассчитывающий пообщаться с отцом как минимум десятидневку, на такой срок встал на якорь у острова Гарвин, узнал о предстоящем отплытии и чуть не расплакался. Он благоговел перед капитаном Кэлом и не желал уходить с корабля, но расстаться с родителем, которого едва успел увидеть и даже не наговорился всласть - это было выше сил юноши.
Торк, сведший вчера пацана с Гарвином, шумно вздыхал, как больная корова, но ничем помочь не мог. Корабль без стихийника в Океан Миров, коль предстоит плавание через грани, не пойдет. Это все равно, что выйти без якоря или снять половину парусов. А отпустишь этого, так где замену быстро сыскать?
Положение спас тот, от кого помощи никак не ждали. Проспавшийся после работы и заметно посвежевший шшиисуц задумчиво потеребил поля шляпы, подгреб к виновато-страдающему Лигору и задумчиво-хмурящемуся капитану.
- Пусть остается на острове, я могу высвистывать ветер, это несложно, - проронил Шей-кхо и отошел на нос корабля, любоваться красочным восходом.
Лигор виновато просиял, получив обещание Кэлберта, что за ним обязательно вернутся к концу десятидневки, метнулся за мешком с вещами в кубрик, вновь показался на палубе и слинял с корабля так быстро, словно приобщился к тайне заклятия телепортации.
Глава 16. Остров некроманта
- Не знал, что корабелы умеют высвистывать ветер! - любопытный и оттого временами бесцеремонный герцог нарушил уединение Шей-кхо, благоговейно дарованное ему остальными членами команды. Они и к своему-то стихийнику лишний раз лезть не рисковали, чтоб под руку чего не сказать, а тут, ни много ни мало, сам корабел за стихийника работать взялся. Степень осторожного поклонения этот факт утроил.
Подставляя лицо вольному ветру, несущему запах йода и водорослей, мастер мечтательно прижмурился и сказал:
- Нет, корабелы не умеют. Я полукровка, мой отец был тритоном-сия. До моего рождения считалось, что союз шшиисуц и амфибии бесплоден, но я появился на свет. Не тритон и не корабел, того и другого понемногу, ни один до конца.
- Поэтому тебя изгнали? - возмутился герцог, готовый хоть сейчас отправиться на легендарные острова и устроить там что-нибудь вроде революции, которая тоже станет легендой, а потом сами корабелы превратятся в историю.
- Нет, я ушел сам. Устал от жалости, - спокойно, старая боль успела сгореть и осыпаться пеплом, ответил мастер. Он не видел причины хранить прошлое в тайне, если кто-то спросил. - Тритоны жалели за то, что у меня нет хвоста и я не умею дышать под водой, шшиисуц потому, что не способен владеть силой мастера в совершенстве, так, как они, и нуждаюсь в близости Океана Миров. Стоит мне далеко отойти от берега, начинаю задыхаться.
- Зато ты умеешь то, что не умеют другие шшиисуц, - оптимистично заявил собеседник.
Пессимистом Элегор никогда не был и просто не способен был быть, что бы с ним ни приключалось. Он так же полагал, что не бывает безвыходных положений, а значит, поводов для длительного уныния не существует в принципе.
-Да, - тонкая улыбка проблеснула на губах корабела. - Но если ты никогда не видел великого океана по-настоящему, то и не поймешь, зачем на него смотреть.
- Не знаю, если я что-то не видел, мне всегда демонски хочется глянуть! - озадаченно признался Бог Авантюристов, не проникнувшись убедительностью сравнения.
- Ты другой, - улыбка неуловимой тенью снова промелькнула на лице Шей-кхо, он не смотрел на Элегора, но чувствовал его рядом с собой так же, как чувствовал весь корабль с находящимися на нем созданиями: богами, людьми, разномастными полукровками, бывшими сейчас частичками одного большого целого.
