города, похожего на столицу твоей страны, и верблюд везде плюёт, а над ними летучая мышь вьётся, - озабоченно ответил тот.
- Да и у меня всё в порядке. А сны это всё так, баловство одно.
- Ну и ладненько. Как там Фёдор, осваивается на Родине? – заулыбался Король Аморалики.
- Фёдор? Не знаю, мы с ним практически не видимся, вот и сегодня, подлец, дома не ночевал. Шляется где-то у своих друзей или подружек. Лучше расскажи как тебе отдыхается у нас, - отмахнулся Президент.
- Спасибо, спасибо, дорогой, всё замечательно. Но, думаю, пора и домой. Как там мои орлы без меня справляются? Так, что завтра полечу обратно, я уже и распоряжения по подготовке к отлёту отдал. Теперь ты к нам. Приедешь?
- Обязательно. Ну, не буду мешать сборам, хотя, конечно, жалко, что ты уезжаешь, - предано глядя в глаза Королю, с сожалением произнёс Президент.
В помещение, где находились Король и Президент, вошёл Арчибальд и встревожено взглянул на своего шефа. Тот не заметно для хозяина ему подмигнул. Советник облегчённо вздохнул.
Президент улыбнулся и пожал руку вошедшему.
- Доброе утро, Арчи.
- Доброе утро, господин Президент, - ответил он и тоже улыбнулся.
- Всё, я ухожу, ухожу, надо же и немного поработать, - засуетился глава Русувии, и вышел.
- Идиот, - вслед ему произнёс Король. – Давай рассказывай как у нас дела. Повернулся он к Арчибальду.
- По телевизору – ничего. В газетах – ничего. Может он хочет всё оставить в тайне?
- Дорогой друг, у этого глупца ума не хватит до такого додуматься. Он действительно ничего не знает, думает – загулял мальчик… Где он может загулять? У него то и знакомых особо нет, не то, что друзей. Ведь он большую часть своей жизни по заграницам учился, - усмехнулся монарх. – Видимо его ещё не нашли, или он живой. Хотя тогда он уже был бы дома…
Вдруг Король побледнел.
- А что если он и правда жив? Тогда нам конец. Вернее не нам, а нашим планам по мирному захвату Русувии. Это – трагедия.
- Да и наплевать. Войну они нам, что ли объявят? А хоть и объявят, мы же их одним пальцем раздавим, - попытался успокоить патрона советник.
- Раздавить, то раздавим, но это тебе не Чирак какой-нибудь и не Карфанистан, где мы можем позволить себе немного лишнего под предлогом борьбы с международной мафией… Так, что бегом в город, и узнать всё о судьбе Фёдора, и если он жив…, сам знаешь, что делать. Он должен молчать, - оборвал его Арнольд Аморальский.
-----------
Фёдор открыл глаза и увидел белый потолок, на котором прямо над его головой была небольшая трещинка. Он повернул голову и обнаружил, что лежит на полу небольшой, но чистой комнаты, а рядом с ним, положив голову на руку спал вчерашний ангел… Вдруг, словно молния пронзила сознание Фёдора: «это ведь та девушка, за которой он шёл и потерял, и не надеялся больше её никогда увидеть».
Девушка вздрогнула и проснулась.
- Папа, ребята, просыпайтесь, идите сюда, - позвала Вика.
Вскоре трое заспанных мужчин стояли перед Викторией и смотрели на неё и на раненого.
- Как вы себя чувствуете? – спросил его Измеров.
- Нормально, - еле слышно ответил Фёдор, - только вот… слабость и голова… кружится.
Было видно, что каждое слово даётся ему с трудом, но спасённый держался молодцом.
- Это не страшно, главное жив, а раз до сих пор жив, значит поправишься, - констатировал Андрей.
- Давайте аккуратно его переложим на кровать, и начнём заниматься своими делами, а то за болтовнёй ничего не успеем, - заторопился Виталий Всеволодович.
После того, как Фёдор был устроен на кровати, Измеров вывел всех на кухню и сказал: «Ребятки, делаем всё по плану – Андрей в лес, Олег к Пабло, а я с Викой пока займусь раненным. И, думаю, никого предупреждать не надо о том, чтоб языки держали за зубами? Всё вперёд. Да, и ещё - Вика, позвони в Университет и скажи, что ты заболела, пускай тебя не ищут».
---------------
Когда Глова выслушал Рогозу, то пришёл в некоторое замешательство.
- А кто он такой вы узнали? Этот ваш приёмыш ничего о наших планах не знает? И вообще, какого рожна вы его послушали, может он преступник какой, сбежавший из колонии?
- Ну, во-первых, он очень слаб, потерял много крови, и расспрашивать его в таком состоянии просто – верх непристойности. Во-вторых, мы при нём ни о чём не разговаривали, а он всё время был без сознания. В-третьих, если бы он был преступником, то уже все средства массовой информации с утра так мозги всем заср… заканифолили, что голова бы давно лопнула от их трескотни. И, в-четвёртых, ты, кажется, профессор астрологии, доктор наук, а рассуждаешь как двоечник.
- Ладно, ладно, напал на беззащитного, давай решать, кого из наших девчат будем использовать в операции.
Глава 17
Глава 17
Вика выписала на листок всё то, что по её мнению, могло бы пригодиться для лечения больного, и вручила его отцу.
- Давай иди, всё это купи, а я пока приготовлю ему чего-нибудь поесть и, заодно буду следить за его состоянием.
- Хорошо, дочка, только ты скажи, что будем делать с переливанием крови. Вроде очухивается твой подопечный, может обойдёмся?
- Посмотрим, папа. Ты купи, а там видно будет.
Измеров вышел на улицу, а Вика осталась хлопотать возле раненого. Она подошла к кровати, на которой лежал Фёдор. Он спал. Дыхание его было ровное, а сон глубокий. Девушка развернулась и собралась уходить, как вдруг больной зашевелился и негромко застонал. Виктория остановилась и взглянула на хворого, но тот уже успокоился и опять задышал ровно.
«Кто же ты такой? И почему просил никому ничего не сообщать?», - подумала она и тихонько вышла из комнаты.
--------------
Виталий Всеволодович шёл по улицам родного города и думал о своей непростой жизни. «Детство его прошло как-то незаметно, он мало, что помнил из него. Нельзя было сказать, что оно было тяжёлым или не интересным. Нет, всего было в достатке, и родительской любви, и мальчишеских шалостей, просто так получилось – не запомнилось. Виталик рос в большой дружной семье, в которой кроме него были ещё два брата близнеца и две сестры, тоже близнецы. Он единственный родился не в паре, и был самый младший
