Гротон, в свою очередь, получал ее результаты, уяснял свою задачу и выдавал соответствующие инструкции роботам. Он также тщательно исследовал весь Тритон в поисках места для постройки невиданного сооружения. Если бы планету посетил турист, он бы решил, что на ней начался индустриальный бум. В некотором смысле, это так и было.
Они вышли на уровень сверхнауки, науки цивилизации III уровня, но никто из них не представлял, что находится за его узкой областью специального знания. Первые неуклюжие роботы были заменены громадными механическим монстрами, которые: казалось, уже сами распоряжались на Тритоне, компьютеры, гораздо сложнее компьютера макроскопа, управляли теперь самыми рутинными операциями, но последнее слово все же оставалось за человеком.
Иво, Афра, Гротон – каждый был занят своим делом и они не виделись целыми днями, довольно часто их встречи выливались в ссоры, так как все были на пределе. Беатрикс, со своим неизменным дружелюбием, умудрялась примирять их, и это было далеко не последней ее обязанностью.
Проект был настолько сложен, что никто не мог взять на себя руководство, все они были простыми исполнителями. И все же Иво смотрел на работу с нескрываемой гордостью и был уверен, что остальные чувствуют то же. Он знал, что Земля уже почти забыла об их грандиозном похищении – информация об этом все-таки просочилась в прессу и они на время стали «знаменитостями». В одном он был уверен – по завершение их проекта у земных астрономов и физиков глаза полезут на лоб от удивления.
Вид работ изменился. Теперь экскаваторы вгрызались в литосферу Тритона в месте, в котором гравитационной линзой было скомпенсировано поле притяжения планеты. Шахта углублялась с каждым днем, стены ее укреплялись толстостенными металлическими трубами. Бурильный комбайн продвигался со скоростью чуть больше десяти миль в сутки, выработанная порода – куски скал, щебень, – подымались каменным гейзером в нулевой гравитации и оседали на границе с нормальной гравитацией, образуя огромный вал вокруг шахты.
Вскоре шахта, имевшая шестьдесят футов в диаметре, достигла своей предельной глубины. Металлические сплавы не выдерживали уже давления окружающей породы, к тому же, на этой глубине поле планеты было малым и гравитационная линза работала неэффективно.
Машины сделали свое дело и ушли. На некоторое время активность уменьшилась. На Тритоне наступило затишье.
Силовой экран, сохранявший земную атмосферу вокруг пирамиды, был снят. Чужеродная для Тритона атмосфера вырвалась на свободу и тут же осела легким снегом из замерзших газов на землю и на мертвые растения. Осталась одинокая пирамида. Из нее вышла фигура, облаченная в скафандр. Она остановилась возле мерзлой могилы, затем направилась к планетному модулю и забралась в него. Из сопла ракеты вырвалось пламя, она взлетела. Тритон обезлюдел.
На Шене тоже произошли перемены – к Джозефу вновь был пристыкован макроскоп. Ледяная спайка расплавилась, и корабль медленно отчалил от спутника.
Ракета вместе с макроскопом начала спускаться в колонну с нулевой гравитацией, навстречу все усиливающемуся потоку газообразного кислорода и азота атмосферы Тритона.
У поверхности Тритона их встретили сильные завихрения газа, настоящий торнадо из обломков породы, пыли и снега. Корабль двигался носом вперед, выставив шар макроскопа навстречу ветру, маршевые двигатели работали на малую мощность.
Со скоростью три фута в секунду корабль вошел в шахту, которая завершала этот колодец ветров. Газы, вытекающие в пятифутовый промежуток между ракетой и стенками шахты, поддерживали корабль и препятствовали небезопасному касанию корпуса корабля и стенок. Со скоростью четырнадцать миль в час ракета вошла в недра планеты. Через три дня она остановилась. Колонна с нулевой гравитацией исчезла, поднятые потоками газа пыль и щебень осели. Затем включились двигатели, теперь уже на полную мощность. Металлические ребра, созданные специально для этого случая, расплавились, металлическая труба потеряла устойчивость, сплющилась, часть шахты обвалилась. Волна обвала пошла вверх, и вскоре корабль был надежно захоронен в толще планеты на глубине в тысячу миль.
После этого включились мощнейшие гравитационные генераторы. Образовались три колонны с нулевой гравитацией, торчащие в стороны, как зубья трезубца Нептуна. Атмосфера Тритона, вперемежку со многими кубическими милями перетертой в пыль породы начала извергаться в космос, через десятимильные окна в гравитационном поле.
Три мощных двигателя тормозили Тритон, и он нехотя замедлял свой бег по орбите. Постепенно он перешел на спиральную траекторию и, набирая скорость, с каждым витком помчался к Нептуну.
Нептун захватил Тритон своим чудовищным притяжением и потащил его в газообразное чрево. Гравитационные возмущения, вызванные спиральными движениями спутника, породили настоящую бурю в атмосфере бога морей. Крошечная ледяная луна – Шен – пропала в этом бурлящем океане газов и больше не появлялась. Тритон утратил свой спутник незадолго до того, как исчез сам.
Прошли предел Роша, внутри которого любой спутник на стационарной орбите уже развалился бы – Тритон содрогнулся, но остался цел. Все происходило слишком быстро для того, чтобы приливная сила успела разрушить его.
Контакт: Тритон пропахал борозду во внешних слоях бурной атмосферы гиганта. На пути Тритона тепло, вызванное трением, буквально взрывало кристаллики аммиака. Сзади за ним тянулся турбулентный след, шириной в пять тысяч миль, где аммиак вновь замерзал, превращаясь в белую вьюгу.
Через пять часов Тритон прошел верхние слои атмосферы и полностью погрузился в слой водорода, на скорости четырнадцать миль в час он пробуравил атмосферу и пошел на следующий круг. На третьем витке он чиркнул ледяную поверхность Нептуна, которая тут же превратилась в пар. Фонтаны воды и аммиака мгновенно превращались в ледяные столбы в милю высотой, которые разбивал в пыль метановый ураган. Лед, пар, метан перемешались и бурлили вместе в дикой свистопляске – картина, не виданная на Нептуне никогда ранее.
На четвертом витке Тритон дошел до ядра Нептуна. На скорости три тысячи миль в час камень встретил железо, шар Тритона заскользил, покатился по ядру, за ним следовала волна кипящей лавы и драгоценных металлов.
Наконец каменный шар остановился в озере расплавленного металла, он был шесть тысяч миль в диаметре, но оставался цел. Глубоко в его недрах, как червяк в яблоке, покоился корабль в металлической капсуле.
Но представление еще не окончилось. Из этой капсулы начало распространяться силовое поле III уровня технологии, сначала оно охватило планету и спутник, теперь уже навсегда сплавленные вместе, вскоре оно заполнило сферу диаметром в двадцать тысяч миль, проникая в каждую частичку пыли, в каждую молекулу газа, в каждый атом. Это поле надежно зафиксировало положение всех атомов по отношению к целому.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
