Читаем без скачивания Грань реального - Ольга Антер

Странно в ней сочетаются извечная робость и отчаянная смелость. Сделать какой-то первый шаг девочка стесняется и боится, но стоит появиться абсолютно любой, даже выдуманной, угрозе, и локальный ураганчик раскручивается с нешуточной силой.

– Безусловно. Любой и каждый.

– Сиэ так никогда не делала, – голос девушки стал печальным, и Лексазу пришлось отложить только-только поднятую вилку.

– Не делала – не значит не могла. Да ты можешь и не помнить случаев вмешательства в твое сознание.

– Один помню, почему же.

– Опаньки. Это какой?

Мужчина нешуточно заинтересовался – обычно изменяющие находили достаточно весомые аргументы, чтобы их подопытные никому ничего не рассказывали. Хотя бы потому, что не помнили.

– У тебя ведь наверняка были потери, которые не дают жить и дышать. Когда мир становится бессмысленным. Меня всего лишь избавили от этой боли. Жаль, что Сиэ не сказала, что делать, когда уйдет она сама…

– Изменяющие не уходят навсегда. В отличие от нас, они живут вечно.

– Угу. И расставание тоже будет вечным.

– Так бывает и у оставшихся жить.

Они помолчали, думая каждый о своем, и Тройн, измученный исходящими от еды запахами, смог, наконец, продолжить трапезу. Заметив задумчивый взгляд, провожающий каждую поднесенную ко рту порцию, мужчина невольно усмехнулся. Женщины!

– Есть не хочешь?

– Нельзя так поздно кушать, – нерешительно отказалась Аори с явственно различимой ноткой зависти в голосе.

– Спать этой ночью нам все равно не светит, – мужчина, не удержавшись, зевнул. – Так что подкрепиться не повредит. Вон, посмотри, неужели на тебя не смотрят эти прекрасные пирожные?

Оглянувшись, темноволосая, пока еще стройная девушка по достоинству оценила уложенную в хрустящие корзиночки-коржи восхитительно нежную начинку из взбитых сливок, искусно украшенную необычайно вкусными кисловатыми ягодами. Опомнилась Аори, только уничтожая третье пирожное подряд и прихлебывая ароматный зеленый чай из тяжелого, украшенного узорами стакана. Его, кажется, налил Лексаз, решив поухаживать за нежданной гостьей.

– Ой…

– Что – ой? Доедай уже.

– Это все ты виноват! Вредитель…

– Да-да, – насмешливо хихикнул мужчина. – Я их даже не готовил.

– Как будто умеешь!

– Представь себе. Я фантастический кулинар! Хочешь, расскажу пару рецептов?

– Не сейчас, – девушка сыто и довольно развалилась на мягком стуле. – Я теперь чувствую, что устала и спать хочу. Способность воспринимать информацию критически снижена.

– Понимаю, одобряю, но помочь ничем не могу, – развел руками Тройн, наблюдая, как незаметно появившиеся слуги очищают стол. Хоть они, кажется, не принадлежат ни к Баго, ни к Младшему роду Парель. Обычные, самые простые и понятные люди. – Тебе, скорее всего, придется поработать переводчиком при Эвине.

– Да, я знаю… Слушать шаманов… О, кстати!

Принявшаяся клевать носом Аори неожиданно оживилась.

– Я вот что вспомнила! Ты говорил, что аж восемь языков знаешь! Так Астраль-то одна, откуда восемь?

– Страна не всегда была одна, – наставительно заметил Тройн. – И даже живых человеческих языков и наречий несколько десятков. Все не выучить, но каждый новый идет легче предыдущего.

– Хорошо, что мне такая проблема не светит. Я б с ума сошла, вживую все учить. С языком Теней знаешь, как сложно было?

– Не знаю, – хмыкнул Лексаз. – Мне особенность помогает.

– М-м?

– Я не только слышу слова, но и воспринимаю эмоции говорящего. И интуитивно осознаю, о чем идет речь. Пусть не могу точно перевести каждое из сказанных слов, но понимаю собеседника. Что весьма немало для начала, как считаешь?

– А с майдами, значит, это не работает.

– Увы. Мы с ними по разные стороны Закона.

– М-м?

Похоже, Аори начала засыпать обратно. Задумчиво на нее посмотрев, Тройн все же не стал спрашивать разрешения и достал трубку.

Ответил он только спустя несколько минут, заставив девушку встрепенуться и попытаться разлепить веки.

– Законы четко обозначили два вида деятельности. Техническая и магическая. Люди и некоторые другие расы стараются хранить Астраль, не позволяя угаснуть ни одной из сторон прогресса, но майды закапсулировались на одном этапе развития. Они сотни лет пользуются разработанными ранее технологиями выращивания зданий, регулирования подводных течений и прочая, и прочая. А магия шаманов в это время… Аори, ты что, спишь?

