падая на пол. Сила заметалась во мне словно взбешенная и ядовитая змея, готовая вцепиться в кого-то и брызнуть свой яд.
Я решительно шагала по коридору замка, и все кто попадался на пути, натиском падали на пол, гремя доспехами, а другие просто уже отступали, понимая, что не в силах мне противостоять. За мной шел Раил и его свита, громко чеканя сапогами по мраморному полу. Выйдя в большой зал, перед нами возвышалась огромная лестница покрытая синим бархатом. Массивные каменные перила и гигантские люстры, которые начали пошатываться от каждого моего шага.
Я шла по темным переходам, словно знала весь этот дворцовый лабиринт наизусть. Мне не составило труда найти короля, хотя нашла его во все не я, а скорее моя сила. Никто из присутствующих в небольшом зале ни как не ожидал увидеть меня. Это читалось по их удивленным лицам.
— Король… — сделала реверанс и прошла незамедлительно в зал.
— Жрица, у меня нет на тебя времени, — высказался небрежно и повернулся к огромной карте, что занимала большую часть стены.
Взгляд присутствующих заметался по сторонам. Король в открытую выказал свое неуважение к нареченной дочери Богов. А это все равно, что выказать неуважение Богам Стихий. Кажется, кто-то еще верил и даже боялся. И большая часть присутствующих мужчин сделали реверанс в мою сторону.
— Непочтительно с вашей стороны, — сказала мягко в широкую спину. — Я пришла с одной единственной целью — прекратить войну.
Король рассмеялся, а после обратил на меня свое внимание, повернувшись ко мне и одарив насмешливым и пренебрежительным взглядом.
— Беременная жрица… — потер он свою седую бороду. — Какой, говорите, Высший маг вас оприходовал? — бессовестно ухмыльнулся он.
— Перед вами дочь Богов, — старалась держаться спокойно, сжав пальцы в кулак.
— На словах! Убирайся, — махнул на меня рукой. — Стража! Выведите ее!
— Я пресытилась вашей грубостью…
В зале резко похолодало. Стекла приняли красивый белоснежный узор, а стены покрылись снегом. Бороды присутствующих покрылись инеем, и только когда один из присутствующих поскользнулся и упал, все мигом обратили на меня более пристальное внимание. В зал ворвался Раил, который отстал от меня где-то в коридоре и удивленно уставился на меня.
— Что происходит? — выдохнул он, так же ощущая холод.
— Вот и мне хотелось бы знать, какой Бездны тут творится? — заорал король и приземлился на пятую точку. — Это твоих рук дело?
Я посмотрела на свои руки. Потом снова на короля. Несколько мужчин скользя по полу, начали извиняться и откланиваться. Я не стала их задерживать. Они мне были не нужны.
— Я пришла с одной единственной целью — прекратить войну, — снова повторила слова.
Король поднялся, держась за край стола и выдыхая пар, продолжал злостно сверлить взглядом то меня, то Раила.
— Высший маг, разве тебе не велено защищать границы от вторжений монстров?
— Я не подчиняюсь не чьим приказам, — произнес Раил.
— А мне плевать! И плевать, что происходит с людьми за этими стенами! Бунтовщики, эмигранты с других империй — мы перережем всех, а после двинемся на Южную сторону. Я слишком давно к этому готовился! Я знал, что однажды Боги Стихий отвернутся! Сильный тот, кто силен и без магии! За все происходящее винят Богов Стихий! Неужели ты, жрица, думаешь, что маги после потери силы будут рады тебе и твоему ребенку? Грядет новая вера, и Богам Стихий в ней нет места!
— Знаете, что следует после предательства к своим Богам? Незамедлительная кара…
В две секунды лед, словно живой, покрыл тела смертных. Ледяные статуи, не устояв на месте, упали и разбились на множество кусков прямо к моим ногам.
Глава 47. Таира
Кто ближних обирает без стыда,
Напрасно молит у Небес прощенья.
Обман — людской порок. И он всегда
Карается Творцом без промедленья.
И гнусный лжец, и бессердечный тать
В Аду познают страшные мученья,
Где не сойдет к ним Божья благодать. (Данте)
— Ты убила монарха и герцогов, — заявил Темный позади меня. И был это совсем не Раил.
— Нет, Агросс, они сами себя убили, выбрав не того Бога, — развернувшись на пятках, и задрав голову повыше, я зашагала прочь, но Темный схватил меня за запястье. Дернуть на себя не посмел, просто остановил и взглянул на мою руку, огладив ладонь большим пальцем.
— Я всегда знал, что ты особенная, — он говорид спокойно, и от этого я еще пуще чувствовала угрозу. — Я знал, что все, происходящее в Чертогах твоих рук дело.
— И что же там такого творилось? — даже не попыталась вырваться.
— Весь этот снег, — бросил он небрежно. — И лед. Будь человеком, Таира, верни смертным тепло, — улыбнувшись, он склонился ко мне и наши лица оказались на одном уровне.
— Что, замерз, полубог? — не удержалась от ехидничества, на что получила оскал в ответ. — Если мне потребуется убить того, кто угрожает мне и моему ребенку, я сделаю это даже не моргнув.
— Видишь, Таира, мы с тобой не чем не отличаемся. Я очищаю мир от неверных, гнилых и порочных. Ты так же желаешь смерти тем, кто порочит эту землю и тебя.
— Если бы ты не искушал людей, этого бы не было.
— Нельзя искусить того, кто предан своему Богу, — выдохнул мне в губы, едва коснувшись их.
— Я же сказала держаться от меня подальше.
— А я думал, ты перестала меня бояться.
— Теперь бояться должен ты. Ведь я знаю, что делает тебя уязвимым.
— Ты знаешь, что я люблю тебя, — прошептал еле слышно. — И метка не играла и не играет никакой роли. Ты моё слабое место. А я знаю твоё слабое место, — он положил свою руку мне на живот и тут же резко шарахнулся от меня прочь, словно его ударило током. Схватившись за запястье, он обругал меня на древнем языке, демонстрируя обледеневшую руку.
— Как видишь, Агросс, у меня нет слабых мест.
Когда мы с Раилом и другими магами покинули замок, в Сургане началась метель. И мрачная грязная столица была покрыта белоснежным покрывалом. Что предпримет Агросс, я не знала, но предположила, что он позволит себе занять место короля. Все «Высшие маги» могли позволить себе занять места монархов. Как ни как, они обладали силой большей, нежели смертные. Но сейчас этот вопрос меня волновал в меньшей степени, ибо держали мы путь в Южную империю.
Там все было не так плохо как в Западной. И король Роберт Ван Дер Делагарди был более сговорчив. Более того, принял меня очень радушно. Как только я продемонстрировала ему свою силу, к которой
