Из числа тантрических "магов" выделяется фигура Нагарджуны – средоточием алхимической традиции. Вполне возможно, что это вовсе не тот Нагарджуна, который известен как метафизик и логик, но в данной работе нас этот вопрос не занимает, мы берем только легенды о тантрическом алхимике. Из материалов, собранных М. Уоллесером, явствует, что Нагарджуну наделяют сиддхи божества и якшини (демоны растительности); он получает эликсир жизни и "алмазное тело" (магическая транссубстанциализация через тантрические практики). Среди многочисленных "сил" (сиддхи), которыми он владеет, фигурирует и искусство делать золото. Раз, когда был голод, Нагарджуна сделал золото и обменял его слитки на зерно из дальних стран. Слава о маге и алхимике Нагарджуне перешагнула через границы тантрической традиции. В "Катхасаритсагаре" Сомадевы (XI в.) говорится, что Нагарджуне, советнику Хирайуса, удалось приготовить эликсир бессмертия, но Индра повелел ему не давать никому этот эликсир. В "Прабанд-хачинтамани" повествуется, как удалось Нагарджуне изготовить некий "эликсир", чтобы летать по воздуху.
По легендам такого рода, конечно, не восстановишь биографию Нагарджуны. Тем не менее они имеют смысл и ценность, поскольку помещают алхимию в один ряд с магическими силами (сиддхи). Не исключено, впрочем, что легенда о рукотворном золоте имеет реальную основу в различных наблюдениях над металлургическими процессами. В "Расопанишаде" говорится, что Нагарджуна увидел в княжестве Малабар, как извлекают золото из золотоносной руды. Вполне возможно, что легенда сохранила, в искаженном виде, какие-то металлургические манипуляции Нагарджуны (или персонажа с его именем). С другой стороны, не стоит забывать, что тантрист Нагарджуна более связан со средой, где практикуют аскезу и магию, нежели со светской. Несть числа алхимическим и тантрическим трактатам, авторство которых приписывается ему, причем из алхимических под его именем в Индии фигурируют самые важные.
Впрочем, не в одних только тантрических книгах говорится о способности аскетов делать золото. В руководстве по хатха-йоге "Шива-самхита" утверждается, что йогин может превратить в золото любой обыкновенный металл, натерев его своими экскрементами и мочой. В "Йогататтва-упанишаде" алхимия упоминается как одно из препятствий, которые начинающий йогин встречает на первых стадиях своей практики, тем не менее в сиддхи заносится там и умение превращать железо в золото с помощью человеческих выделений.
В индийских народных преданиях и легендах настойчиво повторяется мотив получения золота из бронзы или из других металлов с помощью некоего растительного декокта, секрет которого знали аскеты. "Помню с детства, – говорит Девакандре знаменитый монах-джайнист Хемакандра, – как медяшка, натертая соком из листьев одного куста.., и нагретая на огне по вашим наставлениям, превратилась в золото. Поведайте нам, как называется этот куст и каковы его приметы и все прочие необходимые подсказки". Из того же собрания легенд мы узнаем об одном монахе, который добывает жидкий эликсир из горы Райватака и обретает способность все, к чему бы он ни прикоснулся, превращать в золото.
Итак, мы можем констатировать тесную связь между алхимией и тантризмом. Знания по неорганической химии – принесенные исламом или открытые в самой Индии, – встречаются в санскритской литературе и до тантризма. Но не эти научные вкрапления интересовали тантристов, а алхимическая "мистика", космическая или мифологическая ценность металлов, сотерическая роль алхимических операций. Через поиск эликсира жизни алхимия сближается с мистикой и с любой другой индийской духовной техникой, посредством которой достигалось бессмертие; и тем более с тантризмом и хатха-йогой, имевших целью обретение здорового и бессмертного тела.
Как уже было сказано, влияния исламской алхимии на индийскую не стоит преувеличивать. Буддийские памятники сохранили свидетельства того, что алхимию знали в Индии задолго до начала какого бы то ни было исламского влияния. В "Аватамсака-сутре", которую хронологически можно поместить приблизительно между 150 и 350 годами (переведена на китайский Сикшанандой в 695-699 гг.), говорится: "Есть растительная жидкость под названием хатака. Один лян этой жидкости может превратить тысячу лян бронзы в чистое золото". А в "Махапраджнапарамитопадеше" (переведена на китайский Кумарадживой в 402-405 гг.) есть дополнение: "При помощи снадобий и заклинаний можно превратить бронзу в золото. При толковом употреблении снадобий можно превратить серебро в золото, а золото в серебро. При духовной силе человек может превратить в золото глину или камень". Эта духовная сила – не что иное, как сиддхи йогинов и тантристов. Из текстов буддийского канона мы вправе сделать два вывода: первое, что индийская алхимия существовала и до исламского влияния; второе, что она примыкала к мистическим техникам (снадобья, заклинания, духовные силы), а не к опыту предхимическому, научному.
