Но перед отъездом он подданным своим роздал свое имение, каждому по силе: кому пять гривен, кому две, кому одну, и каждому велел без него работать и наживать на эти гривны, сколько кто может.
Вот как уехал царь, и стал без него каждый с хозяйским имением делать, что хотел. Одни стали работать, и кто на пять гривен заработал еще пять гривен, кто на одну гривну заработал десять гривен, кто на две заработал две гривны, кто на одну заработал пять гривен, кто на одну гривну заработал одну гривну, а еще другие ничего но работали над хозяйскими деньгами, взяли и зарыли в землю то, что получили от царя, и ничего не работали. Кто взял пять гривен, так и осталось у него пять гривен. Кто взял две и одну, так и остались две и одна. А еще третьи мало того, что не работали над хозяйским добром, еще не хотели показаться царю, и послали ему сказать, что они но хотят быть под его властью.
Вот пришло время и вернулся царь в свое царство и позвал всех своих подданных к отчету, что кто сделал с тем, что ему дано.
И пришел один работник, тот, кому дано было пять гривен, и говорит: вот на пять гривен я заработал еще пять. И пришел другой, кому дана была одна гривна, и говорит: вот на одну гривну я заработал десять. Пришел тот, кому даны две гривны, и принес еще две, и тот, кому дана одна, и принес еще пять. Тот, кому дана одна, принес еще одну.
И всех и ровно похвалил и ровно наградил хозяин. Он всем равно сказал: вижу, вы добрые и верные работники, вы работали над моим добром, и за то я вас всех принимаю равными участниками в моем имении. Будем владеть всем вместе.
После этих пришли те подданные, какие не работали над хозяйским добром. И один сказал: господин! ты дал мне гривну, когда уехал. Я знаю, что ты строгий человек и хочешь брать, с нас то, чего не давал, я и боялся тебя и от страха перед тобой спрятал твою гривну. Вот она дела. Что дал мне, то и возьми назад. И другой из этих такой, что получил пять гривен, такой, что получил десять гривен, принесли назад хозяйские гривны хозяину и сказали ему то же.
Тогда царь сказал им: глупые люди. Говорите, что вы от страха передо мной запрятали свои гривны в землю и не работали на них. Если вы знали, что я строг и возьму то, что не давал, так зачем же вы не попытались сделать то, что я велел.
Если бы вы работали на мою гривну, именья бы прибавилось, и все-таки исполнили бы, что я велел, и, может быть, я помиловал бы вас и хуже бы вам не было. А теперь вы все-таки не ушли от моей власти.
И отобрал хозяин гривны у тех, кто не работал на них, и велел слугам отдать тем, кто больше заработал.
И тогда слуги сказали: хозяин! у тех и так много. А царь сказал: дайте тем, кто мне заработал, потому что тому, кто блюдет то, что есть, тому прибавится, а у того, кто не блюдет, последнее отнимется.
А этих глупых и ленивых работников выкиньте вон, чтобы их не было, и тех, что посылали за мною сказать, что не хотят быть в моей власти, тоже выкиньте вон, чтобы их не было.
Царь — это начало жизни — дух. Мир — это его царство, но он не управляет сам царством, а, как мужик, посеял зерно и оставил его одно. Оно самородно родит былку, колосья и зерна. Гривна — это разумение в каждом человеке. Бог дух вложил в людей разумение и оставляет их жить одних по их воле.
Бог не решает сам ничего, а, научив человека всему, предоставляет самому человеку решать. Не всем равно дано гривен, но каждому по силе его. Не всем равно дано разумения, но оно дано, и для Бога нет большего и меньшего. Для Бога нужна только работа над разумением. Одни работают над хозяйской гривной, другие не работают для хозяина, третьи и не работают и не признают хозяина. Одни люди живут разумением, другие не живут им, по оно мертво лежит в них, третьи не признают его. Хозяин вернулся и спрашивает отчета. Это смерть временная и расчет жизни. Одни приходят и говорят, что они работали над гривной, те входят в жизнь хозяина. И хозяин не считает, кто больше, кто меньше заработал. Все одинаково делаются участниками жизни хозяина. Кто примет разумение, тот и имеет жизнь.
