X. БЕСПОЛЕЗНОСТЬ ГОСУДАРСТВЕННОГО НАСИЛИЯ ДЛЯ УНИЧТОЖЕНИЯ ЗЛА. НРАВСТВЕННОЕ ДВИЖЕНИЕ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА СОВЕРШАЕТСЯ НЕ ТОЛЬКО ЧЕРЕЗ ПОЗНАНИЕ ИСТИНЫ, НО И ЧЕРЕЗ УСТАНОВЛЕНИЕ ОБЩЕСТВЕННОГО МНЕНИЯ
Христианство разрушает государство. Но что нужнее: принятие христианства или существование государства? Есть люди, защищающие необходимость, и есть люди, отрицающие на однородных с первыми основаниях необходимость государственного устройства. Отвлеченными рассуждениями нельзя доказать ни того, ни другого. Вопрос этот решает степень сознания человека, запрещающая или дозволяющая ему участвовать в государственном устройстве. Сознание бесполезности и безнравственности участия в государственном устройстве, противоречащем христианским требованиям, решает для каждого этот вопрос, несмотря на участь государства. Довод защитников государства, как формы общественной жизни, необходимой для защиты добрых от злых до тех пор, пока не все народы и не все члены государства стали христианами. Властвуют, т. е. обладают насилием, всегда наиболее злые. Вся история есть история захватывания власти более злыми над более добрыми. Признание властями необходимости борьбы насилием со злом равносильно уничтожению самих себя. Уничтожение государственного насилия не может увеличить количества насилия. Уничтожение насилия не только возможно, но оно совершается на наших глазах. Но уничтожается оно не государственным насилием, а тем, что люди, насилием достигая власти и познавая тщету ее и плодов ее, становятся более добрыми и неспособными употреблять насилие. Через этот процесс проходят отдельные люди и целые народы. Этим путем христианство проникает в сознание людей и не только несмотря на употребляемое властью насилие, но посредством него, и потому упразднение власти не только не опасно, но совершается постоянно самою жизнью. Возражение защитников государственного устройства, что распространение христианства едва ли когда-нибудь случится. Распространение христианских истин, отрицающих насилие, совершается не только одним внутренним постепенным путем познания истины пророческим чувством и сознания тщеты власти и отречения отдельных людей от нее, но и другим, внешним путем, при котором сразу большие массы людей, низших по развитию, по одному доверию к первым принимают новую истину. Известная степень распространения истины создает общественное мнение, которое заставляет сразу признать новую истину большую массу людей, которая раньше противилась этой истине. И потому отречение от насилия всех людей может совершиться очень скоро, именно тогда, когда установится христианское общественное мнение. Признание необходимости насилия мешает установлению христианского общественного мнения и извращает его. Насилие заставляет людей не верить той духовной силе, которая одна движет людьми. Ни народы, ни отдельные люди не покорялись насилием, а покорялись только общественным мнением, которому не может противодействовать никакое насилие. Покорить дикие народы и диких людей можно только распространением между ними христианского общественного мнения, христианские же народы для этого покорения делают всё, что только может разрушать устанавливающееся христианское общественное мнение. Нельзя эти неудачные опыты приводить в доказательство невозможности покорения людей христианством. Насилие, извращая общественное мнение, только мешает общественному устройству быть тем, чем оно должно быть, и при устранении насилия христианское общественное мнение получит распространение. Что бы ни было при устранении насилия, это неизвестное будущее не может быть хуже теперешнего положения, и потому бояться его нечего. Познание неизвестного и движение в него есть сущность жизни.
XI. ХРИСТИАНСКОЕ ОБЩЕСТВЕННОЕ МНЕНИЕ УЖЕ ЗАРОДИЛОСЬ В НАШЕМ ОБЩЕСТВЕ И НЕИЗБЕЖНО РАЗРУШИТ НАСИЛЬНИЧЕСКОЕ УСТРОЙСТВО НАШЕЙ ЖИЗНИ. КОГДА ЭТО БУДЕТ
Положение и устройство нашего общества ужасно, но оно всё держится общественным мнением и им же может быть разрушено. В людях уже изменяется взгляд на насилие, и круг людей, готовых служить правительству, становится всё меньше, и сами слуги государства стыдятся своего положения и потому часто не исполняют своих обязанностей. Все эти явления суть признаки появившегося общественного мнения, которое, всё распространяясь, сделает то, что некому будет поступать на правительственные должности. Кроме того, всё яснее и яснее становится, что самые эти должности и люди, занимающие их, ни на что не нужны. Люди уже начинают понимать ненужность всех учреждений насилия, а если это поняли некоторые люди, то поймут и все. Время освобождения людей неизвестно, но оно зависит от самих людей, от того, насколько каждый человек будет жить тем светом, который есть в нас.
