Ресса, кажется, возникает перед Магнолией, когда снежок врезается в стекло перед женщиной. Но Магнолия даже не вздрагивает. Она вздыхает, а затем повышает голос. Её нормальный тон, лёгкая и дружелюбная аура исчезают. Её глаза наполнены силой, а её тон гремит и трещит, как далёкий гром:
— Я – леди Магнолия. Этот особняк и земля вокруг принадлежат мне. Тебе здесь не рады. Прочь.
Последнее слово отдаётся в моих костях. Эффект на Иволет был мгновенный. Она с криком вылетает со двора Магнолии, словно её подожгли. Я вижу, как её слабая лазурная форма летит высоко, высоко в небо, пока не исчезает. Магнолия ждёт, пока Иволет не исчезнет, а затем поворачивается ко мне.
— Ну, вот и всё. У тебя есть другие союзники, или это всё?
Твою мать.
Я…
Это было?..
Ой-ой.
Ресса теперь тоже смотрит на меня, и выражение её взгляда говорит о том, что она собирается избить меня до полусмерти при первой же возможности. Лёд, наколдованный Иволет, не исчезает, скорее, он начинает таять на стенах.
— Надеюсь, у тебя есть другой план. Признаю, что это что-то новенькое, но это довольно недальновидно, не находишь?
Магнолия улыбается мне, но её глаза всё ещё полны той ужасной властности. Часть меня хочет сдаться или убежать, просто глядя на неё.
Но другая моя часть решительна. Эта женщина не получит, что хочет.
Козырная карта. Козырь. Я делаю вдох и молюсь, чтобы того, что сказала мне Эрин, было достаточно. Я открываю свой второй козырь:
— Ты не можешь держать меня здесь. Мне нужно сделать кое-что важное.
— О? Кое-что важное? Выполнить доставку? Доставить поздравление с днём Рождения и кольцо? Помочь Эрин? Расскажи же.
О, эта улыбка. Я улыбаюсь в ответ Магнолии и замечаю, что её улыбка немного ослабевает.
— Не Эрин и не авантюристам. Я должна убедить антиниумов не объявлять войну.
На секунду – о, на прекрасную, чудесную секунду – я с удовольствием наблюдаю, как улыбка Магнолии исчезает. Её глаза расширяются, и она просто пялится на меня.
Один плюс в словесной перепалке с кем-то, кто чувствует твои намерения? Он знает, когда ты не лжёшь.
Великолепный момент, когда Магнолия Рейнхарт полна неуверенности, длится всего мгновение. Затем она переводит взгляд за моё плечо.
— Ресса.
Я даже не вижу эту женщину. У меня нет шанса среагировать. Её рука хватает мою, и внезапно я оказываюсь в захвате, который на волоске от того, чтобы сломать мне руку. Я чувствую, как рвутся мои сухожилия.
— Пока не ломай ей руку, Ресса. Но будь готова.
Я едва слышу Магнолию из-за боли. Захват. Я… я знаю, как из него выбраться. Но если я это сделаю…
Гах! Я не двигаюсь. Через секунду, которая кажется вечностью, я вижу, как Магнолия отступает от меня. Я знаю, что она на меня смотрит.
— Пожалуйста, объясни это предложение, Риока Гриффин.
Рука в агонии. Боль просто всепоглощающая. Но я выдавливаю из себя слова, почти задыхаясь:
— Антиниумы – не твои враги.
Пауза. Давление на мою руку не уменьшается. Это мои кости скрипят?
— Продолжай.
Может быть, это из-за боли, но я позволяю своему рту взять верх:
— Что значит «продолжай»? Я сказала, они тебе не враги. Что в этом непонятного, ты ид… ааа!
Ресса выкручивает мою руку ещё немного. Я кричу от боли, но боюсь пошевелиться. Магнолия вздыхает.
— Ресса, она не лжёт. Отпусти её.
— Ты уверена?
— Уверена. Она не лжёт. А если она говорит правду…
Давление мгновенно ослабевает. Я спотыкаюсь, делая шаг вперёд, ощупывая руку. Боль не исчезла. Это…
У меня на поясе зелье. Я достаю его и откупориваю одной рукой. Часть попадает на рубаху, на пол, остальное – на руку. Пульсирующая, жгучая боль мгновенно прекращается. Я поворачиваюсь и впиваюсь взглядом в Рессу.
И… на кинжал. Она держит его в правой руке. Он выглядит очень острым. И волшебным. Я предполагаю, что зелёный оттенок на краю лезвия – это магия. Может, это яд. Магия яда?
