Читаем без скачивания Заря драконов - Энн Маккефри

Фулмар еще не успел закрыть колпак кабины, а скутер уже пришел в движение. Он проскользнул под еще не успевшими полностью открыться воротами — маневр, за который Пол отстранил бы от полетов любого пилота, — и стрелой взмыл в небо. Впереди показалась зловещая серебристая стена надвигающегося на Форт Падения.

— Адмирал! — закричал Фулмар. — Вы что, с ума сошли?!

— Смотри! Возьми бинокль! Черт побери, да тут все прекрасно видно и без бинокля! Видишь? Языки пламени! Видишь? Я насчитал тринадцать, нет, четырнадцать… Это драконы сжигают Нити!

«Это страшно, — думал Шон. — И это прекрасно!»

Это самый лучший момент его жизни, а он боится до полусмерти. Они вынырнули из Промежутка над бухтой, всего в нескольких десятках метров перед передним краем Падения.

Каренат сразу же полыхнул огнем и переместился на новую позицию, уйдя от другого клубка Нитей.

«Как остальные?» — с тревогой спросил Шон, когда они снова вышли из Промежутка.

«Огонь в порядке, перемещаются хорошо», — со спокойной уверенностью сообщил его дракон и, вытянув шею, превратил в черный пепел очередную порцию Нитей.

Оглядевшись, Шон увидел, что его крыло четко держит строй, не забывая в нужный момент прибегнуть к телепортации. В тысяче футов ниже он заметил крыло Сорки…

«Еще!» — услышал он требовательный голос Карената, который, развернувшись, под углом поднимался между потоками Нитей.

Шон поспешно вытащил из сети большой кусок огненного камня.

«Это еще надо будет тренировать», — подумал он, отправляя «горючее» в пасть дракона.

«Шот обжег крыло, — сообщил Каренат. — Он продолжает бой!»

«Крыло мы ему вылечим, — заверил Шон. — Но впредь пусть летает осторожнее!»

После первого пересечения фронта Нитей драконы и их всадники втянулись в работу. Постепенно все маневры — всплески пламени, стрельба из огнеметов, резкие развороты, спасающие от Нитей, перемещения через Промежуток — становились почти инстинктивными. Несколько раз Каренат телепортировался, когда Нити задевали его крылья. Шон только крепче сжимал зубы. Каждой клеточкой тела он чувствовал боль своего крылатого друга. Вскоре уже не осталось ни коричневого, ни бронзового, который на своей шкуре не испытал бы обжигающее прикосновение смертоносного серебряного дождя. Порыв ветра швырнул Шону в лицо горячий пепел. Маски бы совсем не помешали, решил он. А потом Фарант сообщила о появлении скутеров и о наземных отрядах, готовых к бою. Через некоторое время королевы опустошили баки, взятые в Семиноле, и Сорка собралась лететь в Форт за новыми.

«Фарант спрашивает, сколько еще мы будем сражаться? — передал Каренат и через мгновение добавил: — У Манута кончился огненный камень. Может, в Форте есть хоть немного?»

Только тут Шон заметил, как далеко вглубь континента унес их непрерывный бой. И гавань, и поля остались далеко позади. Под ними тянулись неприступные скалы, прикрывавшие Форт Холд. Только теперь он почувствовал, как болят от непрестанного напряжения мышцы. Холод Промежутка, казалось, въелся в его кости.

«Сообщи всем! Садимся в Форте! Падение уже над горами. Все равно мы сегодня ничего больше сделать не сможем.»

«Хорошо!» — отозвался Каренат, и Шон чуть не рассмеялся, увидев, с какой готовностью, крутым разворотом, дракон ринулся на посадку.

А за ним, точно повторив маневр, сохраняя боевой порядок, снижалось и все крыло.

— Эмили! — Пьер ворвался в комнату жены. — Эмили, ты никогда не угадаешь, что случилось!

Чуть повернув голову на изголовье мягкого кресла, Эмили посмотрела на своего запыхавшегося супруга.

— Они прилетели! Мне об этом сказали, но я не мог поверить, пока не увидел своими собственными глазами! Драконы и всадники, они все прилетели в Форт. И они сражались с Нитями! Точь-в-точь, как ты это себе и представляла! Так, как планировала Китти Пинг!

Волнуясь, он взял ее за левую руку — единственное, что осталось целым после аварии скутера.

— Семнадцать бесстрашных всадников. И Пол говорит, что они действительно дали жару этим Нитям!

Надежда всколыхнулась в его сердце, когда Пьер заметил, как загорелись интересом глаза Эмили, как заиграл на ее щеках румянец, как высоко она подняла устало падавшую на грудь голову.