XII.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
ПОКАЙТЕСЬ, ПОТОМУ ЧТО ЦАРСТВИЕ БОЖИЕ БЛИЗКО, ПРИ ДВЕРЯХ
1
Встреча с поездом, везшим солдат для усмирения голодающих крестьян. Повод, по которому они ехали. Как исполняются решения высшей власти в случаях непокорности крестьян. Орловское дело, как образчик дел истязаний и убийств, производимых для утверждения прав богатых. Все преимущества богатых основываются на таких же насилиях.
2
Состав тульского поезда и поведение лиц, находящихся в нем. Как могут эти люди делать такие дела. Причина этого ни в незнании, ни в убеждениях, ни в жестокости, ни в малодушии, ни в неведении безнравственности таких дел. Они делают эти дела потому, что дела эти необходимы для поддержания существующего порядка, поддерживать же существующий порядок есть, по их мнению, обязанность каждого. На чем основана уверенность в необходимости и неизменности существующего порядка. Для высших классов уверенность эта основывается на выгодности для них существующего порядка. Но что заставляет верить в неизменность существующего порядка людей низших классов, не имеющих от него никакой выгоды и своими руками делающих для поддержания этого порядка противные совести дела? Происходит это оттого, что низшие классы обманываются высшими как в необходимости существующего порядка, так и в законности необходимых для поддержания его насилий. Обман общий. Обман частный – военный. Рекрутский набор.
3
Как допускают люди признание законности убийства рядом с проповедью нравственности и существование в своей среде военной организации и насилия, постоянно угрожающей безопасности общества? Допускают это только высшие, для которых такая организация выгодна, так как поддерживает их исключительное положение. Допускают это высшие и исполняют это низшие, несмотря на сознание безнравственности дел насилия, еще и потому, что благодаря государственному устройству нравственная ответственность за такие дела разлагается на большое число участников и каждый считает ответственным другого, а не себя. Кроме того, потеря сознания нравственной ответственности происходит и вследствие обмана неравенства людей и происходящего из этого опьянения – для высших – власти, а для низших – подобострастия. Состояние этих людей, совершающих противные совести дела, подобно состоянию загипнотизированных, действующих под влиянием внушения людей. Чем отличается подчинение государственному внушению от подчинения вышестоящим по сознанию людям и общественному мнению. Существующий порядок, вытекающий из отжитого общественного мнения и противоречащий уже существующему новому общественному мнению, поддерживается только благодаря усыплению совести, производимому самовнушением высших классов и гипнотизацией низших высшими. Совесть или разумное сознание этих людей может проснуться, и бывают случаи, когда она просыпается, и потому нельзя сказать, сделают ли эти люди то, зачем выехали. Всё зависит от степени сознания незаконности дел насилия, и сознание это может проснуться непосредственно в самих людях или посредственно – воздействием проснувшихся людей.
4
Всё зависит от силы сознания каждым отдельным человеком христианской истины. Но передовые люди нашего времени не считают нужным уяснение христианской истины и исповедание ее, а для улучшения жизни человеческой считают достаточным изменение внешних условий жизни в пределах, дозволенных властями. На этой научной теории лицемерия, заменившей лицемерие религиозное, основываются оправдания своего положения людьми богатых классов. Благодаря этому лицемерию они, пользуясь насилием, ложью для своих исключительно выгодных положений, могут притворяться друг перед другом христианами и успокаиваться. Это же лицемерие позволяет людям, проповедующим христианство, участвовать в учреждениях насилия. Никакие внешние улучшения жизни не сделают ее менее бедственною. Бедствия происходят от разъединения, разъединение происходит от следования не истине, а лжам. Единение возможно только в истине. Лицемерие препятствует этому единению, так как, лицемеря, люди скрывают от себя и других ту истину, которую знают. Лицемерие обращает все улучшения жизни во зло. Лицемерие извращает понятие о добре и зле и потому стоит на пути совершенствования людей. Открытые злодеи и преступники делают меньше зла людям, чем те, которые живут узаконенным насилием, прикрываясь лицемерием. Все сознают беззаконность нашей жизни и давно бы изменили ее, если бы она не была прикрыта лицемерием. Но мы, кажется, дошли до пределов лицемерия, и нам нужно сделать только усилие сознания, чтобы, как человеку под кошмаром, проснуться к иной действительности.