— Убери клинок, Ресса.
Магнолия вздыхает, переводя взгляд между мной и Рессой. Горничная медленно, очень медленно, заправляет клинок в рукав своей униформы. Она не отрывает от меня взгляда. Я делаю то же самое.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Я сажусь.
Голос Магнолии заставляет нас обеих вздрогнуть. Она подходит к дивану и садится на него. Затем она поворачивается и кладёт ноги на край дивана, словно она на кушетке психотерапевта. [Леди] смотрит на меня.
— Ну? Объяснись.
Мне не нужно повторять дважды. Потирая руку, я сажусь. Ресса молча встаёт за Магнолией. Обе женщины смотрят на меня, ожидая, когда я заговорю.
— Антиниумы – не твои враги. Во всяком случае, необязательно.
Я смотрю на них. Ничего. Что ж, они хорошие слушатели, когда дело серьёзное. Я делаю глубокий вдох.
— Самый короткий способ объяснить это заключается в том, что истинный враг антиниумов – не вы. Они вели здесь две войны, но для них это всего лишь… стычка. Затишье перед большой войной. Им не нужен этот континент, я думаю. Они просто готовятся к появлению своего настоящего врага.
— И кто же это?
— Бог.
Как легко это сказать. Как… легко. Это слово соскальзывает с языка, как будто ничего не значит. Возможно, для большинства людей в этом мире оно так и есть. Я и сама не могу понять, что это значит. Но Магнолия Рейнхарт слышит это, и выражение её лица снова меняется. На этот раз, мне кажется, я вижу страх.
— Невозможно.
Магнолия произносит это слово ровно. Её взгляд устремлён на меня.
— Боги мертвы.
Я качаю головой.
— Скажи это антиниумам. Скажи это их Королевам. Они бежали из Рхира, потому что сражались с тем, кого считали богом. Или ты думаешь, что антиниумы бежали бы от любого другого противника?
Пауза. Пристальный взгляд. Ресса смотрит на меня, но не с враждебностью, а с чем-то близким к искреннему беспокойству. Она переводит взгляд на свою госпожу. Магнолия закрывает глаза на семь секунд. Я не знаю, о чём она думает в это время. Но когда она открывает глаза…
— Откуда ты знаешь? Это должно быть из достоверного источника. И я не верю, что Королева стала бы с тобой говорить. Если это исходило от Рабочего…
— Не от Рабочего.
Я качаю головой.
— Клбкч. Он Прогнугатор в Улье антиниумов, расположенном в Лискоре…
— Палач Клбкч.
Эти слова вырываются из уст Магнолии. Она выпрямляется на диване и смотрит на Рессу. Между ними происходит какой-то бессловесный диалог, а затем они снова переводят взгляд на меня. Голос Магнолии максимально серьезён, когда она говорит дальше:
— Ты полностью и безраздельно завладела моим вниманием, Риока Гриффин. В данный момент я поверю всему, что ты скажешь. Не упусти этот шанс.
— Так ты мне веришь?
— О да. По крайней мере, я верю, что ты говоришь правду. И если это тебе сказал Палач Клбкч…
Голос Магнолии прерывается. Ресса с волнением смотрит на неё.
— Это меняет планы?
Женщина коротко кивает. Она даже смеётся, но нерадостно.
— Конечно же. Это меняет… всё. Это меняет весь мир.
Она оглядывается на меня, собираясь задать ещё один вопрос. Затем раздаётся стук. Дверь открывается.
— Леди Рейнхарт? [Маг]…
На этот раз Магнолия не ждёт. Она хватает чайник и швыряет его в дверь.
— Пошла прочь!
Я вижу, как разбивается чайник, но не успели осколки упасть на пол, как горничной уже и след простыл. Спокойно, как будто ничего не произошло, Магнолия снова поворачивается ко мне.
— Ты говорила, что это тебе сказал Палач Клбкч?
— Ты знаешь его?
Лицо Магнолии мрачнеет, когда она кивает.
— Знаю. Я видела его на поле боя. Возможно, и раньше, но мы встречались на один короткий миг во время Второй Антиниумной войны.
— Второй Антиниумной войны?
Я читала только о первой. Проклятье. Вторая упоминалась, но, кажется, я потеряла книгу, в которой о ней говорилось. Магнолия хмуро на меня смотрит, а затем переводит взгляд на свою горничную.
— Ресса, принеси мне книгу.