— Пол сам видел, как они испепеляли Нити, — не останавливаясь, рассказывал Пьер. — Они, конечно, сражались не целое Падение… К тому, же часть его пришлась на море, а часть — на горы. Пол говорит, что ничего подобного он в жизни не видывал, — Пьер перескакивал с одного на другое, но все это было неважно: Эмили слушала, и к ней прямо на глазах возвращались силы! — Онгола все записал на пленку. Так что если захочешь, мы сможем ее посмотреть. Сейчас адмирал пошел их встречать у входа в Холд. — Пьер подошел к окну. — Торжественная встреча! Все кричат и машут руками, Бэй и Пол Ниитро… черт, отсюда плохо видно… но, по-моему, они плачут…

Пальцы Эмили вцепились в подлокотники глубокого мягкого кресла, в котором она провела последние несколько недель.

— Помоги мне, Пьер, — попросила она, пытаясь подняться. — Я должна увидеть это своими глазами… Помоги мне подойти к окну!

Их встречало все население Форт Холда. Один за другим драконы садились на большом поле, спасенном ими от Нитей, и толпа встречала их радостными криками и аплодисментами.

«Как много людей, — стесняясь, заметил Каренат. — Они что, все собрались на нас посмотреть?»

А вокруг тем временем уже ликовало настоящее людское море. Всем хотелось прикоснуться к живому дракону, пожать руку его всаднику.

С огромным облегчением Шон увидел быстро приближающийся скутер. Усиленный динамиками голос призвал колонистов пропустить врачей. Толпа поспешно расступилась.

Всадники с помощью подоспевших медиков начали обрабатывать раны, полученные драконами во время боя.

— Надо же, как нам повезло, — прошептал Шон, когда все ожоги Карената были покрыты толстым слоем анестезирующей мази.

Он огляделся. Другие всадники тоже уже заканчивали работу. Сорка, заметив его взгляд, улыбнулась и помахала ему рукой.

— Просто чудо, что мы отделались небольшими ожогами, — бормотал Шон. — Мы даже толком не успели подготовиться к бою!

В голове его завертелись схемы маневров и планы будущих тренировок. Ранения — вещь совершенно излишняя, да и что касается выдыхания пламени… если подумать, можно, вероятно, найти способ за один раз сжигать больше Нитей. В конце концов, сегодня — это только проба сил, мелкая стычка в долгой и трудной войне.

— Эй, Шон, — воскликнул один из медиков, стаскивая с головы юноши летный шлем. — Дай-ка я и тебя…

Он быстро опрыскал обожженное лицо Шона целительным аэрозолем.

— Теперь другое дело… Иди, вас ждет адмирал!

На ведущей в Холд лестнице показался одетый в полную форму адмирала космофлота Пол Бенден. Рядом с ним, тоже в парадной форме, стояли Онгола и Эзра Керун. Гул толпы стих.

Шон шел к воротам, и рядом с ним, шаг в шаг, шли шестнадцать его товарищей. Кругом — улыбающиеся, счастливые лица. Вот Пол и Бэй Ниитро, прямо-таки излучающие гордость, счастливые успехом своих питомцев; вот улыбающийся и одновременно плачущий Телгар, вот старый Черри Дуф с выражением безграничного радостного изумления на лице. Чуть дальше — чета Ханраханов: Майра высоко подняла младшего сына, чтобы тот посмотрел на свою отважную сестру. И только Эмили Болл нигде нет. Значит, Питер Чернов не ошибался…

Они подошли к лестнице, и как-то так само собой получилось, что Шон оказался впереди. Не колеблясь, он сделал шаг и отдал салют.

Адмирал Бенден со слезами на глазах вскинул руку к козырьку.

— Адмирал Бенден, — громко и торжественно объявил Шон, всадник бронзового Карената. — Позвольте представить вам отряд всадников на драконах!

КОММЕНТАРИИ

Аджаи, Джу — жена Пола Бендена

Акамото, Юро — пилот

Алхинва, Коббер — геолог, горняк

Алубуши, Свенда — геолог, жена Дрейка Бонню

Андиар (Телгар), Тарви — геолог, горный инженер, начальник горнодобывающего центра в Карачи

Архиед, Дези — заместитель Джо Лилиенкампа на «Йокогаме», отдел транспорта и снабжения

Афахис — агроном, партнер Цезаря Галлиани

Бенден, Пол — бывший адмирал космофлота, герой битвы при Сигнусе, капитан «Йокогамы», один из руководителей колонии

Битра, Эврил — пилот, астрогатор

де Брольи, Патрис — вулканолог

Болл, Эмили — бывший губернатор Первой Альфа Центавра, одна из руководителей колонии

Бонню, Дрейк — пилот

Габен — сенатор, помогавший при подготовке экспедиции на Перн

Габри, Анна — дельфинер

Галлиани, Марко — сын Цезаря Галлиани, всадник коричневого Дулита