Кто имеет разумение и положился на пославшего его, тот имеет жизнь невременную и не знает смерти, а перешел в жизнь. Другие приходят и говорят, что они не работали над гривной, не отказываются от гривны, но говорят, что незачем работать, потому что работай не работай, их ждет казнь. Они знают жестокость хозяина. Другие люди имеют разумение, но не полагаются на него. Они говорят себе: работай — не работай, всё равно умрешь и ничего не останется, поэтому нечего с ним делать. На это царь говорит: если ты знаешь, что я жесток, то тем больше надо было делать мою волю. Зачем же ты не попытался делать, а? Если люди знают, что смерть временная неизбежна, то почему же не попытаться жить исполнением воли Божией — разумением. И царь говорит: отнимите у них гривну и дайте тем, у кого есть. Царю всё равно, у кого гривны, только бы они были. Так же как мужику всё равно, из какого зерна выйдет колос, только бы был урожай. Если разумение дает жизнь людям по воле их, то люди, которые не держат его, не могут жить и становятся вне жизни. И после смерти временной от них ничего не останется. А тех людей, которые не признают власти царской, царь говорит: тех тоже выкиньте вон. Еще другие люди — те не только не работают над разумением и жизнью, но презирают того отца духа, который дал его, — те тоже не могут жить и также уничтожаются со смертью.
Глава шестая ПИЩА ЖИЗНИ — НЕ ХЛЕБОМ СЫТ
О РОДСТВЕ ПЛОТСКОМ И ДУХОВНОМ
Мф. XII, 46. Когда же он еще говорил к народу, матерь и братья его стояли вне дома, желая говорить с ним.
И когда он говорил, мать и братья подошли и стали вдалеке, хотели с ним поговорить.
47. И некто сказал ему: вот матерь твоя и братья твои стоят вне, желая говорить с тобою.
Один человек увидал их и говорит ему: вот мать твоя и братья твои стоят поодаль, хотят с тобой поговорить.
48. Он же сказал в ответ говорившему: кто матерь моя? и кто братья мои?
А он сказал: кто моя мать и кто мои братья?
49. И указав рукою своею на учеников своих, сказал: вот матерь моя и братья мои.
И показал рукой на учеников и сказал: вон и мать и братья мои.
50. Ибо, кто будет исполнять волю отца моего небесного, тот мне брат, и сестра, и матерь.1
Потому что, кто исполняет волю отца моего Бога, тот мне и брат, и сестра, и мать.
ПРИМЕЧАНИЕ
1) Перед этим сказано, что для жизни истинной не может быть места, не может быть заботы другой, кроме жизни, не может быть соображений о том, что сделано, о прошедшем, о временном; теперь говорится, что и общения между людьми не может быть иного, как соединения в единой для всех воле Бога. Близость людей к царству Бога зависит только от единения в воле Бога.
Лк. XI, 27. Когда же он говорил это, одна женщина, возвысив голос из народа, сказала ему: блаженно чрево, носившее тебя, и сосцы, тебя шатавшие!
И случилось, что когда он говорил это, взвела голос женщина одна из народа и говорит ему: блаженно чрево то, что носило тебя, и блаженны соски те, что ты сосал.
28. А он сказал: блаженны, слышащие слово Божие и соблюдающие его. 1
Он же сказал ей: бывает блажен тот, кто понимает разумение Бога и держит его.
ПРИМЕЧАНИЕ
1) Благо жизни не может зависеть ни от кого; никто не может передать своего блага другому. Благо есть только жизнь разумения.
Лк. IX, 57. Случилось, что когда они были в пути, некто сказал ему: Господи! я пойду за тобою, куда бы ты ни пошел.
И на пути сказал Иисусу один человек: повсюду пойду за тобой, государь мой.
58. Иисус сказал ему: лисицы имеют норы, и птицы небесные гнезда; а сын человеческий не имеет, где преклонить голову. 1
И сказал ему Иисус: у лис есть норы, и у птиц есть гнезда, а у сына человеческого нет приюта.
ПРИМЕЧАНИЕ
1) Значение стиха этого двояко: одно то, что сын человеческий, в смысле человека, не должен заботиться о месте, в котором он находится. Где бы он ни был — всё равно, только бы он не считал какого-нибудь места свойственным себе. Он должен быть бродягой.
Другое, что сын человеческий — дух Бога в человеке — вне пространства, и что быть там, где сын человеческий, нельзя, потому что он везде и нигде.
БУРЯ НА ОЗЕРЕ
Лк. VIII, 22. В один день он вошел с учениками своими в лодку и сказал им: переправимся на ту сторону озера; и отправились.
И случилось, в один день вошел он в лодку и ученики его, и сказал им: переплывем на ту сторону озера, и поплыли.
