И в этот момент она осознала, что они наконец осуществили их брачный союз, хотя и таким безумным, извращенным способом. И стали настоящими мужем и женой. Эта мысль помогла ей справиться со стыдом.
– Я не хочу больше привязывать тебя, но мне понравилось использовать это кресло, – кокетливо проговорила она. – Это возбуждает. Мы сможем когда-нибудь снова так поразвлечься?
Он рассмеялся, взъерошенный и невыносимо красивый.
– Я купил несколько таких кресел, так что мы можем по ставить их и дома, и в офисе.
– Действительно, в доме есть такое же кресло, но оно стоит в комнате для гостей. – Она хитро улыбнулась. – Я распоряжусь, чтобы его перенесли в мою спальню.
Он вдруг стал серьезным:
– Может быть, теперь твоя спальня станет нашей?
Она обдумывала ответ, изучая темные закоулки своего сознания.
– Почему бы и нет? У меня такое чувство, словно рухнула стена. Возможно, несколько обломков еще остались лежать между нами, но самое плохое позади.
– Я так рад! – воскликнул Гэвин, боясь, что она передумает. – Мне так нравится делить с тобой постель. Нравится, когда ты рядом. – Он улыбнулся. – И еще мне очень приятно, что ты решила работать в этом офисе.
Его слова вернули ее на землю. День незаметно перешел в вечер, и они давно опоздали к ужину. Она с трудом слезла с его колен. Забираться на них было куда проще, но он помог ей, поддержав за талию.
Она наклонилась, чтобы освободить его ноги.
– Еще раз прости, Гэвин, не знаю, что на меня нашло. Это одна из самых глупых шуток, которые когда-либо приходили мне в голову, – покраснев, призналась Алекс.
Он поднялся на ноги, взял ее руку и нежно поцеловал.
Она расслабилась и успокоилась.
– Как я могла обвинять тебя в непонимании? – прошептала она. – Ты понимаешь больше, чем любой мужчина, и за это я очень тебя ценю.
Глава 30
К тому времени как они привели себя в порядок, стало уже совсем темно. Гэвин был рад, что захватил фонарь, ему никогда не приходилось видеть улицу такой пустынной. Они покинули склад и направились к городской конюшне, где их поджидала карета, чтобы отвезти домой.
Пустынность улиц дала ему возможность обнять Алекс за талию, хотя после того, что только что произошло, он мог сделать это в любой обстановке. Несмотря на горький привкус их сексуальной близости, они были веселы, взбудоражены и не могли оторваться друг от друга. Гэвин размышлял о предстоящей ночи. Теперь он сможет обнимать ее до утра. И может быть, они сделают еще одну попытку, если та стена в ее сознании действительно рухнула.
Она обняла его за талию.
– Чему ты улыбаешься? – Он поцеловал ее в висок.
В рассеянном свете фонаря он видел, как она покраснела. Ее волосы были прелестно взъерошены. Он поцеловал ее снова, радуясь, что не ошибся, когда еще на Мадуре понял, что она страстная натура. Он надеялся, что теперь они смогут до конца познать друг друга.
Неожиданно из темноты аллеи вынырнули несколько матросов, по их шатающейся походке нетрудно было догадаться, что они возвращались восвояси после весело проведенного времени в портовой таверне. Гэвин, настороженно глядя на них, оттеснил Алекс к стенам домов, но сделал это скорее автоматически. Хотя в трущобах Ист-Энда собирались подозрительные личности, на территории складов эксцессов, как правило, не происходило, да к тому же констебли из городского управления полиции регулярно патрулировали этот район.
Матросы почти поравнялись с ними, когда один из них, тот, что шел впереди, внезапно вытащив нож, бросился к Гэвину с криком:
– Это он!
Инстинктивно прикрыв собой жену, Гэвин увернулся от ножа и отбил удар другого мужчины. Бросив фонарь, чтобы освободить руки, он схватил руку обидчика и заломил за спину так, что раздался хруст сломанной кости. Матрос взвыл от боли, а Гэвин толкнул его к товарищам, словно тяжелый куль.
Основной принцип восточной борьбы заключается в умении одному отбить атаку нескольких человек. Гэвин прошел хорошую школу под руководством Сурио, и сейчас эти навыки ему пригодились. Второму бандиту он сломал шею и обезвредил третьего сильным ударом по ноге. Алекс была в опасности, и именно поэтому он не щадил никого. Вдруг она закричала:
– Гэвин, сзади!
Он круто развернулся, жалея, что у него нет с собой оружия. Левой рукой он блокировал занесенный над головой нож и, сделав стремительный захват, бросил своего противника на кирпичную стену. Бандит сполз на землю и потерял сознание. Алекс в страхе попятилась, когда жилистый мужчина с плотоядной улыбкой начал приближаться к ней. Гэвин готов был уже кинуться на помощь, но она ударила своего обидчика в пах и, пока он катался по земле, завывая от боли, выхватила нож из его руки.
– Эй, там! – послышался властный окрик сразу же после пронзительного звука полицейского свистка. Внушительный силуэт констебля вырос на перекрестке, его раскачивающийся на ветру фонарь отбрасывал в стороны причудливые тени.
– Полиция! – крикнул кто-то из бандитов, и оставшиеся в живых бросились наутек, спотыкаясь, пошатываясь и зажимая раны. Констебль бежал за ними, приказывая остановиться.
– Алекс! – Гэвин кинулся к ней, еще не осознав, что из его левой руки течет кровь. – Ты в порядке?
Она неуверенно кивнула:
– Да. А ты?
– Все обошлось. – Он обнял ее, и только сейчас ему стало по-настоящему страшно.
– Я дала ему сдачи, – сказала она. – На этот раз я сумела за себя постоять.
– И у тебя это получилось отлично. – Он прижал ее к себе, содрогаясь при мысли, что могло случиться, если бы он не сумел ее защитить.
Вернулся констебль, помахивая дубинкой и тяжело отдуваясь.
– Как вы? Все целы?
– Вроде да, – ответил Гэвин.
– Что случилось, сэр?
– Мой офис как раз над складом, – объяснил Гэвин. –
Обычно мы с женой возвращаемся раньше, но в этот раз… заработались и забыли о времени. Мы шли к карете, когда на нас неожиданно напали эти пьяные матросы.
Констебль наклонился над двумя мужчинами, которые не смогли убежать. После беглого осмотра он выпрямился.
– Они оба мертвы, – сообщил он, подозрительно глядя на Гэвина. – Вы сделали это голыми руками?
– Мертвы? – Гэвин покачал головой. Ему стало тошно от мысли, что он убил двух людей, вовсе не желая этого. Хотя он и раньше использовал определенные приемы в целях само обороны, но никогда еще не убивал людей. – У них были ножи.
– Это я вижу, но от них не пахнет спиртным. Странно… они не похожи на подвыпивших матросов. – Констебль развел руками. – Вам придется пройти со мной в участок. Я должен составить протокол.
Два каких-то тусклых предмета валялись на земле. Гэвин наклонился и поднял их. Заметив его изумление, констебль спросил:
