искрами вылетали камни.
Встречных демонов она просто игнорировала, а если они были совсем по дороге и проявляли агрессию, тут же налетала и сбивала с ног.
Система не просто так дала её расе второй шанс! Пусть их всего тридцать тысяч, с короной Повелителей демонов они сумеют отбить у гоблинов лучшие земли, а потом навязать мир на своих условиях!
Да, преследователи близко, но они решают свои проблемы, а если кто-то попробует её догнать, то…
Додумать мысль Калан Мар не успела. Сзади раздался громкий свист, и в следующий миг над ней пронеслась огромная тень.
Плинт резко остановилась и, вскочив на ноги, выхватила оружие. Мать Валанса! Что это⁈
В небе перед ней закладывал крутой вираж десятиметровый чёрный дракон. На спине его сидели трое наездников.
Великолепное восприятие без труда позволило Калан Мар рассмотреть их лица. И её сердце в отчаянии сжалось. Первым сидел и не отрывая взгляда смотрел на неё Магнус, легендарный многоликий и её главный соперник в гонке за корону.
Вот только почему он разворачивается, а просто не улетает на этой громадине? Хочет на всякий случай убить её? Ха! Большая ошибка! Лучше бы ты просто мчал вперёд, старик.
Калан Мар оскалилась и приготовилась встречать атаку, но её не последовало. Дракон пролетел в стороне совсем низко над землёй, и сейчас с него спрыгнули двое гоблинов.
— Приветствуем легендарную воительницу! — крикнул престарелый гоблин, и если до этого плинт сомневалась, то сейчас по практически не изменившемуся за шестьдесят лет голосу и сиянию уверенных глаз она узнала Жунг Па Рака. Единственного представителя этой мерзкой расы, которому она не желала смерти.
Рядом с ним стояла самка их грязного рода. Калан Мар вскользь окинула её взглядом, но уже через секунду снова впилась в карие глаза.
До жути знакомые карие глаза, при виде которых Калан Мар накрыло настолько мощной волной ярости, что она мгновенно забыла про умчавшегося на драконе Магнуса.
— Кто ты? — прошипела она, чуть приседая и готовясь в любой момент атаковать.
— Я Марингх, — тихо произнесла гоблинша. — Дочь Миланса Второго, и я…
Дальше Калан Мар не слушала, её глаза застила кровавая пелена, и она атаковала.
От автора:
Дорогие друзья! История приближается к развязке. Я работаю над тем, чтобы ничего не забыть и всё сделать красиво, поэтому главы будут выходить раз в 3–4 дня. А самые последние выйдут разом. Точный срок выхода следующей главы будет в закрепленном комментарии.
Глава 24
Я оказался в крошечной комнате, а присмотревшись, понял, что попал в тюремную камеру. Каменные стены, пол и потолок, дверь, почему-то закрытая на засов изнутри, и откинутая койка на толстых цепях. На ней, одетая в простые хлопковые штаны и рубашку, сидела Клари.
— Это какой-то перформанс? — спросил я, присаживаясь рядом.
— Пер… что? — фиолетовые глаза удивлённо захлопали.
— Ну, это такое представление, где ещё зрители участвуют, и, как правило, с непредсказуемым финалом.
— Точно он, — девочка усмехнулась. — Рада, что ты пришёл.
— А я рад, что ты не бегаешь тут кругами с криками: «А-а-а, мы все умрём!»
— Я бы бегала, если бы была надежда, что это поможет. А если ты про то, что я не тороплюсь, так это изолированный от мира кусок. Пока мы здесь, время не идёт.
— Это хорошо, — я устало откинулся на прохладную каменную стену. — Специально это место сделала, чтобы меня встретить?
— Нет. Специально его сделала, чтобы дожить до твоего прихода.
— Все настолько плохо? — я достал из инвентаря две бутылки вина и, вытащив из обеих пробки, передал одну девушке.
— Продукт только на меня переводить, — усмехнулась она, но тут же сделала глоток. — Да, всё очень плохо. Это последнее место в подземелье, до которого не добрался Зааркан.
— То есть он уничтожил всё, что ты сделала и за что ты отвечала?
— Он уничтожил меня, но об этом позже… — Клари снова приложилась к бутылке, и я последовал её примеру. — Сейчас он активно ломает саму систему.
— То есть скоро он тоже воскресит всех мёртвых, только сверху?
— Нет. Через меня он сразу подобрался к её ядру и сейчас ломает защитные системы вокруг него. Когда он это сделает, система просто отключится.
— И зачем ему это? Ну, кроме личной ненависти?
— А этого разве недостаточно? — снова удивлённо подняла на меня глаза Клари.
— Да достаточно, в принципе, — я пожал плечами. — Просто никогда не поверю, что эта падла не предусмотрела себе сытную жизнь после того, как всё это закончится.
— Думаю, предусмотрела, — сверкнула глазами девушка. — Когда система исчезнет, люди перестанут качаться. Не знаю, сохранятся ли в мире магия и умения. Да и будут ли работать артефакты… Но даже если так, у Зааркана всё равно останется Гринтахорт.
— А он будет работать?
— Он автономный. Если оставить ему источник энергии, то будет. Тогда Зааркан станет самым сильным существом в мире, где его конкуренты больше не будут развиваться.
— А если магия и артефакты всё-таки отключатся…
— Тогда он станет богом этого мира.
— Пожалуй, стоящая награда, — кивнул я и залпом опустошил половину бутылки. — И жить разумным под его «талантливым руководством» придётся до тех пор, пока он не помрёт.
— Во-первых, это может быть очень большим отрезком времени, а во-вторых, зная его, он не допустит, чтобы после его смерти Гринтахорт попал в руки того, кто сможет всё восстановить. Скорее всего, он его просто уничтожит.
— Или он уничтожит мир.
— Или мир.
Глаза Клари потухли, и сейчас вместо ярко-фиолетового свечения я видел лишь чёрные провалы.
— Ты чего! — я
