Александру, что ты используешь женщин по их прямому назначению, — невозмутимо отреагировала его матушка вместо меня.
— Это как? — не понял он.
— А что тут не понятного, внучок? Трахаешься, — ответила ему бабушка.
У меня дернулся глаз. Я посмотрела на серьезное лицо Макса в ожидании скандала, но он неожиданно разразился громким хохотом. За соседним столом парень с девушкой от неожиданности выронили свои столовые приборы.
— Мать, ты не исправима, — вытер Максим выступившие слезы. — Только в этот раз ты слегка промахнулась. Мы с Сашей не спим.
— Пусть будет по-твоему, — осталась при своем мнении Феодулия Марковна.
Я решила забить на ее мнение и принялась поглощать салат. Непроизвольно отметив, что готовят в этом заведении замечательно, я справилась с едой за считанные минуты.
— Александра, вы с голодного края? — съязвила мать Макса.
Если она думает, что ей удастся вывести меня из себя, то она глубоко заблуждается.
— Да, — ответила я с убийственной улыбкой и нарочно громко отхлебнула кофе. Макс последовал моему примеру. Я с наслаждением отметила, как вытянулось лицо у Феодулии Марковны.
— Это не прилично, — возмутилась она.
— Зато вкусно, — парировала я.
— Александра, какое у вас образование? — спросила она с ехидной улыбкой.
— Высшее. Я переводчик.
— Человек с высшим образованием не умеет себя вести в приличном обществе? — приподняла она одну бровь.
Я перевела взгляд с нее на Перпетую Арнольдовну и обратно. Кого она тут приличным обществом считает? Одна не может держать себя в руках, что бы ни нахамить незнакомому человеку, другая разгуливает с битой в руках и крушит кафе. Действительно, приличное общество.
— Вас волки растили? — ехидно продолжала она докапываться.
— Я выросла в детском доме, — холодно ответила я.
— Значит родители или алкоголики, или наркоманы. Максим, ты можешь найти, наконец, себе приличную спутницу? — взвизгнула она.
— Мама!
— Бедная девочка. Досталось тебе? — неожиданно ласково пробормотала мне старушка.
— У нас были хорошие воспитатели, — успокоила я ее.
— Повезло. Тяжело расти без родителей, — вздохнула Перпетуя Арнольдовна.
Я неопределенно пожала плечами.
— Как бы там ни было. Если вы имеете виды на моего сына, то должны вести себя соответствующе ему, — прервала ее Феодулия Марковна ледяным тоном.
Я расхохоталась, вспомнив нашу первую встречу.
— Осталось купить забавные трусы и соответствие будет идеальное, — сквозь смех с трудом выговорила я.
Женщины посмотрели на меня непонимающим взглядом, а Макс не успел ответить. У него зазвонил телефон.
— Да, через полчаса будем, — ответил он собеседнику и, нажав отбой, повернулся ко мне.
— Смирнов звонил. У него поменялись планы. Просит приехать сейчас.
— А почему он тебе звонит? — возмутилась я.
— Может потому что кто-то не отвечает на звонки? — парировал он.
Я нашла в сумочке телефон.
— Блин, он разрядился.
— Ну вот. Поедем?
— Да, — вскочила я.
Я готова была сейчас свалить на край света, чтобы больше никогда не видеть мать Максима.
— Мамуля, бабуля, дела зовут. Извините нас.
— Пока, пока, — пропела Перпетуя Арнольдовна.
— До скорой встречи, — хищно улыбнулась Феодулия Марковна.
Меня непроизвольно передёрнуло. Упаси господь нам ещё раз встретиться.
Максим оставил деньги за обед, и направились к машине.
— Упаси господь, иметь такую свекровь, — не выдержала я, пристегивая ремень безопасности.
— Да, — вздохнул Макс, — мама специфичный человек. У нее сложный характер.
— Зато бабуля явно с юмором, — закатила я глаза.
— Это точно. Помню, когда я во втором классе случайно разбил окно, вызвали родителей в школу. Мама была на работе и к директору явилась бабушка. Как сейчас помню, у нее были волосы выкрашены в зеленый цвет, в ушах висели огромные серьги в виде наручников, и одета она была в платье собственного кроя: этакая хламида болотного цвета изрезанная на полоски, которые при движении развивались словно щупальца. Не знаю, как директора школы не хватил в тот момент удар, но меня всегда настоятельно просили приводить в школу именно мать.
Мы переглянулись и расхохотались.
Глава 34
Михаил Иванович сидел у себя в кабинете и перебирал бумаги. При виде нас он отложил документы и доброжелательно поприветствовал, как родных:
— Привет. Кофе будете?
— Да, — в унисон ответили мы, а Смирнов засиял, как тульский самовар.
Он достал из сейфа огромную банку растворимого кофе и пакет с пряниками. Отчего сей припас находился под охранной мне осталось неведомо. Может, боялся, что вечно голодные коллеги посягнут на его запасы.
— Ну что ж, — сказал он, отпивая кофе и поник, — Александра я вас огорчу, но Павла мы не задержали. Они с Анной успели покинуть страну и нам неизвестно их местонахождение. Старший Суханов утверждает, что не знает, куда рванули его дети.
— Как так то? — возмутился Макс.
Смирнов развел руками.
— В тот день, когда милые детки Суханова напали на Александру, мы не вели за ними наблюдение, — и он посмотрел на меня. — В тот день планировалось накрыть один наркопритон и все силы были брошены туда. Вас спасло то, что когда Павел вытащил вас из машины, то к болоту вышел лесник, который собирал грибы. Григорий, так зовут мужчину, бросился к вам, и это дало возможность Павлу и Анне уехать. Но Григорий мужик не промах. Он запомнил номер автомобиля и позвонил в участок, сразу же после звонка в скорую помощь. Григорий тащил вас на себе до трассы, так что не забудьте сказать ему спасибо.
— У вас есть его контакты? — деловито осведомилась я.
Пока я была в больнице, Смирнов отказывался, что-либо рассказывать. Эту информацию в том числе. От скуки я несколько раз звонила ему, но слышала всегда одно и то же: разбираемся.
— Да, напомните, в конце разговора дам вам их.
— Обязательно, — кивнула я.
— Что касается вас, — повернулся он к Максу и сверкнул глазами, — какого хрена вы понеслись к Суханову домой? На что вы рассчитывали?
