В Сальцево въехали с рассветом, вроде как заря новой жизни нас встретила. После того, как проехали тамошнее КПП, вроде как даже полегчало. Гоняться там за нами будет уже проблематично, нравы здесь жесткие, местные чужим хулиганить не дают. Всю дорогу я натягивал на себя оторванный от полушубка лоскут, когти хмыря как ножами прошлись, безнадежно загубив хорошую вещь. Теперь новый тулупчик покупать придется.
После КПП Федька вел машину аномально медленно, видать и его отходняк накрыл. Мы с Настей тоже сидели молча, нахохлившись и привалившись друг к другу, чтобы совсем уж холод не донимал. И когда машина остановилась возле «Купеческой», я с удивлением обнаружил, что ног под собой совсем не чую. И не от холода даже, хоть он тоже повлиял, а от какого-то тихого отупения, совсем всяких душевных сил лишился.
– Ты чего? – спросила Настя, с удивлением глядя на то, как я поднимался с дощатого пола кузова словно столетний старец.
– Водки хочу, вот чего, – пробормотал я. – А потом проспать сутки. Сил никаких не осталось.
Она с удивлением подняла брови, но ничего не сказала. Может и вправду поняла меня. Правда, чуть позже мнение высказала:
– Сначала поспи, а потом ладно, можешь и водки. Я даже с вами посижу.
– Эх, как я тебя все же люблю, – сказал я со всей возможной признательностью, притянув ее к себе за плечо.
Номера в гостинице нашлись. Молодой крепкий парень в уже традиционной безрукавке из дубленной овчины, больше похожий на бандита, чем на клерка, внешне, со стриженной головой и набитыми костяшками кулаков, но при этом безукоризненно вежливый, полистал толстый журнал записи постояльцев, затем выложил на стойку два ключа с большими бирками, сказав:
– Вот этот одноместный, – он толкнул к Федьке ключ с номером «15», – а вот этот двухместный, для вас, – он посмотрел на Настю. – В номере душ, холодильник, как сами понимаете, за окном. Баня есть, надо только предварительно заказывать.
Мы с Настей переглянулись, но ничего не сказали – черт его знает, что там ближе к вечеру будет, может засну до завтра, а может и напьюсь до непотребного состояния. Мне это очень даже необходимо сейчас.
Подхватив сумки, пошли по коридору, Федька к своей комнате, а мы к лестнице, которая была в самом конце. Остановившись у двери, Федька сказал:
– Если проснешься – стучись. Нам бы еще с Серегой по-хорошему бы встретиться надо, «кюбеля» еще забрать и на гостиничную стоянку поставить, да и к Горынычу забежать, а то он послезавтра опять товар в Углегорск пошлет, а нас там нет уже. Пусть тогда деньгами отдает, я думаю.
– Это точно, – кивнул я. – Совсем из башки вылетело, а ты гляди – соображаешь.
– Так я же не душегубствовал всю ночь, – гыгыкнул Федька, – это у тебя все мальчики кровавые в глазах. Кстати, а пленный куда делся?
– А ты не заметил? – удивился я.
– Нет, на КПП только увидел, что вас двое в кузове.
– А-а, – протянул я, покачав головой. – Ну ты с трех раз угадай тогда. А я пока посплю.
Номер был не слишком просторный, но вполне уютный, в сальцевском стиле, то есть все вполне современно с виду, насколько возможно. Кровать широкая, только матрас, как всегда, набит ватой вместо современных, мне привычных. Большой шкаф, столик, два креслица, маленькое бюро, оно же туалетный столик. Душевая плиткой отделана, причем хоть и простенькой, но вполне приличной, явно где-то научились делать. Жить можно, в общем, пока не подыщем себе что-то постоянное.
Что-то у нас жизнь совсем резко повернулась, надо строить ее заново, пожалуй. Вплоть до источников дохода. Кстати, с чего жить-то будем? Пока деньги есть, хватит эдак пару лет прожить ни в чем себе не отказывая, а дальше чего? Надо что-то начинать. Мародерку по мрачным местам пока никто не отменял, но… сколько так проживем? Сомневаюсь, что очень долго, туда каждая поездка как русская рулетка. Ладно, придумаем что-нибудь.
Пока Настя распаковывала свой рюкзак, полез в душ. Вода была горячая по-настоящему, прямо кипяток, пару раз приходилось прикручивать кран с красным кружочком и приоткрывать с синим. Но вроде как-то отпустило, а заодно и в сон потянуло ну очень сильно.
– Ты все? – спросила Настя, кивнув в сторону душевой.
– Ага, можешь заходить, – кивнул я, вытирая короткие волосы полотенцем.
Дверь в ванную за ней захлопнулась, а я завалился на кровать, сразу натянув толстое стеганое одеяло до макушки, в комнате было прохладно. И уснул, как в омут ухнул.
* * *
Когда продрал глаза, часы показывали без десяти три. Проснулся сам, как ни странно, от какого-то смутного ощущения незаконченных важных дел. Встал, поежился от зябкого воздуха и поплелся в ванную, умываться и бриться. Вот бритв нормальных, из моего времени, здесь точно не хватает, бриться опасной еще тот процесс, и никакого удовольствия.
Когда вернулся в комнату, увидел что Настя «условно проснулась».
– Ты куда сейчас? – спросила она, посмотрев на меня одним глазом.
– Федьку будить, потом делами займемся.
– А есть когда?
– Не знаю, пока перехватим что-нибудь, а есть… к вечеру, куда-нибудь в ресторан пойдем.
– Иди тогда, я пока здесь, в гостинице перекушу, а вечером с вами.
Тулуп товарный вид потерял совсем и навсегда, надо будет в ремонт сдать, может еще как-то починят и я в нем хотя бы с машиной возиться смогу. Упаковал его в сумку, с собой прихвачу, все равно на базар идти. Хорошо, что в свое время еще и дубленку прикупил, есть хоть в чем пойти сейчас. Ремень с кобурой на пояс, внутрь, проверил как получится дотянуться – не так, чтобы очень. Но как-то снаружи его носить неохота, тут ни форма, ни удостоверение углегорского «Горсвета» никак не работают и никого не впечатляют. Ну и короткий наган сунул за пазуху, кобуры у меня везде пришиты. Но больше надеюсь на то, что убивать нас все же здесь никто не будет.
Спустился по коридору, долго стучал в дверь номера, в котором Федька поселился, причем без всякого результата. Как только собрался уже идти к дежурному с просьбой вскрыть номер своим ключом и проверить, что там с постояльцем случилось, появился Федька, причем появился оттуда, откуда я его не ждал – из номера по соседству, причем из-за двери высунулась голова пухлой рыжей дамочки, явно смутившейся моего присутствия и спрятавшейся обратно.
– Я думал ты спать пошел, – удивился я.
– Так я и спал, – сказал Федька, отпирая дверь номера, – потом проснулся, пошел чаю попить… ну и так вышло, понимаешь.
Он пропустил меня вперед, сам прошел следом. Номер у него было потеснее, но тоже вполне симпатичный, по сравнению с комнатой в общаге вообще хоромы, иначе и не скажешь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