Факт влияния исламской (т, е, александрийской) алхимии на индийскую аргументировался открытием в Индии ртути лишь после мусульманского завоевания. Но дело обстоит не так просто. Даже если бы расцвет алхимии в Индии начался с открытия и освоения ртути, все же много раньше там существовала-мы это констатировали-"собственная алхимия" (расаяна), на которую ислам влиять не мог и которая выполняла ту же мистическую функцию, что и китайская алхимия: искала пути к продлению жизни и бессмертию. Однако давайте посмотрим, действительно ли ртуть (в той роли, какую она играла в химических процессах) была принесена в Индию мусульманской алхимией.
На самом деле ртуть известна в Индии еще с IV в, н, э., которым датируется так называемый "Манускрипт Бауэра", самый древний санскритский трактат по медицине, дошедший до нас. Примечательно, что одна из глав этого трактата содержит рецепты, как прожить "тысячу лет", а другая разбирает свойства чеснока продлевать жизнь. Людерс и Р. Мюллер, правда, считают, что термин раса из "Манускрипта Бауэра" относится не к ртути, тем не менее проблема решена не окончательно. Некоторые ученые утверждают, на основании политического трактата "Артхашастра" (III в, до н, э.), что ртуть известна в Индии именно с тех времен; но, возможно, соответствующий пассаж был вставлен в трактат позднее. Так или иначе, мнение большинства востоковедов и историков науки (А. Кейт, Людерс, Руска, Стейплтон, Р. Мюллер, Липпманн), что ртуть и алхимическую практику, с ней связанную, открыли для Индии мусульмане, следует пересмотреть в свете новейших исследований. Ртуть играла существенную роль в тантризме, при этом известно, что регионы, где процветал тантризм, менее всего подверглись влиянию ислама. В некоторых тантрах ртуть называется "производящим принципом" и даже даются советы, как изготовить из ртути фаллос Шивы. Поскольку датировку тантр начали уточнять лишь в последнее время, не исключено, что многие из них окажутся домусульманскими; а если так, то "сакральное" употребление ртути в Индии идет вовсе не от арабов. В "Кубжика-тантре", древность которой не может быть подвергнута сомнению, Шива говорит о парада (меркурии-ртути) как о своем жизнетворящем принципе, который, будучи "закреплен" шесть раз, заслуживает всяческих похвал.
Это "закрепление" имеет и чисто химический смысл – особенно в более поздних текстах, когда метафизическая функция алхимии стала уступать место лабораторным опытам; "закрепление" (или "убиение") означает кальцинирование ртути, известное и в европейской алхимии под названием "фиксация" или "коагуляция". "Мистический" смысл фиксации ртути иногда расшифровывается в текстах. Снижение летучести этого священного металла имеет "духовную" ценность: принцип динамический, мобильный превращается в принцип статический, божественный. Снижается, "пресекается" мобильность психоментального опыта; освобожденная душа точно так же статична, как "фиксированная" ртуть. Так алхимическая операция приобретает сотерическую подоплеку. Воля к святости благочестивого человека, его желание пресечь суету обыденной жизни души и добиться совершенной, статичной автономии души освобожденной выражается через алхимические операции и символы. Поиск "фиксированной" ртути есть, таким образом, тот же поиск "освобождения" души, ведущего к бессмертию. Именно этот, сотерический смысл более всего очевиден в алхимических тантрах.
Во всех текстах восхваляется "мистическая" действенность фиксированной ртути. В "Суварна-тантре" говорится, что, съев "убитую" (наштапишта) ртуть, человек становится бессмертным; одна часть такой "убитой" ртути может превратить сотню тысяч частей живой ртути в золото. Даже урина и экскременты алхимика, принимающего такую ртуть, могут превращать медь в золото. В "Рудраямала-тантре" утверждается, что процесс "убиения" металлов был открыт Шивой и передавался адептами из поколения в поколение. Шива – бог по преимуществу тантрический; техники, которые он открывает, – всегда мистические, сотерические.
