что воткнулся ребром камень древних. Успела швырнуть! Да как сильно – вошел совершенно без брызг. А Яру еще лететь и лететь…
Вода! Вытянувшись стрелой, в глубину. Вон он компас – падает к далекому дну. И как быстро. Лягушкой – руками гребок, со всей силы ногами. Еще толчок! Еще! Еще! И еще! Яр локтей пятьдесят плыл со всей скоростью, на которую был способен, но затем стало ясно, что спешить больше некуда. Камень ему не догнать. Оставалось проверить, не врала ли Сара про глубину здешних вод.
Не врала. Минут пять он упрямо боролся с все нарастающим давлением на виски и глаза. Затем, осознав, что компас из виду пропал, а на дно нет по-прежнему даже намека, сдался и повернул обратно.
Поверхность встретила долгожданным воздухом и ором на разные голоса: продолжающая болтаться на вихре, богиня сыпала оскорблениями и проклятиями, поминая защитный купол, на кого-то ругался Эркюль, Теннарий с Монком пытались его остудить, Аника старалась объяснить Саре, какую глупость та совершила, бубнеж обсуждавших произошедшее солдат висел облаком.
– Ну как? – десятки взглядов устремились к нему.
– Бесполезно. Дна здесь словно нет вовсе.
– Вот сука! – взревел Дамаран. – Все зря! Все труды! Все жертвы!
– Ты за это ответишь, – процедила сквозь зубы Аника. И от взгляда, которым миниатюрная Вечная одарила пленницу, у Яра по телу прошла волна дрожи. Такой он любимую прежде не видел. Мгновенно пришло понимание: сейчас Сару начнут медленно убивать.
Но у той словно вихрем на пару с разумом отшибло весь страх. Одноглазая дико захохотала. Да так громко, что все на миг замолчали.
– Я отрежу тебе руки, ноги и все, что хоть немного торчит, – пришел первым в себя Дамаран. – Вырву язык и заставлю все это съесть. Ты хотела жить, сука? Ты будешь жить долго!
– Осел! – на мгновение прервала хохот Вечная. – Сейчас ты отпустишь меня и будешь уговаривать простить себя-дурака.
– Ко мне ее! – забыв, что в таком тоне отдавать Канту приказы не стоит, взревел Эркюль. – Порежу на ремни! Свои кишки жрать заставлю!
Теннарий естественно никак не прореагировал на крик соорденца. А вот Анику последние слова Сары насторожили. Взобравшись на борт, Яр успел заметить, как глаза Вечной щурятся в подозрении.
– Ну и чем же ты собралась откупаться? – выкрикнула она. – В этом мире для нас сейчас вряд ли найдется что-то более ценное, чем утопленный тобою предмет.
– А вот им и откуплюсь, – в миг посерьезневшим голосом сообщила богиня.
На мгновение все опять замолчали. Яр судорожно перебирал в голове способы поднять артефакт со дна. Что-то они упустили. Нет. Быть не может. Наверное, Саре известен какой-то секрет. Возможно у нее припрятан какой-нибудь предмет древних, позволяющий дышать под водой, или что-то еще в этом роде.
– Что? Что ты сказала? – Похоже, Дамаран напрочь забыл про свои угрозы – столько надежды было в его дрогнувшем голосе.
– Теннарий, подтяни ее поближе, пожалуйста, – попросила Аника.
Кант быстро укоротил луч до трех ярдов, и давно переставшая извиваться Сара повисла перед ними.
– Мы слушаем тебя.
Владычица запада победно улыбнулась, в первую очередь Дамарану. Гляди, мол – переиграла тебя-дурака.
– У меня есть другой компас, – сходу удивила она Яра и, судя по выражениям лиц, не только его. – Спрятан на берегу в скалах – без моей помощи никогда не найти. И пытками, сами понимаете, здесь вопрос не решить. У вас просто нет выбора. Радуйтесь, что я не прошу большего.
– Император откажется заключать с тобой мир, – покачала головой Аника.
– Это уже будет ее проблема, – сдался Дамаран. – Орден Мудрости свою часть сделки выполнит – за это ручаюсь. Я лично доставлю пленницу к границе Сарии, если таковая еще будет существовать к моменту нашего возвращения.
– Мне большего и не надо, – довольно произнесла Сара. – Если орден останется в стороне, с Юлианом я договорюсь как-нибудь. А не получится, так вы ничего не теряете.
– По рукам, – кивнула Аника.
– Мое слово у тебя, как ты понимаешь, есть тоже, – процедил Эркюль, признавший свое поражение.
– Клянусь званием магистра и своим именем, – торжественно проговорил Теннарий.
– У меня есть начальство, – кивнул на советницу императора Монк, подтверждая свое согласие, но при этом показывая и свое отношение к сделке.
– А вот твои обещания, солдатик, меня как раз мало интересуют, – презрительно бросила Сара. – Пусть лучше господин-лучник-ныряльщик свое слово даст.
Яр зло зыркнул на Вечную исподлобья. Издевается? Или держит за одного из магистров? Сомнительно. Дамарана-то явно знает в лицо. Наверное просто видя в нем сына Бури, хочет обезопасить себя как можно сильнее. Ну и пусть. С него пару слов сказать не убудет.
– Обещаю следовать договору, – наконец, думая совсем о другом, выдал он, как ему показалось, наиболее подходящую фразу. Прозвучало спокойно – без фальши, без вызова. Но почему-то Сару не устроили его слова. Да и другие Вечные каким-то непостижимым образом сразу почувствовали его неискренность. Аника глянула удивленно, Теннарий неодобрительно, Эркюль так и вообще зло.
– Издеваешься? – Подняла брови – в том числе и над отсутствующим глазом – бессмертная. – Тебя что не устраивает? Остальные же дали согласие.
– Ладно, ладно, даю слово, – не оставив Саре времени на размышления о природе его поступка, быстро проговорил Яр. В этот раз совершенно искренне. Надо же, не врал Дамаран, рассказывая, что Вечные чувствуют прямой обман. В клятве-то полуправдой никак не отделаться. Тут либо да, либо нет. Никогда ему не догнать северян с их опытом общения с себе подобными.
– Значит, договорились. Опускайте меня – тошнит уже в этой дряни висеть. Да и время уходит – нужно поскорее валить из залива. А то нашумели мы славно.
– В смысле валить? – возмутился Теннарий. – Корабль требует ремонта. Здесь разве нет выхода на берег?
– В том-то и дело, что есть, – вздохнула Сара. – И очень даже обитаемый берег. Нас уже наверняка заметили, и скоро приплывут.
– Пусть плывут, – усмехнулся Эркюль. – Видели мы их лодочки.
Владычица запада, которую Кант, наконец-то, поставил на палубу, картинно надула щеки.
– Ну вы даете. Плаваете тут по здешним морям и ничего не знаете. Сейчас они такую лодочку призовут, что мало не покажется. Скорее гребем отсюда, или как вы там эту тушу заставляете двигаться. Починка подождет.
Вечные переглянулись.
– Хорошо, – неуверенно произнесла Аника. – Возвращаемся в море. Теннарий, оживляй ветродуй.
– А компас? Нужно же забрать компас! – встрепенулся Эркюль.
– Он не здесь, – отмахнулась богиня. – Я вас еще сутки назад заметила. Все это время гребла. Компас в сотне миль к северу отсюда. Придется за ним вернуться.
– Сто миль после пройденных тысяч для нас пустяк, – натянуто пошутила Аника. –
