– Да, – уверенно сказал смелый юноша. – Да, если никто не ворвется сюда тем же путем, каким проникли вы.
Джойра поднялась и подошла к окну. Двор между больницей и стеной академии был усеян сотнями мертвых тел фирексийцев, людей, виашино и гоблинов. Раммидаригааз покинул внутренний двор, отправившись на подмогу своей матери. Вместе они кружились над головами монстров, посылая вниз струи огня и серы.
– С этой стороны вам ничего не угрожает, если только они снова не разрушат стену, – произнесла Джойра, направляясь к двери. – Бой идет сейчас внутри академии. Они будут захватывать комнату за комнатой. Вы сможете остановить их?
– Да, – повторил юноша.
– Хорошо, – кивнула Джойра и выскочила в коридор.
Бои кипели по всей академии. Карн дрался в обсерватории, Тефери – в большом зале, Диаго – в кабинете мастера, Терд – в подвалах, Баррин – в башне. А сама Джойра отбивала атаки в Зале Созданных Механических Существ. Все они дрались, не позволяя неприятелю продвинуться хоть на дюйм вперед.
Временами в пылу сражения Джойра улыбалась своим мыслям: «Разве фирексийцы могут справиться с такими достойными противниками? Урза собирался строить новый летающий боевой корабль. Этот корабль надо укомплектовать лучшей командой».
Она непременно скажет об этом Урзе, если они оба переживут этот день.
* * *
Урза поднялся из грязи на дне каньона, сбросив со своей одежды ошметки мертвой рыбы и пучки речных водорослей. Мелкое озеро взбаламутилось от потока воды, хлынувшего в ущелье сверху. В фирексийском городе тем не менее все было спокойно. Баррин оказался прав. К'ррик послал всех дееспособных воинов в последнее сражение, желая наконец уничтожить ненавистную академию. В городе остались только команды стрелков, стража и те фирексийцы, которые не были способны преодолеть временной барьер. Предводителем, конечно, был К'ррик, в лаборатории которого наверняка имелась еще одна партия выращиваемых в чанах монстров. Урза не покинет это место, пока все они не будут мертвы. Десятилетия наблюдений позволили ему узнать местонахождение генетических лабораторий по производству мутантов. Они располагались глубоко под базальтовыми укреплениями, на которых стоял замок. Представив себе темную глубокую пещеру, он перенесся в нее.
Вереница чанов из дымчатого обсидиана тянулась из конца в конец лаборатории. Позади них стояли и другие резервуары, наполненные сверкающей маслянистой фирексийской кровью и плацентарной жидкостью. К'ррик, вероятно, заполнил эти сосуды, пустив в расход не одну тысячу своих сограждан. Тела убитых фирексийцев тоже не пропадали даром, их обычно крошили и перерабатывали на пищу для существ, растущих в чанах. Фирексийцы уже не появлялись на свет обычным путем, заменив естественное размножение искусственным. Зародыши теперь пожирали своих матерей изнутри. Уродливые существа внутри этих чанов оказались крайне расположенными к матереубийству. Хотя они еще не созрели, большинство из них уже достигло размеров человека. Они моргали мембранами больших склизких глаз, а их легкие дышали маслом. Узловатые плечи и мягкие когти были почти сформированы, ноги вполне походили на человеческие, хотя некоторые и вовсе не имели ног, от них остались только культи. Во многих темных чанах недожеванные останки свисали с полусформированных зубов слепых монстров: кого-то использовали в качестве закуски между основными кормлениями.
У Урзы эти картины вызывали отвращение. Он поднялся к потолку пещеры, чтобы не видеть больше содержимого страшных чанов. Оказавшись далеко внизу, они слились в нескончаемые ряды. Сто, пятьсот, две с половиной тысячи… Сеть костяных перекладин висела над каждым рядом. С них к чанам опускались механизмы, которые брали пробы блестящей маслянистой жидкости, спускали куски мяса на головы голодных созданий и удаляли отходы. Урза узнал знакомые детали двигателей, когда-то поднимавших в воздух его соколов. Теперь они использовались для машин-сиделок, ухаживающих за зародышами монстров.
Неудивительно, что в этот раз К'ррик послал в атаку целый город. Через год по местному времени и всего через несколько недель, которые пройдут снаружи, у К'ррика будет новая армия.
Урза поднялся из темного хранилища пещеры, раскрыл ладони и послал синие вспышки молний вниз. К сводам лаборатории поднялись большие столбы огня. Тела в маслянистой жидкости корчились, из их изогнутых клыков и ядовитых желез вырывались сине-белые искры. Пламя перекидывалось от пальца к пальцу, от сустава к суставу, пока не охватывало все существо.
Монстры бились в конвульсиях, взбалтывая масло, и этим еще больше разжигали огонь.
Еще мгновение – и пламя охватило их лысые головы, их плечи и бедра. Толстая кожа горела, трещала, сморщивалась и закручивалась, словно кора старого дерева. Плоть варилась, а кости взрывались. Один за другим воины армии К'ррика сгорали прямо в своих колыбелях. Наконец и сами эти колыбели начали взрываться, не выдержав перепада температуры. Осколки обсидиана и обугленные куски фирексийских тел полетели вниз в проходы.
Сверкнуло множество молний, взорвалось еще несколько рядов отвратительных чанов. Половина лаборатории была полностью разрушена. Урза задыхался, чувствуя, как его покидают силы. Конечно, он бы быстро оправился, ему и нужно-то всего одно заклинание, чтобы убить К'ррика. Но пока лаборатория не будет уничтожена полностью, нависшая над Толарией опасность не исчезнет. Синяя энергия заструилась, стекая с его пальцев, оранжевые столбы огня сверкали в темноте пещеры. Черные облака сажи и дыма поднимались к сводам. От такого нечеловеческого напряжения у Урзы закружилась голова. Он взорвал последние чаны и стал наблюдать, как их обитатели догорают, словно в погребальных кострах.
Это должно спугнуть К'ррика.
Урза перестал дышать. Воздух в таком месте, должно быть, насыщен ядами. Он устало взглянул на хранилище. Что-то двигалось в его сторону, что-то серебристое, быстрое и…
Крик механического сокола несся сквозь едкий дым, огонь и масло. Урза поднял взгляд как раз вовремя, чтобы увидеть жестокие глаза убийцы, вспыхивающие над острым хищным клювом.
Удар.
Урза рухнул на маслянистые осколки. В его животе копошился стальной монстр, превращая внутренности в месиво и кроша кости на мелкие кусочки. Скулящий звук его рубящего механизма ни с чем невозможно было спутать. Существо рвало хищным клювом мускулы и вены. Вот оно уже добралось до ребер и продиралось к позвоночнику.
Неимоверным усилием воли Урза остановил поток крови, пытаясь восстановить свои ткани и органы. Однако механизм был слишком быстр. Он снова с легкостью разрушал все, что восстанавливал Урза.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