– Нет-нет, – сонно возразила девушка, тараща глаза. – Я не кукла, сидя спать. Э… Это ведь просто табак? Ты ж не изменяющий?

– В Старших родах одаренных даже не рождается. Все те же разные стороны Закона. Но связи с трубкой я что-то не уловил.

– Эвин при мне что-то странное закурил, у меня прям голова закружилась и весь мир поплыл, – пожаловалась Аори, на всякий случай принюхиваясь. Кажется, в этот раз подобного опьянению состояния не будет. – А потом… потом проанализировал мою память. И, между прочим, так и не сказал, что решил.

– Подобные вещи в одиночку и на бегу не решаются. Сейчас есть задачи поважнее, нежели утешение одного конкретного майда.

– Если он сойдет с ума вслед за сестрой, – Аори обличительно направила палец в сторону мужчины, – не говорите, что я вас не предупреждала.

– Да-да, – Тройн уже успел зависнуть в телефоне, отставив руку с трубкой вбок и благополучно о ней забыв. – В общем, Аори. Ты неглупая девушка и, верю, поможешь Эвину. Действительно поможешь, а не сделаешь вид. И запомнишь, что от этого будут зависеть жизни людей.

– Поняла, отвалила.

Сдержав порывистый вздох, девушка выбралась из кресла. Опасно у окружающих понимания искать. В лучшем случае будешь чувствовать себя дурой.

Низко пролетевший над внутренним двором вертолет заставил Лану удивленно поднять голову – ее собственным пилотам было строго запрещено подниматься в воздух до установленного сигнала.

Летающая машина оказалась покрытой невнятными серо-бело-голубыми разводами, фактически сливаясь с облачным небом. На обеих бортах красовались серебристые рельефные знаки в форме двух скрещенных по вертикали и сильно вытянутых ромбов. Посередине получался еще один небольшой четырехугольник, залитый серебристым светом. Словно магический кристалл неожиданно принял форму плоскости и застыл, подобно проблесковому маячку сигнализируя о положении и состоянии машины тем, кто мог подобную информацию воспринять.

Изменяющие.

Что еще за новости? Она не заказывала подкрепление.

В груди неприятно заныло, и Лана удивилась сама себе. Откуда это неприятное волнение, самую малость не доходящее до страха?

К посадочной площадке она бы не успела, и потому отправилась напрямую к мужчине, который точно знал, что происходит.

Эвин ждал ее визита. В его кабинете появилась незнакомая Лане женщина, безусловно, изменяющая, и еще один абсолютно неуместный предмет.

Переносная детская люлька, аккуратно размещенная на диване. Рядом с ней и сидела незнакомка с солнечно рыжими волосами, сиявшими куда ярче медной шевелюры Баго. Не обращая внимания на застывшую в дверях женщину, изменяющая перебирала пальцами над невидимым Лане ребенком, и, судя по довольному сонному агуканью, малышу ее действия были по душе. Главе рода Баго неожиданно захотелось устроиться рядом, уютно поджав ноги, словно именно ее присутствия не хватало в мирной картинке.

Неуместное желание.

– Что это?

– Познакомься, – Эвин, как ни в чем ни бывало, сложил руки за спиной. – Моя коллега Кришта.

Рыжеволосая приветственно кивнула, не отрываясь от своего занятия.

– Она единственная измененная среди нас. И, в силу ряда причин, лучше всего умеет заботиться о детях.

– Очень тронута, только я не спрашивала, кто это. Я спросила, что это все означает.

Эвин в который раз почесал нос, и Лана неожиданно сообразила, что ей напоминает этот жест. Точно так же ее дед растирал переносицу, устав от многочасового сидения за книгами в неудобных очках. Даже изменяющие не умели отменять старость…

– Видишь ли, твое участие в последних событиях было… скажем так, неидеальным. И Глава Арканиума понял, что тебе нужна помощь.

– Предупреждаю сразу, если речь идет о каких-либо ритуалах с участием детей, вам лучше позабыть об этом немедленно и вернуть несчастного ребенка туда, откуда вы его привезли.

– Ну что ты, мы давно не практикуем подобного.

Голос у Кришты оказался достаточно мелодичным, а сама женщина подхватила люльку на локоть и, обойдя стол, приблизилась к Лане. Она двигалась неспешно, но плотные шторы на окне затрепетали так, словно мимо них энергично прошагал крупный мужчина.

– Речь идет о другом, – доброжелательно продолжила Кришта, и Лана, ненароком заглянув в покачивающуюся люльку, онемела. – О тебе. Об особенности, об умении хранить. Альдрия не дорога тебе, Лана, ты больше думаешь о возвращении домой, чем о защите находящихся здесь людей. Бросаешь их в критические моменты, не прислушиваясь к тревоге внутри. Не наносишь удара патриарху тогда, когда в твоих руках есть все возможности. Медлишь. Ждешь. Перестаешь быть Главой собственного рода. Понимаешь, о чем я?